В главной роли - Райан Кендалл

— Мы принесли подкрепление! — заявляет Марго, проходя мимо меня на кухню.

— Вино и моральную поддержку, — с улыбкой добавляет Хелен, быстро обнимая меня и следуя за ней.

— Вы обе — просто ураган, — говорю я, закрывая за ними дверь.

— И тебе это нравится, — кричит Марго.

Она права.

Марго первой скидывает туфли, находясь уже на полпути к кухне. Длинноногая, с копной буйных кудрей, одетая во что-то в стиле бохо — уверена, она купила это у уличного торговца в городе, где я никогда не бывала. Она никогда не была замужем, никогда не хотела этого и живет так, словно правила писали не для нее.

Хелен — полная противоположность. Классика и утонченность. Ее прическа всегда безупречна, а одежда сидит ровно так, чтобы показать, что у нее все под контролем — даже когда это не так. Она вдова уже пять лет и каким-то образом всегда знает, что именно мне нужно услышать, даже если я этого не хочу.

Мы дружим с тех пор, как наши дети пошли в детский сад; нас сплотили ужасные родительские собрания и еще более ужасный кофе. Они были первыми, кто поддержал, когда от меня ушел муж, а я была первой, когда Хелен потеряла Патрика. Мы держались друг за друга во всем. Я бы не выжила без них, даже если иногда они сводят меня с ума.

Они направляются к дивану, словно хозяйки этого дома. Марго без спроса наливает себе бокал.

— Ну что, приступим.

— К книге? — спрашиваю я, устраиваясь в кресле напротив.

— К твоей личной жизни, — невозмутимо отвечает Хелен.

Я давлюсь вином.

— Что?

Марго ухмыляется.

— Думала, мы пришли обсудить дыры в сюжете? Нет, милочка. Мы здесь, чтобы обсудить твои дыры. — Хелен едва не выплевывает вино.

— Марго! — Я бросаю на нее испепеляющий взгляд, но сама против воли смеюсь.

— А что? Когда у тебя в последний раз был секс? Будь честна.

Хелен качает головой, вытирая губы.

— Это интервенция.

— Очень похоже.

— Потому что так и есть, — самодовольно заявляет Марго. — С меня хватит твоих отговорок. Коул вырос. Ты горячая штучка. И ты тратишь свои лучшие годы, прячась за коллекцией свечей и книжным клубом.

— Я не прячусь.

Хелен награждает меня выразительным взглядом.

— Я… постепенно возвращаюсь в строй.

— Куда? — парирует Марго. — В целибат?

Я стону.

— Вы просто невыносимы.

— А ты скачиваешь приложение для знакомств. Сегодня же.

Хелен выхватывает мой телефон, уже что-то пролистывая на экране.

— У меня на примете есть три отличных варианта. Возражения не принимаются.

Я выпрямляюсь, готовая стоять на своем.

— Еще как принимаются.

— Но ты не будешь возражать, — говорит Марго, закидывая ноги на диван. — Потому что в глубине души ты знаешь, что мы правы.

Я потягиваю вино, наблюдая за ними — за этим ураганом из неприятностей. Возможно, они и правы. Может быть, правда пора.

Марго уже поджала под себя ноги и листает телефон так, будто выполняет сверхсекретную миссию.

— Я думаю о чем-то простом. Веселом. Не слишком развратном.

— Пожалуйста, давай обойдемся без развратного, — прошу я, косясь на нее.

Хелен ухмыляется, показывая свой экран.

— «Хиндж» или «Бамбл»?

Марго наклоняется и присматривается.

— «Бамбл». Там она сделает первые шаги. Так безопаснее.

Я смеюсь.

— Безопаснее для кого?

— Для тех бедолаг, которых ты уничтожишь своим строгим учительским взглядом, — отвечает Хелен, нажимая на экран, словно все уже решено.

— Девочки, я правда к этому не готова.

Марго поднимает голову, расплываясь в широкой ухмылке.

— Кейт. А когда ты вообще была готова хоть к чему-то из того, что мы творили?

Тут я с ней согласна.

Я скрещиваю руки на груди и глубже усаживаюсь в кресло.

— Ладно. Но никаких парней без рубашек. Или фотографий с рыбой.

— Боже упаси, — говорит Хелен. — У нас есть стандарты.

— С натяжкой, — бормочу я, но подруги уже ушли в процесс с головой.

Марго взмахивает телефоном, как волшебной палочкой.

— Ладно, давай свои данные. Возраст, место жительства, любимые вещи, нелюбимые…

— Любимые вещи? Вино, книги и ничего не делать.

— Мило, — говорит Хелен, набирая текст. — Мы это обыграем.

Пальцы Марго порхают по экрану.

— Хобби? Готовка для сына не в счет.

— У меня нет хобби.

— Она печет, — не моргнув глазом добавляет Хелен.

Я стону.

— Я пеку, только когда нервничаю.

— Тем лучше. Мужики обожают домашние пироги, это плюс.

Марго начинает заливисто хохотать, едва не расплескав вино.

— Боже мой, вы доведете меня до инфаркта.

— Нет, мы дадим тебе выбор, — поправляет Хелен, протягивая мне телефон. — Вот. Профиль готов. Тебе осталось только сказать «да».

Я смотрю на экран.

Кейт. 45. Учительница. Вино, хорошие книги, плохие телешоу и лучшая компания. Ищу того, кто сможет рассмешить меня сильнее, чем две подруги, заставившие создать этот профиль.

— Вы обе чокнутые.

— Но ты нас любишь.

Люблю. И, может быть, они правы. Я нажимаю «ДАЛЕЕ». Экран меняется.

Добро пожаловать в «Бамбл».

Марго вскидывает руки так, словно мы что-то выиграли.

— А теперь посмотрим, что нам может предложить Бостон.

Марго уже лежит в горизонтальном положении, перекинув одну ногу через подлокотник дивана; бокал с вином балансирует у нее на животе, а телефон поднят высоко вверх, словно она комментирует спортивный матч — ну, или просто потому, что забыла свои очки для чтения.

И как я докатилась до такой жизни?

— Итак, претендент номер один. Без рубашки. Держит рыбу. Сразу нет.

Хелен наклоняется.

— Ну хоть рыба-то большая?

Марго щурится.

— Если честно? Похоже на форель. В любом случае — отказ.

Я тру виски́.

— Я уже об этом жалею.

— Поздно, — бодро отвечает Хелен. — Обратного пути нет.

— Следующий, — объявляет Марго. — Пожарный. Мускулистый. С собакой на коленях. Погодите-ка, это щенок? Ох, черт возьми, Кейт, этот мужчина десять из десяти.

— Нет, — на автомате говорю я.

Марго ухмыляется.

— Почему нет?

— Потому что это слишком предсказуемо. Он прекрасно понимает, что делает.

— В этом-то и весь смысл, — бормочет Хелен, прихлебывая вино.

Марго свайпает экран.

— Ладно. Вернемся к мужчине со щенком позже.

К тому же он пожарный — вполне мог бы работать вместе с моим сыном, а это сценарий, которого я бы очень хотела избежать. Я почти уверена, что Коулу нравится мысль о моем целибате.

Следующие несколько вариантов пролетают незаметно: один в шляпе-федоре, другой со странным селфи в зеркале спортзала, а третий в своей биографии пишет «сапиосексуал», чем вызывает коллективный стон на диване.

— И что вообще это значит? — спрашиваю я.

— Это значит, что он считает, будто любовь к чтению делает его глубокой личностью, — объясняет Хелен.

— Свайпай влево.

Марго резко вытягивает руку.

— О!