В плену тирана - Евгения Сергеевна Паризьена

— Извини, папа, поздно легла. Могу отработать два часа подряд! — стыдно посмотреть в глаза, из кожи вон лезет, лишь бы дать дочке хорошее воспитание.

— После завтрака, зайди к дяде Райну, надеюсь туда точно не опоздаешь!

— Нет, только не в дом насильника! — высказалась вслух, говорили же держать язык за зубами.

— Дорогая, мне послышалось? Твоя фантазия пугает. Чего-то не знаю?

Глава 10

— Его сын Камиль… Мы не ладим, хотела сократить с ним общение. А те слова, ляпнула не подумав. Прочитала статью в газете, о страшном изнасиловании!

— Не удивлён, поэтому обучаю дочь обращаться со шпагой. Кстати, после завтра лично проведу урок, и решу достойна ты шпаги Тулуаз, или нет. Она принадлежала дедушке Ивонн. Ещё один верный способ вселить дух бойца. А насчёт сына Райна, состоится беседа. Нужно помириться с юношей.

— Папочка, я гарантирую, покажу всё мастерство, которым овладела за год, не разочаруешься, — ликовала в душе, и в приподнятом настроении начала дегустировать круассаны. Морально приготовилась ко встрече, с высокомерным и испорченным Камилем, хотя чего дрожать, если Люсьен составит компанию. Правда немного задерживается. Сняла балетки, и миновав прихожую остановилась в гостиной, где как раз восседал наш отрицательный персонаж, держав в руках цепочку с крестом, и не отрывая взгляда рассматривал. Ведёт себя настолько жутко, кстати бойкот самое верное решение, беречь нервы от общение с недалекими. Но видимо, судьба сама вставляет палки в колеса, задеваю стул и теперь голодные хищные глаза с пристрастием рассматривают меня, словно оголяют каждый сантиметр тела.

— Где наши родители? — произношу, едва не заикаясь, что за странное поведение. Лучше бы кинул фразочку, но будет питаться энергией через взгляд. Молчит, словно задумал, что-то ужасное. Ситуацию спасли папа с Райном, которые вели активную беседу, и присели за стол.

— Пригласим сто двадцать человек, — распинается папин друг, напоминая про важное мероприятие. И в гостиную пожаловали Люсьен, в компании с дядей Филиппом, прям гора с плеч, хоть расслаблюсь. Ведь ледяной взгляд Камиля выводит до чёртиков, мы играем в молчанку, представим, что его совсем здесь нет.

— Соскучилась? Пошли в кино вечером! — поцеловал в щеку, проявляя нежность, но одному холодному чудовищу стало смешно. Прислуга подала традиционный луковый суп, но я растяпа уронила ложку, которая закатилась под стол. Стоило заглянуть туда окаменела, испытала жуткий шок. Ведь обнаружила девицу, которая делала минет Камилю. Достала член и водила языком по головке, а потом с вожделением заглотнула. Она облизывала его, словно леденец, ускоряясь сильнее. Чёрт, он совсем ошалел, мы же здесь не одни.

— Николь, детка что там случилось? Кушай суп, а то остынет! — поинтересовался папа, наблюдая моё отсутствие. И едва поднялась, снова стала пленницей карих глаз, которые были под кайфом.

— Почему покраснела? Жарко? — спрашивает Люсьен, не подозревая, что творит тот недоумок. Никого не стесняется, а я словно участвую в оргии, и ощущаю внизу странное тепло. Так неловко, ведь здесь взрослые. Камиль сжимается на стуле, облизнув губы языком, а когда затуманенные удовольствием глаза снова прикованы ко мне, чуть не подавилась.

— Я мигом. Попью воды на кухне! — на ватных ногах, покидаю комнату, словно прячусь от демона, который идёт следом. Надвигается, как вихрь, страшный тайфун, сметая всё кругом. Вырывает из рук графин, а потом прислоняет к умывальнику. Его горячее учащенное дыхание пугает, не намерена вступать в диалог.

— Не хорошо подглядывать, Николь! Попроси Хвостатого трахнуть!

— Отойди! Мне противно твоё присутствие!

— Ай-яй-яй! Как невежливо. Это ты в моем доме. Словно заблудшая овечка, изголодавшаяся по ласке. Приезжай в клуб, там трахнут, как следуют! — касается пальцем губ, забирая последний кислород, с ним точно задохнусь. Что за странные выходки. — Я по-прежнему жду свою шпагу, или превращу эти медовые локоны в солому, а потом подожгу!

Теперь пальцы касаются прядей, и нас застает Люсьен, который не особо рад происходящему.

— И близко не подходи к Николь! Ясно?

— Угрожаешь мне, хвостатый уродец? — унижает, пытаясь задеть чувства, и Люсьен взрывается.

— Да, если ещё раз оскорбишь Николь, придётся вызвать на дуэль и убить!

— Правда? Вызов принят, но учти поддаваться не стану! — сделал Камиль милость и скрылся, с ним лучше не иметь никакого контакта.

* * *

Вот как перенести сегодняшнюю тренировку? Не хочу показаться дурой перед отцом, а если перепутаю финт? Угрожающее движение шпагой, вызывающее у другого фехтовальщика реакцию защищаться. Смотрюсь в зеркало, уже надела маску и приготовила шпагу, но дверь отворилась и увидела Клару. Передаёт бутылку с водой и желает.

— Удачи! Эдгар в отличном настроении!

Перед самым выходом делаю пару глотков, странный вкус, может показалось. Ещё отпила, а потом словно отключилась. В голове страшный гул, а когда на меня таращится недовольный отец, и другие фехтовальщики, испугалась. В руках пустая бутылка водки, представляю, что может подумать.

— Николь, так вот в чём причина такого легкомысленного поведения? Ты не достойна шпаги Тулуаз! Сначала вылечим от алкоголизма! — разочаровался он.

Глава 11

Камиль

Не дадут спокойно позаниматься в спортзале, еще эту страхолюдину навязали. Отрепетируйте с ней боевую атаку. Да я бы лучше поиграл с ней в дартс, где она стала прекрасной мишенью. Ещё с детства маячила перед глазами, вся такая намалеванная как кукла. А про красный цвет помады вообще молчу, уродливее девицы не сыскать. Лучше надеть на лицо черный пакет, чтобы не видеть этих серых глаз, которые с удовольствием выколол бы шпагой, но сейчас придется слушать нравоучения отца, мы же постоянно собачимся из-за этого.

— Камиль, кажется, я запрещал встречаться с той девушкой! Мне отправить тебя в темницу? Знаешь, что пришлось заложить полдома, чтобы отмазать сына? — кинул на пол футляр со шпагой, вымораживает такое поведение.

— Ты мне не указ! Понял? Я люблю Клавдию и никто нас не разлучит! Можешь отказаться от меня раз и навсегда. Угробил же мать!

— Что несёшь? Она погибла от рук террористов! Очнись, я любил эту женщину до безумия!

— Конечно, прям в рот заглядывал, а сам наставлял рога и она плакала, делая записи в этом дневнике! Ненавижу сволочь. И все свои победы посвящаю только ей, и хочешь этого или нет, но мы с Клавдией поженимся! — сдерживаюсь, чтобы не набить морду.

— Ещё посмотрим, надо было сразу отправить в тюрьму наркоманку!

— Пасть закрой, а то кол в сердце забью, урод!

— Проваливай из дома! И не возвращайся!

До сих пор не могу простить гада за его вечные измены, да она вешалась с