Наследница поместья "Соколиная башня" - Александра Воронцова

— А если все равно не выйдет? — напряженно спросила Фрея. — Дженингейм уже скоро.

— Можно подумать, тебе в тягость наши встречи, — смешок Коннора уязвил девушку.

Она оттолкнулась от владетеля и, ни мало не смущаясь своей наготы, отошла к окну.

— Если не получится, то мне не стать твоей парой, так? И ты будешь искать другую? — ее напряженная спина подсказывала, что ответ на этот вопрос очень важен для нее.

— Обязательно получится, — постарался успокоить ее Коннор, однако лишь вызвал приступ гнева.

— Вот, значит, как. Ты не сказал, что мы все равно будем вместе.

— Ты же понимаешь… — нахмурившись, начал Бладсворд, но Фрея оборвала его.

Резко обернувшись к нему, холодно осекла:

— Что у тебя якобы нет выбора? Такова цена твоих заверений в любви и страсти? Неужели ты решил, что я, Фрея Чествик, стану временной подстилкой и буду греть тебе постель, пока ты ищешь ту, которая подойдет?

Ее тирада определенно не нравилась Коннору.

— Фрея, мы уже на половине пути, откуда такие упаднические мысли? — он поднялся и подошел к разъяренной женщине.

— Оттуда, что я тебе больше не доверяю, — отрезала Фрея и, обойдя Бладсворда подошла к одежде, комом сваленной на ковре у кушетки.

— Фрея, — металл в голосе заменил плотскую сытость, — ты моя. И у нас все получится, мы слишком далеко зашли. Подумай, стоит ли отказываться от последних верст длинного пути к цели? Все сложится, как надо, мы станем парой, а ты хозяйкой земель.

Фрея затянула завязки национального покрова и бросила через плечо холодное:

— Я подумаю.

— Подумай хорошо. Ты не сможешь без меня так же, как я без тебя. Завтра жду твой ответ на закате. Махни платком с «Башни».

Девушка больше ничего не сказала, когда за ней захлопнулась дверь, Коннор в задумчивости сделал глоток из стоявшего на каминной полке кубка, а потом зло выплеснул остатки в огонь».

Я растерянно моргнула, настолько внезапно видение оборвалось. На последних секундах мне показалось, что за окном мелькнула чья-то фигура. А может, это была всего лишь тень. Ведь тогда было темно.

В моем сне Фрея поднялась на башню как раз для того, чтобы дать ответ. И он был бы положительным, если бы она не сорвалась. Кто-то ей помешал. Возможно, тот, кто стал свидетелем ссоры.

Мне было неловко поворачиваться к Райану, который вместе со мной смотрел на то бесстыдство, которому предавались наши предки.

«Не удивительно, что у них не получилось, — неожиданно в голове снова прозвучал ехидный голос, — Бладсворд прав, Фрея и Коннор заигрались. Да и Мэри уже их прокляла, они не смогли выполнить условие».

Какое условие?

«Чтобы получить зрение и крылья, им нужно было научиться жертвовать. Не другими. Собой».

Глава 75. Чего ты хочешь, Энн Чествик?

Неловкая пауза, повисшая в тишине, смущала не меньше того зрелища, с которого началось видение.

Я бы сейчас с удовольствием смылась, как Фрея, но ноги меня не слушались.

Точнее, я подозревала, что меня хватит от силы на пару шагов, прежде чем колени подогнутся. Что уж там говорить, выложилась я на славу.

Ещё никогда раньше я не использовала оба дара одновременно, да и «Ястребиная башня» проявила свою хищную натуру. Она вдоволь насытилась моей силой. Цель опустошить меня была достигнута.

Тело казалось мне тяжёлым и безжизненным.

Так, наверное, себя чувствуют люди без магии, но не замечают этого, ведь им не с чем сравнить.

Магия же, полученная мной во время ритуала, ощущалась внутри беспокойной и непослушной субстанцией. И как управлять этим диким зверем, у меня идей не было.

— Энни, — позвал меня Райан.

Я неуверенно посмотрела на него, подозревая, что вся красная.

Надеюсь, владетель переборет свои привычки хотя бы сейчас, и не станет меня дразнить, потому что я и так готова была провалиться сквозь землю.

Если бы не голодный огонёк в глазах Бладсворда, что я успела заметить до того, как он притушил его ресницами, я бы подумала, что он остался равнодушен к пикантной сцене, но нет.

От него исходило напряжение, граничащее с физическим притяжением.

Даже на расстоянии я чувствовала жар его тела, его запах…

Ох! Это какое-то наваждение!

Я резко перевела взгляд на камин, чтобы сбросить с себя этот порочный морок, обещавший, что стоит мне упасть в объятья Райана, как все сразу станет хорошо.

— Эти двое, — негибким голосом, дав петуха, начала я, — к таким тренировкам ты меня собираешься склонять?

— Я бы с удовольствием, но это другое. Они не тренировались, Энни. Чтобы они там не говорили, Фрея и Коннор искренне и с полной самоотдачей занимались любовью, а все остальное, лишь побочный эффект. Ради тренировки никто не будет отдаваться процессу, — усмехнулся Бладсворд. — Так что они просто хотели это делать и делали. Вряд ли Коннору приходилось так сгорать, как мне сейчас.

— Тогда о чем говорила Фрея? Что ничего не вышло?

— Близость — это самый простой способ подпитать друг друга и объединить силы, чтобы разбудить свой тотем.

— Самый простой? — недоверчиво переспросила я.

— Ритуал достаточно древний, тогда естественные отношения, возникающие между мужчиной и женщиной, так не порицались обществом. Оно было чуть менее богатым и лицемерным. Все эти пляски вокруг ложа начались тогда, когда стало важно, чей отпрыск получит наследство.

Меня возмутил такой откровенно пользовательский подход:

— Уверена, это исключительно мужская позиция. Как удобно, правда же? Ведь это женщина себя отдает и меняется необратимо!

— Мужчина тоже меняется, — хмыкнул, подходя ко мне ближе, Райан. — Если женщина этого достойна. В любом случае, я уже понял, что просто мне не будет, и я постараюсь совладать с собой, однако не буду обещать, что оставлю попыток тебя переубедить. А сегодня на нужно, чтобы ты совладала со своей силой, той, что будет тебя защищать. Пойдём.

Бладсворд приобнял меня за плечи и повел из комнаты, а я не стала вырываться. Слишком слабой я себя чувствовала. Конечности казались чужими, и я шла словно сквозь толщу воды, даже каждый вдох ощущался по-другому. Подъём по винтовой лестнице дался мне нелегко, под конец Райану пришлось взять меня на руки.

На смотровой площадке было ветрено.

Осеннее солнце уже спешило за горизонт, хотя время послеобеденного чая едва миновало.

Резкие порывы трепали мои волосы и подол.

— Подойди к краю, — напутствовал меня Бладсворд.

Я осторожно, несмелыми шагами приблизилась к невысокому барьеру, отделяющему меня от пропасти.

Заглянув вниз, я затрепетала.

Не то чтобы было слишком высоко, или ограждение казалось мне ненадёжным, но я вдруг испугалась,