Истинная для инопланетного правителя - Элисса Тир

«Прости. Я не хотел причинить боль. Это платье подарок, чтобы ты знала: я вижу в тебе не только Истинную, но и женщину. Ту, что достойна нежности. Айдан».

Я смотрела на платье, на записку, и ком снова рос в горле.

– Он пытается, – тихо сказала Зара. – По-своему, неуклюже, но пытается.

– Я знаю, – ответила я. – И это бесит еще больше.

Глава 11. Подарки и подруги

Я долго смотрела на платье.

Разложила его на кровати, разгладила невесомую ткань, провела пальцами по переливам. И просто любовалась. Оно было прекрасным. Оно было чудовищным. Оно было доказательством того, что Айдан не просто чудовище, которое тащит меня в постель, а человек… нет, не человек – существо, которое пытается понять.

– Ты так и будешь на него пялиться? – голос Зары выдернул меня из транса. Она стояла в дверях с подносом еды. – Ешь давай. Ты вчера не ела нормально.

– Я не голодна.

– Врешь, – она поставила поднос на стол, бесцеремонно отодвинула платье в сторону и ткнула пальцем в тарелку с чем-то, напоминающим кашу, но пахнущим ванилью и корицей. – Ешь. И рассказывай.

– Что рассказывать?

– Всё. – Зара уселась напротив, подперла щеку рукой. – Как это было. Что ты чувствовала. Что он говорил. Я никогда не была с Истинным, мне интересно.

Я хмыкнула, но ложку взяла. Каша оказалась вкусной. Нежной, сладкой, тающей во рту.

– Это было странно, – сказала я между глотками. – Сначала он был злым. Я тоже была злой. Мы почти дрались. А потом…

– Потом?

– Потом я попросила его трахнуть меня, – я сказала это спокойно, будто речь шла о погоде. – И он трахнул. Жестко. Грубо. И это было великолепно.

Зара присвистнула. Звук, удивительно человеческий.

– Ничего себе. А потом?

– А потом я ушла. Пока он спал.

– И он не проснулся? – удивилась она. – Истинные чувствуют друг друга даже во сне.

– Значит, притворился, – я отложила ложку. – Зара, я не понимаю. Он дает мне свободу. Позволяет ходить где хочу. Приносит подарки. Извиняется. А потом срывается и трахает так, что я ходить не могу.

– Он не срывается, – тихо сказала Зара. – Он реагирует. Ты думаешь, легко ждать сотню лет, найти Истинную, и видеть, как она каждый день пытается сбежать? Он чувствует твое отторжение через связь. Это причиняет ему боль. Физическую.

– Хорошо, – я оскалилась. – Пусть болит.

– Лия…

– Что «Лия»? – я вскочила, заметалась по комнате. – Я не просила этого! Я не хочу быть ничьей Истинной! Я хочу домой, к нормальной жизни, к нормальным мужикам, которые не светятся в темноте и не сверлят меня золотым взглядом!

– Айдан не светится, – поправила Зара. – Это кожа отражает свет Трех Светил. И глаза у него золотые из-за предков. Это не делает его чудовищем.

Я остановилась, уставилась на нее.

– Ты защищаешь его?

– Я пытаюсь объяснить, – она вздохнула. – Послушай. Я видела, как он смотрит на тебя. Я служу во дворце двадцать лет. Ни на одну женщину он так не смотрел. Для него ты – чудо. Подарок судьбы. А ты плюешь в это чудо каждый день.

– Потому что меня похитили!

– Тебя призвали, – мягко поправила Зара. – Разница есть. Призыв – это зов души. Ты могла не откликнуться. Твоя душа откликнулась. Значит, где-то глубоко внутри ты хотела этого.

Я открыла рот, чтобы возразить, и закрыла. Потому что в ее словах была правда. Та самая, от которой хотелось выть.

– Я не хотела, – сказала я тихо. – Не могла хотеть. Я даже не знала о его существовании.

– Душа знает. Она всегда знает.

Зара поднялась, подошла к платью, погладила ткань.

– Это удивительной красоты подарок. И он тебе подходит, – сказала она.

Я понимала. Но признавать отказывалась.

– Надень, – Зара сунула платье мне в руки. – Просто примерь. Не для него, для себя.

Глава 12. Отражение

Я держала в руках эту невесомость и чувствовала, как дрожат пальцы. Ткань была теплой, хранила тепло его рук.

– Отвернись, – попросила я.

Зара усмехнулась, но послушалась.

Я стянула серую тунику и надела платье. Оно текло по телу, как вода, облегало каждый изгиб, но не сковывало. Цвет переливался от серебристого к глубокому синему, от синего к фиолетовому в зависимости от того, как я двигалась. Декольте было глубоким, открывало ложбинку между грудей, но не вульгарно, а скорее загадочно. Разрез на юбке доходил до середины бедра, но ткань то и дело запахивалась, дразня, обещая, но не показывая.

– Можно, – сказала я.

Зара обернулась и замерла.

– Лия, ты прекрасна, – выдохнула она.

Я подошла к зеркалу (огромному, в полстены, из полированного металла) и ахнула.

Из отражения на меня смотрела незнакомка. Та же я, но другая. Глаза горели, щеки порозовели, губы припухли после вчерашнего. Платье делало фигуру идеальной, подчеркивало талию, округляло бедра, приподнимало грудь. Я выглядела как Истинная Правительница.

– Сними, – приказала я себе.

– Не снимай, – попросила Зара. – Пройдись так по дворцу. Пусть видят.

– Кому это надо?

– Тебе, – она подошла, встала за спиной, глядя в отражение. – Ты должна привыкнуть к себе новой. Не землянке Лии, которая боится и ненавидит. А женщине, которую выбрала вселенная.

– Зара, ты философ.

– Я практик, – она улыбнулась. – Идем. Я покажу тебе настоящие сады. Не те, куда водят делегации. А те, где отдыхают слуги. Там никто не будет пялиться.

Сады слуг оказались раем.

Мы спустились на служебном лифте куда-то вглубь дворца, вышли в стеклянный переход и оказались под огромным куполом. Здесь было влажно и тепло, пахло цветами и влажной землей, и повсюду – повсюду! – была зелень. Настоящая, живая, буйная.

– Это гидропонные сады, – пояснила Зара. – Мы выращиваем здесь еду для дворца. Но есть и просто красивые уголки. Слуги приходят сюда отдохнуть.

Мы шли по тропинкам, и я ловила на себе взгляды. Слуги – разные, от почти людей до совершенно невероятных существ – смотрели с любопытством, но без враждебности. Кто-то улыбался, кто-то кивал, кто-то просто провожал взглядом и возвращался к работе.

– Они