В поисках мамы. Майор с прицепом - Ирина Чарова

И не косись ты так на неё, Байсаров, а?!

Ты, конечно, пока ещё не старый...

Но и не профурсет же....

Соберись!

Глава 7 Газлайтинг

Перед моими глазами разворачивается настоящая операция по захвату.

Лиса носится по дому так, словно за плечами у неё пропеллер.

Глаза лихорадочно горят, на шее мишура, а на голове – хаотично нацеплены сразу все её заколки с ромашками.

Облеплена она ими – прямо как ежик иголками.

– Мам, вафаэво... – протягивает Василисе конфеты. – И–са их двя тебя под шкафом пвятава...

Оставляет их на табуретке, и тут же удирает снова.

На этот раз – на кухню.

Слышу, как двигает стул по полу.

Минута молчания...

И снова летит со всех ног к нам.

– Мам... Сывок с коко–восом! – нервно запинается. – Самвый вучший! Самый свадкий!

И спустя пару минут:

– Мам, сахав? – протягивает Василисе коричневые кубики – Вкусьны–ый... Ой какой!

Хрустит им сама.

В мою сторону дочь теперь даже не смотрит.

Ну конечно...

Ей разве до меня?

У неё ж тут Бастилия стоит не взятая.

– Ого! Это тростниковый? Спасибо! Какая ты хозяюшка...

Дочь в ответ бросает на неё полный детского обожания взгляд и смущенно хихикает, цепляясь за мои брюки.

Улыбается во весь рот.

И снова "хи–хи–хи".

Дово–ольная!

Только кожа у неё вся пятнышками идет от волнения, а дыхание уже сбивается в неровный ритм.

– Так, хозяюшка...– пытаюсь чуть поумерить её пыл. – Ты давай–ка руки мыть и переодеваться. А я пока Василису в душ проведу, ага?

Но дочь тут же перебегает от меня к рыжей, цепляясь теперь за её джинсы.

Намертво.

– А зачем в душ? – требовательно.

– Ну так... Замерзла девочка.

– А я сама поведу!

И тут же топает с Василисой вперед по коридору.

И, конечно, теперь, когда рыжая без куртки, я оцениваю и вид сзади, и конкретно вот этот шикарный переход от талии к бедрам...

Шальное воображение вдруг рисует её без одежды.

И руки покалывает от желания обхватить эту тонкую талию и...насадить девочку на себя.

Вздыхаю, отворачиваясь.

Тормози, Байсаров.

Ты – дядька взрослый, прожженный и бесчувственный, а такие девочки в "скорой помощи" для данного вида мужиков не работают.

Им по возрасту полагается романтика, и желательно – с обязательствами, а тебе – грубая физика без этих самых обязательств.

Так что здесь у нас сугубо рабочие отношения.

Останавливаю их у единственной свободной комнаты.

– Нам сюда, Василис.

Спальня небольшая, но уютная.

– Диван раскладывается, зеркало, шкаф. Все новое, никто здесь до тебя не жил...

– И все квасивое! – звучит снизу бодрый голос моего маркетолога.

Василиса как–то нервно улыбается, оглядываясь по сторонам.

– Да. Спасибо.

– Пожавусточки! – снова мой маркетолог.

А я молча достаю из шкафа новое постельное, набор полотенец для ванной, нахожу даже зубную щетку в упаковке, и спроваживаю рыжую в душ.

Но стоит только дверям ванной закрыться, как на меня тут же налетает Лиса.

– Ты окно там заквыу?! – спрашивает грозно.

А я даже слегка теряюсь от такой вот резкой перемены.

– Окно? – не догоняю я.

– Дя!

– А причем здесь окно?

– Чтоб не сбежава от И–сы ... – нервно теребит свои пальчики. – Мамочка юбимая моя...

Со вздохом, поднимаю её на руки.

Блять...

Ну и что мне сейчас, лекции ей читать?

Что Василиса ей не "мам", и тем более никакая не "любимая", а всего лишь – очередная няня?

Убежит ведь в свою комнату, и снова будет плакать в обнимку с Полковником.

И, возможно, я и правда плохой отец и ничего не понимаю в детях, но мне кажется, что так нельзя.

Сейчас, да ещё и на ночь глядя, – нельзя.

Просто потому, что она слишком возбуждена, и сегодня стресса ей и так хватило по горло.

Лучше сделать это завтра.

– Дочь, зима на улице. Окно и так закрыто.

– А! Ну дя....

– И... Василиса сбегать не собирается – добавляю зачем–то.

А дочь моя тут же расплывается в счастливой улыбке.

– Это потому, что Иса ей вкусных кофетов дава, пу–а!

– Может быть...

А я даю своей Лисе мармеладных мишек с глицином, которые прописал нам врач, чтобы поддерживать нервную систему.

Отпаиваю чаем с ромашкой и медом...

А потом усаживаю её в детской, включаю мультики и иду готовить ужин.

Но, как только начинаю резать мясо на гуляш, дочь топает ко мне в обнимку с Полковником.

– Ма–ёу!

– Слушаю.

Водит смущенно носочком по полу, прижимая к себе медведя.

– А мне как вучше увыбаться? Надо, чтоб ты посмотвев!

Сажусь перед ней.

– Ну, показывай.

Взволнованно дышит, поправляя волосы.

– Вот так, с зубами? – демонстрирует.

– Шик!

– Иви без... Вот так!

Мило хлопает глазами, растягивая губы.

– О! Ну королева – развожу руками. – Тоже шик. А тебе самой как нравится?

– С зубами! – радостно.

Но тут же озадаченно опускает взгляд.

– Неть. Она увидит мои оствые зубки и подумает, что я кусаюсь...

– Ахах.

На воре и шапка горит, да?

– Но ты и правда кусаешься.

– Не–еть... – давяще смотрит мне в глаза.

Мрачно демонстрирую ей след на руке, который она оставила утром, при попытке скрыться от психолога.

– Это не моё. Это вампив тебя. Как в мувьтике!

И развернувшись, гордо уходит из кухни, обхватив ладонями плечи.

Вздыхаю.

Моя дочь – виртуозный газлайтер, да.

Глава 8 Следователь, лунатик и злой Табаки

Василиса

Этой ночью я останусь здесь на случай, если майора вызовут на работу, а завтра – схожу домой за вещами.

Так мы договорились...

И вот.

Теперь этот грозный мужчина – и мой начальник тоже.

А я немного в панике, потому что вообще не представляю, как с ним взаимодействовать!

Есть ведь мужчины, которых называют "ходячий секс"?

Вот майор как раз из этой категории.

Но секс ведь тоже разный бывает...

И Байсаров – явно из тяжелой артиллерии.

Точно не про нежную ваниль.

Прямо так и вижу, как при взгляде на него у женщин в голове начинает играть суровый Рамштайн.

Пришла. Разделась. Отдалась.

О!

Нет–нет–нет.