Бестия. Бесстыжая для владыки - Влада Штерн

приема, который был или вечность назад, или вчера. Я видела себя на балу в дорогом платье, танцующей с кем-то, будоражащим мое воображение. «Бред… просыпайся, тебе надо на рынок, за травами…» — через пелену видений пронеслась в моей голове мысль. Но мне так хотелось лежать, ведь перина была такая мягкая, а мягкость простыней манила к себе.

В этот момент я и открыла глаза, вспомнив, что нет и не было у меня никогда шёлковых простыней. Но мой еле сфокусированный взгляд наткнулся на полог огромной кровати, а руки, которые я развела широко, скользили именно по шёлку. И в это мгновение я вспомнила все события не только прошедшего дня, но и всего последнего месяца.

Я похищена мерзким колдуном Троем, он использует меня в своих коварных планах. На моей руке кольцо, смертельно опасное для меня. Я должна… соблазнить владыку, чтобы быть с ним рядом и иметь доступ в его замок Оверлук. А потом суметь найти способ войти в тайное хранилище.

Как только все воспоминания прочно встали на свои места, я попробовала приподняться, чтобы оглядеться. Комната даже в полутьме выглядела слишком большой для особняка Реджины. Но мое первое движение было остановлено дикой болью в голове и приступом тошноты. Тогда я и вспомнила все окончательно, вплоть до моего вчерашнего полнейшего опьянения.

Виски четырехкратной перегонки!

— Я убью тебя, Реджина… — икая, произнесла я немощным голосом. Перед моими глазами встала картина вчерашнего застолья, и как только я вспомнила этикетку, мое нутро дало о себе знать самым ужасающим способом!

Дикими движениями я как можно быстро соскочила с постели, и, несмотря на головокружение и ставшую невыносимой головную боль, развела в стороны темные портьеры и открыла застекленную дверь, которая мне сначала показалась окном. Выбежав на балкон, я буквально наполовину согнулась через ограду всем своим телом. Желудок тут же как по команде начал экстренно очищаться, а я еле стояла, изо всех сил держась за белоснежную опору и молясь, чтобы рвота быстрее прекратилась.

Ибо стоял яркий солнечный полдень: я была на втором этаже замка Вегарда, а внизу был разбит сад с многочисленными розами и мягким газоном. На газон и попал мой вчерашний высокоградусный ужин.

Слепящий меня свет и головная боль соединились и я прикрыла глаза, чуть ли не повиснув на балюстраде. Я еле дышала, вновь и вновь ощущая спазмы в своем животе. Но желудок постепенно успокаивался, как и я. Чувствуя небольшое облегчение, я приоткрыла один глаз. И поняла, что стою совершенно голая, а внизу звучит чья-то песенка. В ужасе я заметила среди кустов приближающегося садовника. Перед тем, как чуть ли не падая обратно забежать в покои, я заметила на голове садовника какую-то странно сверкающую то ли шапку, то ли колпак.

«Почему я голая и где моя одежда⁈» — лихорадочно стали проноситься в моей голове мысли, как только я снова оказалась в спальне.

Внезапно двери распахнулись и вошел хозяин замка — владыка Вегард собственной персоной. Я в этот момент стояла ровно напротив него, сзади освещаемая светом из открытых дверей балкона. Я замерла, умирая от стыда и ужаса.

— Доброе утро, леди Лилиан, — как ни в чем не бывало поздоровался со мной Вегард и сразу же добавил: — Опять гуляете по балконам в поисках приключений? — Он усмехнулся. — Не стоит, праздник давно закончился, а вы можете заболеть. Так что марш в постель обратно.

Я с каким-то то ли полукриком то ли полувизгом стремглав оказалась у постели с черными шелковыми простынями, и, сдернув одну из них, быстро прикрылась ею спереди.

— Милорд, вы застали меня врасплох… — еле подбирая слова, с трудом выговорила я, не зная, что именно в таких случаях говорят молодые девицы. «А часто ли благородные девицы просыпаются в замке лорда и мага с репутацией развратника, после которого можно пропасть неведомо куда⁈» — раздался в голове ехидный голос. Действительно, почему я должна сейчас оправдываться? Ведь это не я ворвалась к нему в спальню без спроса!

— Владыка Вегард, я не ожидала, что вы зайдете сюда прямо сейчас, ведь я… — мне было трудно подбирать слова, стоя полуголой перед прищуренным взором Вегарда. — Ведь я не одета, что странно…

— Ничего в этом странного нет, миледи, судя по тому, в каком состоянии вы вчера были. — Брюнет еле заметно повел плечами и сделал несколько шагов вглубь огромной спальни. Его волосы сейчас были собраны в хвост, черные плотные штаны облегали великолепные ноги — длинные, с развитой мускулатурой. На нем были сапоги для верховой езды и свободная рубашка. — Вы что вчера пили, душа моя? Ром, виски или абсент?

Мне стало дурно моментально, как только Вегард начал перечислять названия спиртосодержащих напитков. Желудок захотел снова выгулять наружу содержимое, которого, я точно знала, уже не могло быть. Я машинально отошла от Вегарда на максимальное расстояние, опершись, в конце концов, спиной к стене у изголовья кровати. Потому что чувствовала себя ужасно взъерошенной, несвежей и, скорее всего, от меня мог доноситься запах утреннего похмелья.

— Кажется, только шампанское, милорд, — промолвила я тихо и совсем неуверенным тоном, стараясь не смотреть в глаза владыки. Боги, наверное, я представляю собой жалкое зрелище! Он, наверное, думает, что я редкостная дура, которая не знает, как вести себя в обществе и не напиваться в свой первый выход в свет.

Но, в общем-то, это и было правдой. То есть то, что я не обладала никакими навыками светского времяпрепровождения. Наставления Троя были поверхностны и полны неточностей, а он сам был невесть кем.

— Шампанское не даст никому потерять сознание, миледи, — непринуждённо сказал Вегард, подходя к открытым дверям балкона и рассматривая вид снаружи. Он стоял ко мне профилем и я невольно опять залюбовалась красотой черт его лица, особенно носа — породистого, с небольшой горбинкой.

— Вот что, — он неожиданно снова посмотрел в мою сторону, и, оглядев с головы до ног, чуть заметно улыбнулся, словно каким-то своим мыслям. — Вы остаётесь у меня на неопределённое время. Пока окончательно не поправитесь.

— Но удобно ли это, милорд, я не смею мешать вам… — я с трудом находила подходящие великосветские выражения. — Будет ли прилично…

— Вздор, — резко перебил меня Вегард, убрав с лица выбившуюся прядь волос. — Вам стало плохо у меня на званном вечере, я обязан проследить за вашим выздоровлением, чтобы не прослыть хозяином, у которого можно отправиться к праотцам после обеда… Так что отдыхайте, Лилиан, лекарства вам принесут.

Я ничего не смогла сказать, только моя память опять ехидно рассмеялась при его