Непокорная для огненного мага - Вероника Чурилова

слоями бинтов, иногда вздрагивали. Она спасла меня. Она совершила невозможное, и я чувствовал, как её золотистая магия до сих пор пульсирует в моих венах, восстанавливая мой резерв. Наглая девчонка у фонтана с чемоданами сделала то, с чем не мог справиться ни один опытный маг.

В голове сразу вплыла наша первая встреча. Я и представить не мог, что Лилиан так плотно засядет у меня под кожей, что теперь стало казаться будто до того дня не было жизни. Девчонка с зелеными глазами и смешным, чуть вздернутым носом, изменила все мое существование. Нестерпимо захотелось прижать ее к себе, покрыть каждый сантиметр лица поцелуями и наконец-то выбить из ее головы идею о том, что мы должны быть «друзьями». Но пока я не могу этого сделать. Лекари ввели ее в целительный сон, и ничего не оставалось как просто дождаться того момента, как она очнется.

Тишину нарушил резкий хлопок. Прямо в воздухе перед моим лицом материализовалось магическое письмо. Оно не горело обычным золотом — оно пульсировало тревожным багровым светом, а печать была черной.

Сверхэкстренное послание. Такие бланки использовались только в самых крайних случаях.

Я сорвал печать, и в глаза бросился резкий, размашистый почерк отца: «Немедленно домой. Случилось непоправимое. Жду к рассвету».

Холод сковал мои внутренности. Отец никогда не присылал таких писем. Даже если бы речь шла о политических интригах или расторжении моей помолвки с Мартиной. «Непоправимое»... Это слово эхом отдавалось в голове. Что-то случилось. Что-то ужасное.

Я посмотрел на Лилиан. Мне хотелось дождаться, когда она откроет глаза. Хотелось коснуться её лица, сказать, что теперь ей ничего не угрожает. Но игнорировать этот приказ было нельзя. Если отец прислал такое письмо, значит, мир, который я знал прежде, рухнул.

Я медленно поднялся. Тело ныло от усталости, но я заставил себя сделать шаг к двери.

— Прости, — прошептал я, бросив последний взгляд на спящую девушку.

Я вернулся в свою комнату, чтобы собрать вещи. Впереди была долгая дорога домой и неизвестность, которая пугала меня сильнее, чем сотня монстров класса «Дельта». Я чувствовал: что бы ни ждало меня в поместье Картеров, оно навсегда отрежет мне путь назад, к ней…

* * *

Конец первой книги.