Бестия. Бесстыжая для владыки - Влада Штерн

когда Вегард стал ласкать мою грудь — настойчиво, нежно и одновременно ощутимо сжимая ее, лаская соски подушечками пальцев. Новый стон, несдержанный и громкий, вырвался из моего горла. Одна его рука переместилась на мой живот и быстро скользнула в самый низ, оказавшись стиснутой между нашими телами.

— Ох… да-а-а-а… — нечленораздельно застонала я изменившимся голосом, когда почувствовала его пальцы — горячие, неспешно ласкающие меня — на самой моей чувствительной и уже разгоряченной плоти. Я откинула голову назад. Мои волосы стали касаться его ног, его рука крепко держала меня за талию, в то время как другая продолжала доводить меня до сумасшедшего удовольствия.

— Прошу тебя, — произносила я слова — обрывочно, словно в лихорадке.

Нагнувшись к нему снова и ощущая нарастающую жажду, я провела руками по его обнаженной груди. Я хотела наконец ощутить его губы на своих губах — они манили меня к себе с первой минуты нашего знакомства. Но Вегард неожиданно опрокинул меня на спину, нависнув надо мной. Его рука продолжила ласкать меня — более настойчиво, сильно, — в то время как другая шире раздвинула мои согнутые в коленях ноги.

— Не закрывай глаза, Лилиан, — снова повторил Вегард повелительным тоном. Я металась под ним, уже не сдерживая стоны — моя кожа взмокла от испарины, ноги сводило судорогой от приближающейся разрядки. Я ощутила еще несколько ритмичных, сильных движений, прежде чем почувствовала первые волны экстаза.

— Не сдерживайся, — хриплый голос Вегарда потонул в моем полукрике-полустоне. Я задергалась под ним, ощущая, что он продолжает держать меня в стальных объятиях. И, видя через ресницы его настойчивый и дикий взгляд, пожирающий каждую эмоцию на моем лице и впивающийся в мои глаза, я полностью отдалась накрывающему меня удовольствию…

Приходила в себя я недолго. Вегард теперь сидел надо мной, опершись спиной об изголовье кровати. Он наматывал на палец локон моих каштаново-рыжих волос, смотря на меня.

— Милорд… — начала я, чувствуя себя неудобно под его взглядом.

— Я просто любуюсь твоим телом, Лилиан. Ты предельно хороша, — произнес Вегард. Он еще некоторое время смотрел на меня странным взглядом. Я тоже чувствовала себя странно — ведь то, что произошло между нами, было чем-то неоконченным. Я знала, что мужчинам не нравится останавливаться без собственной разрядки.

«Ты что, забыла? — тут же подумала я. — Ты же теперь вроде как благородная девица и то, что между вами произошло, считается позором. Конечно же он не захотел до конца… лишить тебя чести.»

Насчет последнего я, конечно же, сомневалась. Хотя все-таки смысл в этом был — я находилась под опекой своей тетки Реджины.

— Приходи ко мне завтра вечером, Лилиан, — прервал наконец молчание Вегард, соскользнув с кровати. На натренированной спине разметались его великолепные волосы — я так хотела снова ощутить их касание.

— А теперь иди к себе, тебе нужно отдохнуть, — добавил Вегард погодя, уже стоя в проеме дверей. Он улыбнулся мне и через мгновение исчез в темноте коридора…

Глава 8

— Что я наделала? — прошептала я, как только оказалась в стенах своей комнаты. Время давно перевалило за полночь, а спать мне не хотелось совершенно. Да и как спать тут после произошедшего?

Я прошла к кровати и опрокинулась на нее, закрыв лицо руками. Все, что случилось со мной в покоях Вегарда, сейчас казалось каким-то диким сном. Точно таким же, как те, которые начали преследовать меня больше месяца назад.

Я все еще чувствовала следы прикосновений его сильных и таких горячих рук на моей коже, мне казалось, что она горит там, где он ласкал меня больше всего — на груди, на спине, на бёдрах и животе. Быстрое и яркое удовольствие, до которого он довел меня, так же быстро отступило, мое тело требовало продолжения, намного большего.

— Но продолжать он не захотел, — снова сказала я сама себе, убрав руки с лица и уставившись в балдахин над кроватью. — Может, он… не может? Ага, конечно. Его мнимую немощь я прекрасно чувствовала между ног… Тогда что? Наверно, и вправду не захотел нарушать мою непорочность. Очнись, дура! — выругалась я, сев на расхристанной кровати. — Не наверное, а точно! Даже если ты теперь сиротка и бесприданница, ты в статусе дворянки, хоть и мелкой. С этим у них все строго. Даже если он захочет соблазнить тебя, как тех девиц, о которых вещал Трой, он не будет сразу же пользоваться своим положением… Пока не удостоверится, что ему это сойдёт с рук, или пока не придумает, как взять тебя под свое покровительство!

Ворох путаных мыслей и множества вариантов догадок заставил меня снова вскочить с кровати. Я ходила по комнате кругами, анализируя все с разных точек. Была бы здесь сейчас Реджина, она смогла бы мне помочь распутать весь клубок предположений и загадок. Но веселая аферистка сегодня точно отсутствовала в замке. Я в этом почему-то была уверенна. Реджина не смогла бы пойти спать, не поболтав со мной перед сном о мужчинах.

Подойдя к зеркалу, я вгляделась в свое изображение. Впервые я стала замечать в своем лице смелость взгляда и некоторую его дерзость. Может, это как маяк для него? Поэтому он так быстро решил, что я не смогу устоять и сама упаду в его объятия? Может быть, Трой прав, говоря о том, что моя кровь придает мне тень порочности. И поэтому он был уверен, посылая меня сюда, что владыка сразу же заметит именно меня в толпе.

«Ведь Вегард сам сказал через час после нашего знакомства, во время танца, что я сама не прочь испытать кое-какие удовольствия. Кошмар, неужели кровь потомков сидов привлекает мужчин только с такими мыслями?»

А еще меня беспокоило то, что он не хотел меня целовать. Я была уверена в этом стопроцентно. Я знала, что первое, чего хотят мужчины — это ощутить вкус губ девушки, которая им понравилась. Два или три раза во время нашей с Вегардом полу-близости он делал так, чтобы наши губы не соприкоснулись.

— А может от меня несло спиртным или, еще хуже, у меня было несвежее дыхание?

Но я отбросила от себя эти мысли. Чистоплотность была привита мне чуть ли не с пеленок и за зубами я следила. И к тому же вспомнила, что прошлым вечером Реджина мимоходом сказала мне, что не чувствует от меня никакого запаха хмеля, потому что виски дорогой и вообще я чрезмерно переживаю из-за того конфуза с обмороком.

«Уймись, Лилиан! Ни один бал не проходит без того, чтобы кто-то не напился