Квартирный вопрос с драконами - Виктория Сталь

— Я справлюсь, — сказала она себе. — Я Ветрова. Мы, Ветровы, всегда справлялись.

________

Вечером, когда Алиса вернулась домой, её ждал новый сюрприз. В ванной горел свет, и оттуда доносился не плеск, а звук фена. Она осторожно заглянула.

Пых сидел на краю ванны и сушил Лампусика феном. Светящийся комок довольно жмурился, подставляя то один бок, то другой под струю тёплого воздуха. Фен работал на полную мощность, и от этого в ванной было жарко, как в сауне.

— Что вы опять делаете? — спросила Алиса.

— Сушимся, — ответил Пых. — Лампусик после купания должен быть сухим, иначе у него на теле появляются пятна. А фен — самое лучшее средство. Только он много электричества жрёт. Ты не ругайся, я потом заплачу.

— Чем заплатишь?

— Ну... — Пых задумался. — У меня есть немного драконьего золота. Не настоящего, конечно, магического. Но если его обменять, на месяц света хватит.

— У тебя есть золото? — удивилась Алиса.

— Есть немного. Варвара Степановна разрешала хранить под половицей. Я тебе потом покажу. А сейчас дай досушить, а то он простынет.

Алиса махнула рукой и пошла на кухню. Борьба за ванную была проиграна окончательно и бесповоротно. Она поняла, что это её новая реальность. И в этой реальности ванная принадлежит не ей, а всем обитателям квартиры. И дракон с феном — это теперь норма.

Она сидела на кухне, пила чай и слушала, как за стеной гудит фен, как довольно урчит Пых и как попискивает от удовольствия Лампусик. И вдруг поймала себя на мысли, что ей это даже нравится. Ну, не сама битва за ванную, а вот эта странная, суматошная, магическая жизнь. Она чувствовала, что здесь, в этой квартире, она нужна. Не как менеджер по продажам, а как кто-то больший. Как Хранительница.

В углу засветился Лампусик, вылезший из ванной и устроившийся в своей розетке. Из фикуса донёсся тихий перезвон феи желали спокойной ночи. Пых улёгся на подоконник и засопел, выпуская дымовые колечки.

Алиса улыбнулась и пошла чистить зубы. В ванной, кстати, было прибрано. Пых постарался.

— Молодец, — шепнула она в сторону кухни.

— Слышу, — донёсся сонный голос. — Я вообще молодец. Спокойной ночи.

— Спокойной.

Она легла на диван и закрыла глаза. Завтра будет новый день. Новая битва за ванную. Новые приключения. И, наверное, это именно то, что ей было нужно. Нескучная жизнь. Жизнь, полная чудес. Пусть даже эти чудеса немного... липкие, мыльные и с дымком.

Глава 3. Магазин и два типа драконов

Неделя в новой жизни пролетела как один безумный день. Алиса уже почти привыкла к тому, что по утрам в ванной плещется дракон, по вечерам в торшере светится Лампусик, а из-за печки периодически доносится шорох - это домовой перекладывает свои сокровища (старые пуговицы, фантики и одну забытую кем-то серёжку, которую Алиса безуспешно искала три дня).

Работа, правда, страдала. Алиса постоянно опаздывала, на совещаниях смотрела в одну точку, думая о том, не забыла ли она купить Пыху его любимый корм, а в отчетах иногда проскальзывали странные формулировки вроде «драконье золото» и «феи в фикусе». Коллеги списывали это на стресс от переезда и советовали пить валерьянку.

Но самое главное открытие ждало Алису в конце этой недели. Открытие гастрономическое, финансовое и, как оказалось, экзистенциальное.

Всё началось с обычного похода в супермаркет. Алиса, вооружившись списком, бодро катила тележку между рядами, закидывая туда стандартный набор холостяцкой жизни: полуфабрикаты, йогурты, хлеб, яйца, макароны. Для Пыха она взяла пару килограммов куриных грудок. Дракон вроде как мясо ел, значит, курица должна подойти. Для Лампусика прихватила коробку сахара-рафинада. Пых сказал, что тот питается электричеством, но сладкое любит, как десерт.

Вернувшись домой, она с гордостью выгрузила покупки на кухонный стол.

— Пых! — позвала она. — Иди смотреть, что я купила!

Дракон появился из комнаты, где он дремал на подоконнике, лениво потянулся, зевнул, выпустив облачко дыма, и подошёл к столу. Его янтарные глаза скользнули по пакетам, по выложенным продуктам, и остановились на куриных грудках.

— Это что? — спросил он тоном, каким спрашивают, увидев таракана в тарелке.

— Курица, — гордо ответила Алиса. — Твоя еда. Я же видела, как ты шашлык ел. Вот, купила. Будешь есть.

Пых посмотрел на курицу. Потом на Алису. Потом снова на курицу. Из его ноздрей вырвался тоненький, едва заметный дымок. Это был плохой знак.

— Ты хочешь, чтобы я это ел? — переспросил он ледяным тоном.

— Ну да. Это мясо. Ты же мясо ешь.

— Я ем мясо, — медленно, как будто разговаривал с умственно отсталой, произнёс Пых. — Но не это. Это... это курица. Бройлерная. С гормонами. Выращенная в тесных клетках, где она даже крылья расправить не могла. Это не мясо. Это... это оскорбление моего драконьего достоинства!

— Чего? — Алиса опешила. — А шашлык? Ты же сам шашлык делал!

— Шашлык был из баранины! — взревел Пых. — Натуральной, свежей, с рынка! Которую я собственнолапно выбирал! А это... — он ткнул когтем в упаковку с курицей. — Это пищевые отходы! Я такое даже в пасть не возьму!

Лампусик, который дремал в своей розетке, проснулся от шума и высунулся посмотреть, что происходит. Увидев сахар на столе, он оживился, подполз, схватил один кусочек своими студенистыми лапками и начал довольно жевать, излучая мягкий золотистый свет. Его совершенно не волновали драконьи проблемы с питанием.

— Пых, успокойся, — Алиса попыталась говорить рассудительно. — Это просто еда. Ты же не можешь есть только баранину каждый день. Это дорого.

— Мне плевать, сколько это стоит! — Пых встал в боевую стойку, чешуя встала дыбом, из пасти показался язычок пламени. — Я дракон! Древний кровный дракон! Мои предки питались быками и медведями! А ты мне суёшь эту... эту... курицу-несушку, которая всю жизнь провела в клетке и видела небо только на картинке! Это унижение!

— Но в супермаркете ничего другого не было! — попыталась оправдаться Алиса.

— Не было?! А стейки? А вырезка? А мраморная говядина? Ты вообще смотрела?

— Пых, мраморная говядина стоит как половина моей зарплаты!

— И что? — дракон искренне не понимал. — Ты же не себе покупаешь. Ты дракону покупаешь! Дракону! Мы вообще-то существа неприхотливые, но уважать себя надо! Я не прошу каждый день есть мраморную говядину. Но курица