Академия для дикой Розы - Керри Лемер

— Простите, мистер Брансон, — виновато потупила взгляд и тяжело вздохнула, — вы правы, я не обо всем вам рассказала.

Родители сразу напряглись, а лекарь осуждающее сощурился, ожидая продолжения, но я не спешила, театрально нагоняя ужаса своим молчанием и наигранными всхлипами.

— О чем вы, леди? — Старик, медленно отложил целительский кристалл на тумбу. — Вас что-то беспокоит?

— И да, и нет, — туманно ответила, выдавив из себя слезу.

Это окончательно растрогало маму, и она поспешила утешить меня, присев рядом и приобняв за плечи.

Конечно, совесть протестовала против лжи, но я быстро заткнула ее. Рассказывать правду не собиралась, как и отправляться на плаху.

— Милая, — мама поглаживала меня по спине, — расскажи нам, что случилось? Наш семейный лекарь — один из лучших в империи, он обязательно поможет.

Герцог Брэдфорд, нервно застучал пальцами по рабочему столу. Видя его нетерпение, не стала еще больше оттягивать неизбежное.

— Дело в том, — нервно облизнула губы, — что у меня появились некоторые проблемы с памятью. — Практически прошептала.

— С памятью? — удивился лекарь. — Что вы имеете в виду? — Брансон нахмурился и жестом попросил маму отсесть подальше, а сам занес руки над моей головой.

Я не совсем понимала, как работает магия, особенно лекарская, поэтому не знала, сможет ли Брансон проверить мои слова и подтвердить наличие амнезии, вернее, ее отсутствие.

— Ну, я многого не помню, — до боли кусала нижнюю губу.

— Что? — Ахнула мама, хватаясь за сердце. — Почему ты не сказала раньше? — Герцогиня пришла в ужас, но не решалась помешать Брансону.

— Хм, — лекарь отошел на шаг, закончив свои манипуляции, он выглядел озадаченным, — леди, я знаю, что вы редко используете свою магию, поэтому могли не заметить изменений, но ваша аура изменилась.

Это было очередное отступление от написанного, что еще раз доказывало — мир не книжный, он не выдумка и не больная фантазия. Глупо, но почему-то я искала подтверждение этому в каждой мелочи, в каждой детали и подсознательно сопротивлялась этой идеи.

— Что не так с ее магией? — Встрепенулся герцог.

— Пока не могу сказать точно, физических повреждений я не нашел, — Брансон, потянулся к рабочему саквояжу, — предполагаю, что травма была серьезней, чем мы предполагали, и это пробудило в вашей дочери иную магию.

— Но, как это связано с ее памятью? — не понимающе уточнил отец.

— Возможно, никак, — Брансон достал на свет какую-то деревянную шкатулку, — ох, уже думал, что не взял с собой.

Открыв ее, лекарь вынул камень цилиндрической формы, идеально гладкий, насыщенно-фиолетового цвета.

— Леди Розали, возьмите кристалл, проверим вашу магию.

Все затаили дыхание, и я в том числе, ведь в книге не было ничего подобного, магия Розали никак не изменялась. Злодейка оставалась необученным магом земли. Но, в этот момент в ее теле была другая душа — моя.

Этот момент я упустила, не подумала, что изменения могут быть настолько кардинальными.

— Ну же, милая, не бойся. — леди Брэдфорд осторожно прикоснулась к моей руке и заглянула в глаза. — Ничего страшного не случится, чтобы не показал кристалл.

Кивнув, поняла, что избежать проверки не получится, поэтому не стала оттягивать неизбежное.

Красивый камешек оказался на ощупь холодным, но очень приятным. Однако на любование не было времени, а ничего сверхъестественного не происходило.

— Сосредоточьтесь, леди, — подсказал лекарь, — пустите каплю магии в артефакт и мы узнаем истину.

Он даже не догадывался, что я понятия не имею, как это делать. Только благодаря авторскому опыту у меня были туманные представления о таких проверках. В большинстве романов все происходило само собой, но не в моем случае.

Пришлось закрыть глаза, глубоко вздохнуть и представить ту самую искру, которая бежит по моим венам и плавно перетекает в кристалл. Внутренне молила эту искорку послушаться и стать реальной, иначе мне пришлось бы несладко. Было бы сложно объяснить, почему урожденный маг понятия не имеет, как с этой магией обращаться, даже на базовом уровне.

— Ох. — Услышала восторженный вскрик герцогини и распахнула глаза.

Камень сиял двумя оттенками: зеленый и белый, переливаясь, как величайшая драгоценность.

— Поздравляю, — сконфуженно выдал Брансон, — теперь все ясно.

— Что ясно? — Уточнила, не отрываясь от красоты в своих руках.

Это было первое проявление магии, которое я видела. Не в фильме или книге, а прямо на моих глазах происходило настоящее чудо. Мягкий свет лился изнутри без лампочек и диодов, ему не требовалась подзарядка или батарейки, все было по-настоящему.

— В вас проснулась магия жизни, — радостно объявил он, под тихий всхлип матери, — предполагаю, что именно это и спасло вас от смертельного исхода во время падения, однако магия земли никуда не исчезла и сложно сказать, как эти две энергии будут работать друг с другом.

Отец кивал со всей серьезностью, мама лила слезы радости, а Брансон смотрел на меня почти с восторгом. Одна я ничего не понимала. Писать можно многое, но насколько фантазия авторов будет отличаться от реальности? В каждом фэнтези-романе, магию жизни описывали по-разному, поэтому я ровным счетом ничего о ней не знала, лишь предпологала.

— Однако, как я уже сказал, — продолжил Брансон, — физических повреждений у нее нет, что случилось с памятью сказать сложно, — сокрушенно качал головой, — скажите, леди, как много вы забыли?

— Эм, многое, — в горле запершило от волнения, — остались лишь отрывки, и они довольно туманные, я даже не сразу узнала родителей, когда очнулась.

Кто бы знал, что это приведет к целому допросу. Лекарь спрашивал про детство и юношество, задавал вопросы по истории, географии, геральдике, даже этикету, а родителей больше интересовали наши общие воспоминания. Что-то я знала из книги, поэтому все оказалось не совсем плохо, но это было только мое мнение.

— Сожалею, — разводил руками Брансон, — память сильно пострадала, вот вам и причина странного поведения вашей дочери.

Хотелось сказать, что я, вообще-то, здесь и не стоит говорить обо мне в третьем лице, но разумно промолчала.

— Нам остается лишь порадоваться, что мозг не пострадал намного сильнее, и герцогиня способна здраво мыслить, а