Не Ваша Русалочка - Тина Солнечная

Я проследила за её взглядом — и правда. Ректор Дель Тар стоял чуть выше остальных, на поднятой каменной платформе. Суровый, строгий, такой же чужой, как и в кабинете. Оценивающий взгляд скользнул по толпе, не задерживаясь ни на ком — кроме близнецов. Он чуть кивнул им, будто подтверждая: всё идёт по плану.

Как мило. Семейный вечер. Ритуал. Пламя.

Жаль только, что русалки не собаки, и мой хвост уже давно не лежит у чьих-то ног.

Я стояла среди толпы, словно часть декорации, ничем не выделяясь. Лика что-то шептала взахлёб — восторженная, наивная. А я…

Я смотрела на всё это действо — пылающие факелы, начерченные руны, ритуальное ложе, полное значимости и грязи одновременно — и чувствовала, как в груди разгорается озорное пламя.

Почему бы не поиграть? Раз уж все ждут представления… я им его устрою. Только по своим правилам.

Магия проснулась во мне мягко, почти ласково. Тёплая, сильная, как прилив.

Она скользнула сквозь пальцы, затанцевала в воздухе, словно прозрачная лента. Я знала, что никто не поймет, что я колдую. Люди не могут видеть магию русалок, если мы этого не хотим.

Иллюзия родилась в воде. Тихо. Без всплеска. На глади пошли круги. Переливы. Пена. И вдруг там появилась русалка. Не я, конечно. Блондинка. Но это просто перестраховка. Созданная мной русалка не была похожа ни на одну из тех, что жили под водой. Лёгкая, как солнечный луч, с волосами, будто струи серебра, и хвостом, переливающимся всеми оттенками морской воды.

Толпа взорвалась гулом.

— Она пришла!

— Русалка!

— Посмотрите какая красивая!

Факелы дрожали от порывов ветра, тени закручивались в пируэтах, а моя иллюзия плавно приблизилась к берегу. Плеснула хвостом, замерла, потом нырнула, чтобы скрыть трансформацию.

Из воды поднялась уже девушка. Практически обнаженная, как и полагается русалке. Только сетчатая накидка едва прикрывала тело — соблазн, завёрнутый в туман. Кожа сияла, движения были гибкими, будто рождёнными самой стихией.

Она шла по песку медленно, с достоинством. Как будто шла не к хозяевам — а принимать поклонение от них.

Локфорды стояли наготове.

Люциан — сияющий, жадный взглядом пожирал девушку. Могу себе представить, какие мысли роились в его голове.

Себастьян — хищный, прищуренный, с тем самым напряжением в челюсти, которое ему почему-то шло.

Они были довольны. Они были уверены, что скоро получат свое. Они думали, что победили.

Но моя иллюзия остановилась. В шаге от ритуального ложа. Обернулась. Будто прислушалась к чему-то далёкому. Взглянула на небо.

И я добавила последний штрих.

В небесах сверкнула молния — ослепительный разряд света, разрезавший тьму.

За ней — раскат грома, глубокий, многоголосый, как предупреждение.

Толпа ахнула, вскинула головы. Кто-то замер, кто-то перекрестился, кто-то прошептал:

— Знак…

А когда взгляды вернулись к воде — её уже не было.

Ни всплеска. Ни платья. Ни волос. Только дрожащая гладь. Словно русалка… передумала. И убежала.

Мгновение — и весь берег охватил ропот.

— Что это было?

— Где она?

— Почему она исчезла?

Я не двигалась. Только позволила себе лёгкую, почти незаметную улыбку.

Они ждали покорную. А получили — свободную. Пусть даже иллюзорная русалка, но и ее никто из этих магов не получит.

И пока Лика хлопала глазами, а ректор стиснул губы, пока братья стояли в растерянной тишине — я смотрела на них и думала:

Это только начало, мальчики. Раз уж я пока здесь, мы с вами повеселимся.

Сначала — тишина.

Никто не понимал, что произошло. Все ждали, что русалка вот-вот вернётся. Что это — часть ритуала. Игра магии. Иллюзия.

Но время шло. А гладь воды оставалась пугающе ровной.

Кто-то первым не выдержал — бросился к берегу, заглядывая в воду, зовя. Другие потянулись следом. Проверяли круг, руны, артефакты. Маги начали шептаться, преподаватели — переглядываться. Ничего не понимали.

Близнецы двинулись к ректору.

Он ждал их на возвышении, как командующий перед началом сражения. Говорил сдержанно, быстро. Что именно — я не слышала, но по жёсткому кивку Себастьяна и скривившимся губам Люциана было понятно: их куда-то отправили. Немедленно.

Зрители ждали. Сначала — напряжённо. Потом — с раздражением. Прошёл час. Русалка не появилась. Ритуал не начался. И в какой-то момент толпа начала таять.

— Ну и зря я пришла, — буркнула Лика, вскидывая волосы.

— Ты же говорила, мы поплаваем, — отозвалась я, пряча пульсирующую радость за показным равнодушием.

— Ты что, не видишь, что ничего не произошло? — сказала она.

— Но море-то никуда не делось, — фыркнула я. — Пойдём плавать.

Она покачала головой.

— Я не пойду.

— Тогда я сама, — бросила я с вызовом и сбежала по песку вниз.

К воде уже подходили и другие — несколько студентов, парочка девушек. Кто-то снял обувь, кто-то — мантию. Они смеялись и плескались, словно ничего необычного не произошло. Все же студенческая память быстротечна на события.

Отлично.

Значит, если я зайду в воду — никто не заподозрит.

Я стянула с себя обувь, неспеша прошла по песку, позволяя волнам омыть лодыжки.

Соль защипала кожу. В груди щёлкнуло — знакомо, родное, внутренняя радость заполнила меня всю.

Море встретило меня ласково. И я шагнула вглубь, не боясь намочить форму. Конечно, обернуться в русалку прямо при всех я не могу, но нырнуть поглубже вполне. Как ни крути, а мне надо было совершить один из поисковых обрядов и, все же, узнать, куда делась настоящая Мелания.

Глава 8

Под водой было спокойно. Здесь не требовалось затаивать дыхание — лёгкие раскрывались легко, привычно, будто я никогда не покидала родную стихию.

Я скользнула глубже, туда, где скалы образовывали небольшой грот, скрытый от глаз с поверхности. Свет факелов с берега сюда не доставал.

Я свернулась в воде, обняв себя за плечи, и позволила магии проснуться. Она текла во мне так же естественно, как морская вода — лёгкая, вибрирующая, живая.

Поисковый обряд. Старый, древний. Простой для русалок, если знать, кого искать.

Я прижала ладони к груди, затем к губам, затем ко лбу. Магические точки. Смысл, заключённый в ритуальных движениях. Поток внутри меня ответил сразу. Мягко. Тёпло. Я прошептала имя — Мелания, и тьма вокруг будто ожила.

Видение обрушилось внезапно.

Карета. Богато украшенная, плавно качающаяся на поворотах. Тяжёлая, тёмного дерева, с серебряным гербом на дверце. Внутри — девушка с медными волосами. Глаза, как у меня. Лицо, как у меня. Только… более наивное. Тоньше. Она выглядывала в окно, придерживая шторку пальцами в кружевной перчатке.

На сиденье напротив — ничего.