Бывшие. Притворись моей женой - Татьяна Катаева

греет. Но прошёл час, а может, чуть больше, а она всё не выходила. Люди постоянно менялись. Жизнь вокруг текла своим чередом. Люди то заходили, то выходили из кафе. И только я застыл... Я искал глазами только её — хрупкую, с тонкой талией, русыми волосами и глазами неба голубого. А губы... Эти губы я до сих пор вспоминаю во сне. Пухлые, мягкие, такие, после которых ты уже не целуешь других — просто имитируешь.

Но её всё не было.

Мимо проходил паренёк, школьник скорее всего — лет 12–13, рюкзак, наушники, жвачка во рту. Я его тормознул.

— Эй, малой! — Он обернулся. — Зайдёшь туда? Мне нужна помощь.

Он подозрительно на меня уставился. Типа, кто я вообще и чего хочу.

— Там в кафе девушка. Тонкая такая. Русые волосы, глаза — как небо, губы — ну, понял, да? Сказка просто. Сядь, посмотри, с кем она. Парень с ней или девушка. О чём говорят. Зовут Настя, ну, вдруг имя услышишь. Понял? А потом расскажешь мне.

Он скептически хмыкнул:

— А если палево будет? Чё это я буду там просто так сидеть?

— На бабки, закажи что-нибудь. Ок?

— Ладно, — буркнул, убрал наушники и пошёл.

Я остался снаружи. Сигарету закуривать не стал — руки и так дрожали. В голове крутилась одна только мысль: а что, если она не одна? Что, если сейчас она там, с ним... Новым. Тем, кто будет гладить её волосы и слушать, как она тихо смеётся. Тем, кто никогда не узнает, как она умеет молчать, когда больно. Или как может притворяться сильной, когда ей страшно. Или же и с ним она играет? Очередного спонсора себе нашла?

Прошло минут десять. Я уже хотел зайти сам, но тут школьник вышел. Жуёт жвачку и улыбается, как будто ему по приколу всё это.

— Ну что? — спрашиваю.

— Она одна. И вообще-то, она там не отдыхает, а работает. Ко мне с меню подошла. А я сразу на бейдж взглянул. "Настя" — девушка с голубыми глазами и тонкой талией. Я не ошибся, уверен.

Вздохнул. Не знаю — с облегчением или с новой болью.

— Спасибо, малой, — хлопнул по плечу. Он протянул руку и с ехидной улыбкой добавил:

— Что, втрескался, да?

— На, ещё на мороженое. Хорошо поработал, — игнорируя его вопрос, дал ему ещё денег.

Парень ушёл, а я остался стоять. Вроде бы и рад, а вроде и злость берёт. На что надеялся? Что она всё это время страдала? Что плакала по ночам, как я? Убеждал себя, что она просто прячется. Что не может быть счастлива без меня.

Сильная. Холодная. Независимая. Такая, какую сам и сделал.

Но почему работает там? Почему не нашла богатого ухажёра? Почему вернулась из-за бугра и спину тут гнёт?

Как много вопросов, а ответов — нет. И не будет. Всё, что осталось мне — только смотреть. Не прикасаться. Не подходить. Не говорить.

Просто стоять — и проживать. Себя. Без неё.

Глава 6. Анастасия

Я стою, будто вкопанная. Меню в руках, губы приоткрыты — не от слов, от шока.

Это он.

Не может быть.

Я моргаю, надеясь, что померещилось. Что это кто-то похожий. Что мозг сыграл злую шутку. Но нет же. Он. Назар Демченко. Моя первая любовь. Мой первый парень. Первый мужчина. И даже первый горький опыт — тоже он.

Смотрит на меня, как будто вообще не прошло время. Словно я — не чья-то официантка, не мама, не сломанная и собранная обратно женщина, а та самая Настя.

Только его.

Настя... Настенька... Настюша... Незабудка моя...

На секунду всё вокруг замирает. Кофемашина перестаёт шуметь, люди перестают разговаривать, всё — как будто под стеклянным куполом. А сердце перестаёт биться и чувствовать боль прошлого.

Остаёмся только мы вдвоём. Те старые, которые, казалось, любили друг друга.

Глаза в глаза.

Меня прогибает током, и сердце снова запускается. Пропуская сквозь себя всю перенесённую боль за эти два года.

И лишь поэтому мир возвращается. Пульс в висках, предательская дрожь в пальцах, резкий холод по спине. Я выдыхаю через нос. Прямо в лицо себе.

Соберись, Настя. Ты уже не прежняя серая мышка, которая дрожала только от его взгляда. Ты не та запуганная и опозоренная девушка, которая бежала по улице, спотыкаясь и падая. Ты всё сделала правильно. Он сделал свой выбор ещё тогда. И поэтому он тебе никто. Просто гость. Мужчина за пятым столиком.

Делаю шаг. Кажется, больше не смогу. Но потом делаю ещё один. Плечи ровные. Шаг уверенный. Только руки всё ещё дрожат, и меню чуть слышно шелестит в пальцах. Подхожу ближе и заставляю себя улыбнуться. Самой обычной рабочей улыбкой, которую надеваю каждый день. Нет, я не умру из-за этой боли. Я не сломаюсь или прогнусь. Не дождёшься, Демченко.

— Добрый день, — произношу ровно. Голос — чужой. Холодный. Даже мне страшно от самой себя. Никогда не знаешь, сколько боли ты можешь вынести, пока эта боль не посыпется на тебя лавиной. — Вот меню. Что будете заказывать?

Он молчит. Просто смотрит. Изучает. Как будто впитывает глазами. Не моргает. Словно я — не я, а видение из прошлого. Призрак.

Ты тоже для меня призрак прошлого. А призраков надо бояться. Они преследуют, душат, мучают, испытывают... Жизни нормальной не дают. И я надеюсь, что он просто случайно сюда зашёл, не зная, что я тут работаю.

Боже, как же сильно я на это надеюсь.

— Назар, — говорю тихо, с нажимом. — Ты слышал, что я сказала?

Он чуть качает головой, как будто очнулся. Губы приоткрываются, и мне на секунду становится страшно — а вдруг он скажет то, чего я не выдержу? Вдруг он знает?

Маша...

Нет, этого не может быть.

Но он молчит. Только подаёт лёгкий кивок и опускает взгляд в меню.

Не может говорить? Тоже в шоке, что тут встретил меня? Не хочет? Или боится? Да какая разница, в конце концов, ничего из этого не имеет значения для меня. Его не существует. Умер. А то, что сердце бьётся гулко... Ничего. Остынет. Два года назад утихло — и сейчас справится.

Раньше я только и мечтала, что однажды он встанет у моего порога. Что придёт, извинится, обнимет...

Только теперь мне обниматься некогда. У меня дочь. Работа. Жизнь, в которой ему больше нет места. И не будет!

Предателям нет места в моей жизни и в жизни моей дочери!

Точка!

— Эспрессо? — спрашиваю просто, как с обычным клиентом. И мне кажется,