Главный приз для мажора - Анастасия Градцева

Иван заказывает кофе и какое-то ассорти. Когда нам приносят заказ, оказывается, что это большая тарелка с кучей крохотных пирожных.

– Это их дегустационный сет, – говорит Иван, кивая на тарелку. – Пробуй. Безе с малиной выглядит неплохо.

Неплохо?!

Это мягко сказано.

Тут все выглядит как мечта сладкоежки.

– Кстати! Я хотела еще раз сказать тебе спасибо за ту музыку, которую ты мне вчера скинул, – вспоминаю я, когда съедаю корзиночку со взбитыми сливками и голубикой. И она божественная. – Мне так понравился этот трек, я его уже раз пять послушала.

– Класс. Я рад.

– И своему другу передай спасибо! А у него есть еще треки?

– Есть, – без всякого сомнения кивает Иван и отпивает кофе. – Хочешь еще что-то послушать?

– Да! А где его можно найти? Скажешь имя?

– Не скажу, – качает он головой. – Мой друг… он стесняется, короче. Никуда не выкладывает свою музыку. Но ты скажи, что бы ты хотела по настроению, я тебе дам послушать. У него разное есть.

– Мне неважно. Любое.

– Давай скину то, что мне нравится из последнего. А блин, у меня это в другом телеф… Короче, я тебе из дома отправлю. Ладно?

– Конечно.

Я, подумав, беру еще одно пирожное, слышу звон за спиной – у кого-то, кажется, ложка упала – и машинально оборачиваюсь.

Буквально на мгновение, но этого хватает, чтобы узнать лицо человека, сидящего за столиком в углу. Мне казалось, что я его плохо запомнила, но эти короткие, торчащие ежиком светлые волосы, кислотно-зеленая футболка и нагловатый взгляд сразу отзываются в памяти. Это тот, кто ко мне приставал в столовой.

Десподов.

Совпадение? Или он следит за мной?

– Иван, – тихо и напряженно говорю я, близко наклонившись к нему. – Я хочу отсюда уйти.

– Что случилось?

– Ты слышал про Десподова и его компанию?

Темные глаза Ивана прищуриваются за стеклами очков.

– Ну… лично не знаком, но слышал. А что?

– Они совершенно отбитые, – тихо говорю я. – Они поспорили на меня, лезли тут ко мне всей компанией. И за нашей спиной сейчас сидит этот самый Десподов.

Глава 9.

Ян

Смирнова сидит напротив меня. Осторожно, как маленькая, откусывает по крохотному кусочку от пирожного и каждый раз жмурится от удовольствия. Это такое залипательное зрелище, что я не могу оторваться.

А когда она коротким движением розового языка слизывает с пухлых губ крем, у меня внезапно становится горячо в паху.

Эта девчонка – какое-то убойное сочетание красоты и невинности.

В ней ноль кокетства, но при этом все, что она делает – смеется, облизывает губы, заправляет прядь темных волос за ухо – вызывает у меня мысли исключительно восемнадцать плюс.

А еще она кайфово слушает. Внимательно так… Я, походу, ни с одной девчонкой так много не разговаривал. Обычно это они болтают, как заведенные, а ты сидишь и пропускаешь все мимо ушей, потому что они полную фигню несут.

А Смирнова ведет себя так, как будто ей реально интересно, что я скажу.

Или это потому, что она считает меня гениальным ботаном?

Эта мысль портит мне настроение.

Но еще хуже становится, когда она вдруг выпаливает:

– Иван, я хочу отсюда уйти!

У Смирновой испуганный взгляд, и меня это царапает.

Мне не нравится видеть в этих зеленых глазах страх. Мне не нравится, что ей здесь не нравится.

Все же, блин, было хорошо!

– Что случилось? – спрашиваю я резче, чем собирался.

– Ты слышал про Десподова и его компанию? – шепчет Смирнова, и я едва успеваю справиться со своим лицом.

– Ну… лично не знаком, но слышал, – уклончиво отвечаю я, нервно покручивая в руках чайную ложку. – А что?

Какого фига она вдруг вспомнила про нас?

– Они совершенно отбитые, – еле слышно говорит Смирнова, а потом морщится. С таким видом, как будто ей отвратительно не просто говорить, а даже думать о нас с пацанами. – Они поспорили на меня, лезли тут ко мне всей компанией. И за нашей спиной сейчас сидит этот самый Десподов.

Что, блин?!

Я от неожиданности закашливаюсь.

Какой еще нахрен…

– В зеленой футболке, – шепчет она, наклонившись ко мне так близко, что кончик ее носа почти касается моей щеки. – Блондин. Он приставал ко мне в столовой. Схватил сзади. А я так испугалась, что опрокинула на него стакан воды.

Машинально стискиваю зубы.

Я помню…

Мы слушали эту попытку подката на громкой связи и очень ржали, когда сначала Смирнова вскрикнула от неожиданности, а потом Макс заорал матом.

Тогда мне было смешно.

А сейчас хочется переломать Максу руки за то, что напугал ее. И вообще за то, что трогал.

Только почему Смирнова решила, что Десподов – это он?

Бросаю искоса взгляд на Макса, который сидит в углу, и раздраженно думаю, какого фига он еще тут трется. Ну зашел, посмотрел на нас, и все – свалил бы.

Но нет, блин, сидит. И Смирнову пугает своей рожей.

Заметив мой взгляд, Макс лыбится и подмигивает, и это выбешивает до красных кругов перед глазами.

Я делаю короткий выдох, как перед ударом, и смотрю на Смирнову.

– Даш, ты его боишься? – отрывисто спрашиваю я.

– Немного, – стыдливо признается она, отводя взгляд.

– Подожди тут, – говорю я. – Я сейчас схожу к нему и разберусь.

– Не надо! – Она испуганно хватает меня за руку. – Не надо, все хорошо.

– Почему?

– Иван, нам с тобой не надо связываться с такими, как этот Десподов. Пожалуйста! – Ее голос становится мягким и умоляющим. – Я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось.

Меня одновременно и бесит, что Смирнова считает меня слабаком, и странно цепляет, что она переживает за меня.

За меня!

Где я, и где этот дрыщ Макс, который больше трех раз даже подтянуться не может?

Блин, это смешно.

– Даш, я просто поговорю с ним. Без драки.

Смирнова мотает головой.

– Я не хочу, чтобы они вообще про тебя знали, – напряженно говорит она. – Может, тут Десподов тебе ничего и не сделает, но потом в университете отомстит.

Слышать это… неприятно.

– Ты какого-то монстра из него делаешь, – криво ухмыляюсь я. – Думаешь, он прям такой?

– Уверена. Я слышала, что он не только над студентами издевается, но и над преподавателями.

Блин.

Ну было, да. Хотя вообще тот препод по философии сам нарвался. Нехрен было рот раскрывать по поводу моих умственных способностей.

– Может, у него были причины? – предполагаю я.

– Причины? Иван, не смеши меня, причина тут одна: и сам Десподов, и вся