Надэя. Наследница Шорхата - Раяна Спорт

— Ну, с этим проблем не будет, — решительно заявил тан Люциус. — Мы сами их создадим.

— Что вы имеете ввиду?

— Дети растут, Надэя, хочешь ты того или нет. А преданные тебе дети — это хорошее вложение на старость лет. Хороший пример тому тан Урас, который не задумываясь последовал за мной, едва я успел озвучить свою просьбу.

Я улыбнулась старому храмовнику. Жук он, как есть жук! Точнее паук, что виртуозно сплел свои сети, а мы, глупые мотыльки, в нее попались.

Глава 5

Нам понадобилось чуть больше двух месяцев, чтобы грамотно организовать учебный процесс в новой для Юраккеша, да и для всего мира, первой светской школе, чьими учениками были не дети высшего сословия, а дети простых крестьян и ремесленников.

Связано это было в первую очередь с отсутствием у нас учебной литературы и необходимых канцтоваров. Пришлось поднапрячься и сделать все в кратчайшие сроки. Только вот если с бумагой и карандашами у нас проблем не было, то вот с учебниками возникла небольшая заминка.

Мои наработки отлично подходили для первой книги — азбуки, буквы в которой были большими, а тексты маленькими, а вот с остальной литературой, которую уже начал адаптировать под новый алфавит тан Урас, была загвоздка. Те литеры, которые я заказала у кузнеца, в этом случае не подходили от слова совсем. Книги бы с их применением получились просто огромными и неподъемными.

К тому же совершенно неожиданно возникла новая проблема со стороны матушки и Данара. Они запретили людям, проживающими на территории Шорхата и считающимися собственностью семьи Сахиб, помогать мне и отправлять своих детей ко мне на заработки. Так трое парней, которые непосредственно были связаны с производством бумажных листов, и две служанки были вынуждены покинуть территорию моей усадьбы.

Обидно, конечно, но ни они, ни я ничего поделать в этом случае не могли. Я пыталась выкупить детей у Данара, но тот отказался даже принять меня в замке, выставив как нежеланную гостью. Что ж, его право, но я надеюсь, что по возвращению домой отца, смогу уговорить последнего отпускать детей если не на работу, то хотя бы на учебу в зимние периоды времени.

Увы, но матушка с Данаром на этом не успокоились. Они запретили кузнецу принимать от меня заказы. И не только ему, а всем жителям деревень! Угроза была проста и банальна: тому, кто окажет мне помощь поднимут налоги, а они, напомню, и так уже были непомерными из-за жадности матушки, которая в отсутствии истинного хозяина земель, творила бесчинства по отношению к простому люду.

Я до сих пор искренне недоумеваю произошедшим в ней переменам. Отчего возникла такая жадность и такая ненависть ко всем? Ладно Данар, с него спроса никакого, он подвержен влиянию матушки, но что стало с Лейлой-хатун? Неужели наш отъезд из столицы так сильно ударил по ее самолюбию? Но ведь она сама стремилась покинуть душный и шумный город? Или я ошибаюсь? А все ее жалобы и слезы на шум и толкотню всего лишь хорошая актерская игра?

Слава богу, мир не без добрых людей. Тан Буреш хоть и боялся разоблачения и гнева своих господ, но сумел выполнить мой заказ, на исполнение которого потребовалось полтора месяца.

Мы тоже пошли на хитрость, использовав Мартина, сына гончара, в качестве посыльного. Наш выбор пал на него не случайно. Во-первых, он часто уходил в лес, в попытке найти съестного: чайного гриба, оставшихся на ветках ягод шиповника или рыл снег под орешником.

Я часто замечала, как люди сдирают сосновую коры, чтобы добавить ее в выпечку и сэкономить на муке, или же рыщут в поисках дикорастущих яблонь, чтобы поживиться сохранившимися на ветках плодами. Вот и Мартин чуть ли не ежедневно уходил на поиски пропитания. Об этом знали все и подозрений бы к нему точно не возникло.

Ну а во-вторых, семья мастера Кроуса считалась пришлой среди местного люда, то есть свободной от господской власти. Они жили на землях Шорхата уплачивая лишь ежегодную дань отцу в виде трех золотых и периодически пополняя замок необходимой глиняной утварью.

Ни Данар, ни матушка, власти над этой семьей не имели, как и право поднимать ей плату за аренду земельного участка. А так как гончар, печник и кузнец были тесно связаны печным бизнесом, ни у кого не возникло вопросов по поводу их частых встреч. Зато это было на руку нам, чем мы и воспользовались.

Ближе к весне мы наконец-то запустили модернизированный и усовершенствованный печатный станок. Теперь чуть ли не ежедневно из-под него выходит двадцать, а то и тридцать страниц первой книги по магическим основам, которые мы решили выпустить тиражом аж в двадцать экземпляров. И все из-за того, что почти все наши юные дарования, после магической проверки таном Люциусом, оказались магами. Слабыми, но все же магами.

Дети, кстати, вполне успешно освоили алфавит и уже начали бегло читать, радуясь каждой прочитанной странице. С утра и до самого обеда они, как правило, занимались своей основной работой, а после обеда уже шли грызть гранит науки. И не было ни нытья, ни жалоб. Каждый понимал, что урвал от жизни шанс зажить чуть лучше, чем их родители, а может мечтал, как скопит достаточное количество золотых, чтобы хотя бы их еще нерожденные дети были свободными и независимыми, нежели не они сами. В любом случае, их стремление достойно похвал.

Но в нашей жизни были и огорчения вкупе с тревогой. Как бы мы не жили уединенно и защищенно, отголоски внешнего мира доходили и до нас. Участились грабежи и разбои. Теперь уже не дикие племена пугали и убивали мирное население, а сами же юракешцы выходили на бесчинства. И все из-за страха быть пойманными варварами и голода, что охватил всю северо-восточную провинцию и близлежащие к ней территории.

Централизованная помощь из столицы, несмотря на многочисленные просьбы благородных танов и жителей этой части материка, явно не спешила. Наоборот, его величество, будто в отместку, объявил сбор всех магов, начиная со второй ступени. Я бы тоже попала под этот приказ и мне пришлось бы подчиниться, не будь я свободной таной.

Складывалось ощущение, будто его величеству и дела нет до нас, простых обывателей. Ходили слухи, что в столице устраивались грандиозные балы и это в то время, когда его подданные либо помирали от мечей и копий захватчиков со степей, либо с голоду.

В первый день весны я неожиданно для