Маалик - Мелани Джейд

главе с демоном из Ада находится так близко к её ковену. Не говоря уже о том, что они могут выпустить из замка. Но она безжалостна, хитра и эгоистична, так что сомневаюсь, что она захочет и пальцем пошевелить, чтобы нам помочь. Мы все знаем, что она презирает наш вид, — ответил он.

Роман кивнул.

— Что ж, нам придётся попытаться. Маалик, договорись о встрече и дай ей знать, что я буду с тобой. Боже, целая вечность прошла с тех пор, как мы с королевой виделись.

— Вы вообще находились рядом друг с другом после ведьмовских войн? — спросил Феникс с ухмылкой.

Роман покачал головой.

— Нет, последний раз мы говорили, когда встретились посреди поля боя, чтобы заключить перемирие, которое до сих пор действует между нашими расами.

— Послушайте, я рад, что вы все отлично проводите время, навёрстывая упущенное, но нам нужно найти Сабриэль, и нужно, блядь, идти прямо сейчас, — рявкнул Мариус со своего места напротив за столом, где он всё это время игнорировал всех и складывал оружие и припасы в рюкзак. Он стоял, глядя на них, весь вибрируя от раздражения, и Маалик заметил, как его пальцы теребят тёмно-рубиновое кольцо, которое он носил на левой руке вскоре после падения, будто хотел сорвать его, но передумал.

— Он прав, мы уже потратили достаточно времени. Маалик, перенеси нас всех туда, где её забрали. Возможно, мы сможем взять какой-нибудь след или найти что-то, что объяснит, кто её похитил, — сказал Люциан, поднимаясь.

Маалик кивнул и подошёл к Роману, готовый перенести его.

Роман пригвоздил Маалика пристальным взглядом.

— Обязательно проверь Шарлотту.

Маалик кивнул. Роман был на взводе. Живот Шарлотты за последние несколько недель вырос с пугающей скоростью, и она выглядела так, будто вот-вот родит. Он мог только представить, какая война сейчас бушует внутри Романа из-за того, что ему приходится быть вдали от неё в такой важный момент. Особенно когда никто точно не знал, кем был ребёнок. Ангелом, вампиром или каким-то полукровкой — неважно. Это будет самый защищённый ребёнок на всей планете, с собственной личной армией падших ангелов на страже.

— Проверю. С Шарлоттой всё будет хорошо, — сказал Маалик, а затем перенёс каждого из них в лес, прежде чем вернуться в замок.

Он тут же отправился искать Аву. Грудь затопило возбуждение при мысли о том, что он увидит её, и улыбка поползла по его лицу, когда он телепортировался в тренировочную комнату, затем в библиотеку, а когда её там не оказалось, в их спальню — и замер, широко распахнув глаза.

Комната была разрушена, всё в ней разбито на куски. Бесценные лампы, прикроватные столики, стулья, комоды и даже огромная кровать с четырьмя столбиками, на которой всего несколько часов назад они занимались любовью, были полностью расколочены, одеяла и простыни разорваны в клочья.

Маалик обнажил клыки, когда страх ударил по нему, словно молния.

Кто-то проник в замок… мимо охраны.

Почти парализованный мыслью, что кто-то каким-то образом смог пройти сквозь защитные чары Гедеона, он выкрикнул её имя, перемещаясь по комнате, в ванную, а затем наконец на балкон.

Он застыл.

В лунном свете в углу балкона стояла теневая фигура, глядя на территорию замка.

— Слава богу. Что, чёрт возьми, произошло? — облегчение обрушилось на него, когда он понял, что это Ава.

Он сделал шаг к ней, но её рука резко взметнулась, останавливая его.

— Не подходи ко мне, — прошептала она, поворачиваясь к нему лицом. Её щёки были розовыми от высохших слёз.

Его лицо дрогнуло, грудь сжалась от му̀ки в её прекрасных янтарных глазах.

— Ава, что происходит? — спросил вампир, сбитый с толку.

— Повеселился, Маалик? — девушка выплюнула эти злые слова ему в лицо.

Он отшатнулся, потрясённый всем её поведением по отношению к нему.

— Ава, я понятия не имею, о чём ты говоришь. Что случилось? — он не смог удержаться от попытки сократить расстояние между ними.

Ава отступила на шаг, её лицо исказилось чем-то похожим на ненависть.

— Повеселился, притворяясь, что я твоя мёртвая жена? — её слова были пропитаны ядом, когда она сверлила его взглядом, а лунный свет омывал её кожу, заставляя её покрытое отметинами тело мерцать в его лучах.

Маалику показалось, что кто-то ударил его ножом в живот.

Он облажался. По-королевски.

— Я никогда… Ава, пожалуйста, дай мне объяснить. Мои чувства к тебе настоящие, — он выпалил слова, захлёбываясь паникой.

Он должен был защищать её, а не причинять ей боль.

— Я никогда не считал тебя Илиной.

— Не смей, блядь, мне лгать! — закричала она, и её глаза полыхнули обсидианом, а в их глубине собрались слёзы. — Та ночь в клубе. Ты подумал, что я она. Поэтому сделал то, что сделал в туалете. Говорил со мной на другом языке. Ты думал, что я — она. Так вот что это? Ты хочешь просто продолжить с того места, где вы с Илиной остановились? Я, блядь, не она, Маалик.

Он покачал головой.

— Да… то есть нет. Да, тогда в клубе меня словно подкосило. Я подумал, что ты — она, но в то же время сомневался, думал, что кто-то играет со мной в извращённую игру. Я не мог отвести от тебя глаз. Да, я думал, что это потому, что ты — она, но теперь знаю: причина не в этом. Причина в тебе, Ава. Ты моя родственная душа… моя невеста.

Ава рассмеялась ужасным, душераздирающим смехом.

— Ты лжец, Маалик. Я доверяла тебе, — на последнем слове её голос сорвался, слёзы наконец покатились по щекам, и с каждой упавшей каплей часть его сердца ломалась.

— Я всё испортил, Ава. Я должен был сразу тебе рассказать, но ты была так напугана, так печальна, и я не хотел ещё сильнее тебя пугать или нагружать больше, чем ты уже была. А потом время просто ушло от меня. Прости, — взмолился он, делая шаг к ней.

Ему нужно было заставить её понять, утешить её.

Она отступила.

— Держись от меня подальше. Я не могу здесь находиться. Я не могу быть рядом с тобой. Это слишком больно.

И тогда она сломалась. Из неё вырвался вой, когда она ударила ладонями себя в грудь, будто пыталась отбить прочь боль, которую, должно быть, чувствовала.

Она всё ещё была такой новой, её вампирские эмоции были настолько обострены, и он знал, что прямо сейчас эти эмоции раздавливают её. Он боялся, что она сделает что-то необдуманное, что-то отчаянное.

Он переместился к ней и притянул её в свои объятия.

— Ш-ш-ш, Ава, пожалуйста. Я люблю тебя, не её. Я