Принцип злой любви - Алена Воронина

неожиданно. Как если бы ты в Японии, еще не сезон, но в ладонь тебе ветер принес прекрасный лепесток сакуры. Он был чем-то похож на нее саму, когда она познакомилась с Виктором. Молодой никому не известный музыкант. С прекрасными данными, с полным отсутствием связей, нежный, мягкий… Как глина. Стержень был в музыке. От нее его было не оторвать. В ней он был ненасытен. Но у Нины никогда не было его таланта, она это признавала. И она все сделала. Все, чтобы у него получилось то, что не вышло у нее. И сама понимала, что стала претендовать на тоже место в жизни Артема, которое в ее судьбе занимал Виктор. Но уверяла себя, что нет. Так не будет. А в итоге…

Но еще больше ее волновало то, что Артём, обокравший ее, отдавший то, что помогло ей стать независимой и вернувший ее в руки господина, не испытывал к ней ничего, кроме любви к ее деньгам и связям.

И следователь… Он так красиво все разложил по полочкам, будто речь готовил, но каждое его слово в кабинете его начальника вбивало гвоздь в крышку гроба ее надежды. С этой девкой. Из-за девки…

Его глаза лгали, руки лгали... Нине было так больно! Хотелось, чтобы он оказался рядом, хотелось причинять ему боль, только до него не добраться.

Егор.

Он лепестком сакуры не был. И мягкости Артема в нем было не на грош. Нина сама понимала, этот мужчина — лишь внешне копия Артема. Ее личного сумасшествия! Ее попытки вернуть себе свободу, потому что погибший любовник, несмотря ни на что, ассоциировался именно с ней. Со свободой от Виктора. И она вцепились в эту надежду, в надежду, что Егор тоже даст ей свободу?! Это глупость, но она не могла по-другому, не умела. А он, который в какой-то момент стал появляться в ее доме и в ее жизни также часто, как и Артем, и явно с намеком, исчез. На звонки он отвечал вежливо, встреч избегал. Он пропал. Нет, она знала, что с ним все хорошо, что он ходит по той же Земле, он дышит одним с ней воздухом, но его к ней не тянуло, как брата, и это больно, по-женски. Адски. Она сходила с ума. Иногда она замирала от почти обретшей плоть фантазии, где он здесь, рядом, его руки на ее плечах, и губы... Она еще не пробовала Егора, но знала вкус. Запах. Силу. Только становилось хуже, она сама запутывалась в мороке, кто перед ней, Артем или его брат!

Но она не собирается сдаваться. Она найдет в себе силы добиться того, чего хочет, но чуть позже. Сейчас ей надо подумать. Билеты в Канаду куплены. Вылет завтра. Она хочет побыть вдали от всего этого. И понять, чего же она на самом деле хочет, и в какую ловушку она попала. Месяц. Тишины, заснеженных лесов, мягкого чистого снега под ногами. И времени… Его должно хватить!

* * *

Я стояла на огромной террасе, построенной специально для мероприятия таких масштабов по периметру главной Пражской площади — Староместской.

Там, где временная конструкция примыкала к огромной сцене все было закрыто, а в остальном кафешкам и ресторанчикам разрешили разместить (и не забыть красиво украсить) столики, чтобы публика по взрослее и по представительнее, нежели молодежь заполнившая весь центр, могла с комфортом разместиться, выпить прекрасного чешского пива и закусить, наблюдая представление.

Здесь все дышало правильностью и чистотой, даже снег падал как-то по-другому. Васька и Стас стояли чуть поодаль с группой наших фанатов. А мне при всей моей любви к играм, к важности самого мероприятия, вдруг хотелось оказаться совсем не здесь. Мне сейчас очень не хватало Егора. С ним весь этот мир был бы ярче и насыщеннее, пиво было бы вкуснее, а ночь она была бездоннее, и в ней бы тонули и эти огни, и бившие в небо прожектора. И вся эта толпа полная радости и предвкушения, она была бы настоящим наркотиком.

— Ты чего грустишь?

Раскрасневшийся Васька протянул мне большой бокал с пивом.

— Все норм. Просто задумалась.

— Пошли к нам!

— Да, две минуты.

Он вернулся к группе ликующих ребят, а я достала телефон. Сейчас начнется самое главное.

Зазвучала мелодия, используемая во всех рекламных роликах и заставке к игре. Спецэффекты в этом месте выглядели и ощущались особенно реалистично. Отлично наложенные на музыку и с учетом архитектуры площади, они оживили драконов, нечисть, героев — всю игровую вселенную.

Включились тысячи смартфонов, я тоже не осталась в стороне. Скину видео. Антон тоже играет в эту игру, я уж молчу про Пашку с Ванькой.

Появились девушки и парни. Косплей был очень дорогой и потрясающе смотрелся на высоких молодых людях.

На мгновение, точно по хлопку, на ярко освещенную площадь рухнула тьма, во тьме постепенно зажглись звезды, их становилось все больше и разгорались они все ярче, и в повисшей тишине послышался чарующий женский голос, запела одна из известных певиц, и так круто все было сделано, что ты будто стоишь посреди вселенной в пустоте, среди звезд и видишь, как она зарождается, будто создаешь ее сам.

Певица обладала хорошим диапазоном и, то улетая вверх, то опускаясь вниз, голос ее заставлял мурашки бегать по спине.

И вот еще и секунда, и в небеса взвился флаг и наши за моей спиной радостно завопили. Победителем впервые стала команда из Казахстана, это первая страна с просторов бывшего СССР, сумевшая превзойти гегемонию Китая и Кореи.

Если честно, все было так эпично, что руки чесались сесть за комп и внимательно отследить весь ход боя. Я решила разобрать его дома спокойно, а сейчас насладиться Прагой, потому, пока шло соревнование, обежала все окрестности, сунула нос везде, где можно. И так как до последнего не знала результат битвы, очень порадовалась за ребят, ведь помимо того, что они первые, так еще и приз получат миллион долларов на команду, это неплохо. Когда 16–19 лет.

— Как тебе Прага? Как у вас там все мощно! — голос Егора в наушнике.

— Это просто потрясающе!

— Покажи!

Я быстренько сделала пару фото и скинула ему, совершенно случайно туда попала стайка косплейщиц в очень откровенных эльфийских нарядах.

— Неплохо — неплохо.

— Знаток? — усмехнулась я.

— Ценитель, — послышался ответный смешок. — Как прошла игра?

— Казахстан победил. Это первая команда из СНГ, сумевшая взять кубок. А с ним и денежный приз.

— Сколько?

— Миллион американских долларов.

— Ммм... Не то образование я пошел получать, — подколол меня Егор.

— Тут