Лжец. Вернуть Любовь - Яна Декс

его делами занимались чужие люди. Поэтому, мягко так, без напряга, ему как-то удалось втянуть меня во все эти дела. И уже через год я более-менее разбирался в том как починить водопровод, как поправить замерзшие за зиму ворота, как ровно положить плитку на подъездной дорожке и как поменять розетку.

Мне это в какой-то мере даже стало нравиться. Это было что-то типа игры в «Форт-боярд» или шоу «Последний герой». Во всяком случае мне, с пеленок привыкшему к роскоши и свободе от подобных проблем, это начало казаться экзотическим отдыхом, сродни горнолыжному спорту.

К тому же дядя Саша был иногда весьма интересным собеседником.

Вот и сейчас, я взбешенный до предела, все равно краем глаза подметил те немногие вещи, которые я сделал в фасаде их дома: наличники на окнах, которые мы лично пилили и стругали; новая металлочерепица на крыше, которые также укладывали мы сами; а еще каркас для виноградника, который мы сварили из старых труб.

Усмехнулся своим мыслям. Ну точно идиот о таком думать!

Наконец я подошел к калитке и застопорился.

Родители у Дашки интеллигенты. Наверняка она уже им все рассказала в красках, и теперь я для них враг народа. Наверное, они меня и на порог дома не пустят. И Дашка ко мне не выйдет. А Ромка? Интересно, что она ему наплела? Неужели так и выложила, что я у себя в кабинете любил другую женщину? Ну бред же! Не сказала бы Дашка такое сыну. Да и сама она была голубых кровей. Конечно, она призналась родителям — матери уж точно, но вряд ли все рассказала в красках. Не такая она у меня, чтобы везде кричать о своих бедах.

Все равно. Я заберу их! Мои они! Приедем домой и обо всем поговорим. Ну, оступился раз. Что тут такого?!

Злость вернулась, и я требовательно позвонил в звонок. Во двор тут же выбежали две собаки и начали меня облаивать. Но затем, учуяв знакомый запах, стали поскуливать. Любили меня эти зверушки, даже сам не понимал за что. Я вроде как-то их не очень. Обычные дворняги. Зато Дашкина мать носилась с ними как с собственными детьми. Да и с кошками также носилась. Их у нее было всегда штуки четыре как минимум. Смешно.

Наконец во дворе послышались мужские шаги. Через минуту дядя Саша открыл дверь, но не впустил меня внутрь, а вышел ко мне сам.

— Здравствуйте, дядь Саш, — мрачно буркнул я. — Как ваши дела? Дашка моя у вас?

— Дашка? — он укоризненно взглянул на меня.

Я помнил, что родители, да и сама Дашка не любили, когда я ее так называл. Они принимали только Дарья или Дашенька, но никак не Дашка.

— Извините, — буркнул я. — Дарья.

— Дашенька уже спит, — вздохнул мужчина. — Устала она.

Интересно от чего?

— Дядь Саш, нам с ней поговорить надо, — прямо заявил я. — Я столько сюда ехал. Что ж вы меня обратно отправите?

— Не знаю, Ильяс, — он качнул головой. — Вы ведь поругались с Дашей, так? Наталья сказала, чтобы я тебя не пускал, а она такого зря говорить не будет. Значит, есть за что.

— Да, поругались, — сквозь зубы произнес я. — Скорее она обиделась и просто уехала. Слово мне не сказала! Так же нельзя. Мы семья или кто? Вот и решать все должны внутри семьи.

— Наверное, есть что-то, что она не смогла решить, — ответил он. — И обсудить с тобой тоже не смогла. Не знаю что это. Я не пытал своих девочек. Дашенька заверила меня лишь в том, что ты ее не ударил. Иначе я бы точно к тебе не вышел. Или вышел, но не с пустыми руками. Но все равно. Чтобы моя дочь вот так ушла не поговорив — это ей должно было быть очень больно. А значит, разговор с тобой сделал бы ей еще во много раз больнее.

— Нам все равно нужно поговорить, — настаивал я. — Мы ведь семья. Она моя жена. Я не собираюсь ее терять. Мы должны поговорить.

— Может быть, — согласился он. — Но не сейчас. На моей дочери лица нет, и в этом виноват ты. Что бы ни случилось, но я всегда приму сторону дочери. Даже если она не права. Сейчас я должен защитить ее, поэтому не позволю тебе войти в дом.

— Вы серьезно?! — возмутился я. — Я проехал… чертово количество…

— Не выражайся, — осек меня этот интеллигент.

— Вы хоть понимаете, что закон на моей стороне?! — меня это все окончательно вывело из себя. — Да если я сделаю один звонок…

— Что ж, Ильяс, — перебил меня дядя Саша. — Мне все ясно. Я буду защищать свою дочь до последнего. И защищать ее как я вижу, нужно от тебя. Если ты так вопросы решаешь, тогда я понимаю, почему Дашенька уехала не поговорив. Какие уж тут разговоры, если один твой звонок, и ты запрешь на законном основании свою жену у себя же в доме. Это не по-мужски. Мне не о чем больше с тобой говорить.

Мужчина спокойно развернулся и зашел обратно в дом. Я же стоял в полнейшем бешенстве внутри. Хотелось немедленно вызвать сюда нужных людей и забрать Дашку и Ромку. Хотелось разнести к чертям этот дом! Но как мне ни хотелось этого признавать, но дядя Саша прав. Так дела не решаются. Я должен нормально поговорить с Дашкой. Хотя бы постараться. И это явно произойдет не сейчас.

Поэтому в этом захолустье мне нужно срочно найти место, где я смогу поесть и поспать. А завтра уже буду думать что делать.

Глава 9

Наверное, утомление после поезда и стресс после предательства мужа сильно на мне сказались, потому что я уснула уже в девять вечера. Как и Ромка, который набегался перед сном с дедой, а потом еще выкупался и поел как следует. Поэтому сон накрыл нас быстро.

Однако утром в семь часов мы уже были на ногах. Ромка повел меня на зарядку и на утреннее умывание. Мой папа тоже вставал рано, поэтому я быстро узнала, что Ильяс приходил вчера.

— Уверен, он придет еще раз, — тихо сказал мне папа, пока Ромка весело умывался и отплевывался от мыла.

— Спасибо, пап, — я одарила его нежным взглядом. — В следующий раз я сама с ним поговорю.

— Может ты скажешь, что случилось? — он взглянул на меня одновременно ласково и строго.

— Пап, он… обманул меня, — я постаралась завуалировать правду. — Я не представляю, что после такого обмана я как раньше буду жить с ним