Взрыв - Э. К. Хантер

— Да, — ответила я, чувствуя себя виноватой за то, что исчезла и не подумала о Софии.

— Значит, ты простила его?

Мои ноги подкосились от горечи в голосе Рафа. Я остановилась и выдернула свою руку из его, заставляя его остановиться и повернуться ко мне лицом.

— Это была тяжелая неделя, но да, мы во всем разобрались.

Его брови нахмурились. — После того, что он сделал?

— Раф, он мой муж, и я люблю его. Я знаю, что он сделал...

— Он причинил тебе боль, Райли, — перебил Раф, и я не могла не быть ошеломлена тем, как развивался этот разговор. Я думала, что, возможно, понравилась бы Рафу, но я ясно дала понять, что меня это не интересует, еще до того, как узнала, что Кай все еще жив.

— При всем моем уважении, Раф, это мое и Кая дело. У Кая были свои причины поступить так, как он поступил. Да, он причинил мне боль, но это не меняет того, что я чувствую к нему. Этот мужчина — моя жизнь, — я замолчала, когда в карих глазах Рафа появилась боль.

После короткой паузы Раф грустно улыбнулся мне, по-видимому, придя к осознанию. — Ни у кого не было шансов против него, не так ли?

— Нет. Он покорил мое сердце с той минуты, как я встретила его, — тихо ответила я.

Последовала еще одна пауза, и часть меня хотела протянуть руку и взять Рафа за руку, но я не хотела давать ему ложную надежду. Через минуту он покачал головой и снова взял меня за руку, прежде чем повести за угол дома.

— Я рад за тебя, Райли. Правда рад, — сказал он, искренне улыбаясь мне.

— Спасибо.

Когда мы обошли дом сбоку, территория открылась, открывая прекрасный, огромный сад. Каждая живая изгородь была аккуратно подстрижена, на ярко-зеленой лужайке были подстрижены полосы, и цвели цветы всех ярких оттенков.

— Вау, это место впечатляет, — сказала я, осматривая потрясающую территорию.

— Да, моя мать всегда любила свои сады, и отец следит за тем, чтобы за ними ухаживали круглый год в ее честь, — печально сказал Раф.

Я сжала его руку, зная, как тяжело терять родителя. — Это мило со стороны твоего отца.

— Да. Большую часть времени он мудак, но он любил нашу мать, — Раф сделал паузу, и с минуту мы стояли, глядя на территорию.

Прочистив горло, Раф отпустил мою руку. — Мне нужно кое о чем позаботиться. София ждет у фонтана, иди по этой дорожке, и она приведет тебя к ней. Он указал на выложенную камнем дорожку, которая вела через сад и исчезала между двумя толстыми изгородями. — Увидимся позже, Райли.

Я смотрела, как он исчезает тем же путем, которым мы только что пришли, прежде чем направиться по тропинке, которую он указал, наслаждаясь моментом покоя. Солнце грело мне лицо, а благоухающие цветы, росшие вдоль дорожки, окружали меня. Несмотря на все свое невероятное величие, особняк Бьянки был прекрасным местом для жизни.

Когда я приблизилась к живой изгороди, вдалеке послышались спорящие голоса. Я была слишком далеко, чтобы разобрать, о чем они говорили, но один определенно был мужчиной, а другой, несомненно, была София. Ускорив шаг, поскольку спор становился все более жарким, я ненадолго задумалась, не вернуться ли мне за Рафом, но когда София закричала от боли, я бросилась бежать.

Прорвавшись сквозь живую изгородь, я остановилась на долю секунды, чтобы оценить происходящее. Мужчина, не старше двадцати пяти лет, одетый в форму гвардии Бьянки, держал Софию за горло, его рычащее лицо было в нескольких дюймах от ее лица, в то время как ее тонкие пальцы отчаянно пытались оторвать его руку. Слезы текли по ее прекрасному лицу, когда она пыталась отдышаться.

— Ты маленькая дразнилка! — мужчина плюнул Софии в лицо, очевидно, не услышав моего появления.

Я не колебалась. Я бросилась туда, где они были, и, схватив его за руку, вонзила ногти в его обнаженную кожу, до крови. Я застала его врасплох, и в ту секунду, когда он отвлекся, я оторвала его руку от горла Софии и оттолкнула его назад, прежде чем встать перед ней.

Что, по моему мнению, я могла бы сделать, чтобы защитить ее, я не знала. Теперь, когда я была перед этим придурком, я поняла, какой он большой, но я ни за что не собиралась отступать и позволять ему поднимать руки на Софию.

София отшатнулась назад, и я услышала, как она задыхается у меня за спиной.

— Ты, должно быть, сучка Вулфа, — прошипел на меня мужчина, изо рта у него текла слюна, глаза расширились от ярости.

Я подавила шок от того, что он знал, кто я. — Да, это я. И если ты знаешь, кто я, тогда ты должен знать, что вляпался в кучу дерьма из-за того, что причинил боль моей подруге, — ответила я, собравшись с духом.

— О да, и что ты собираешься с этим делать? — усмехнулся он, оглядывая меня с ног до головы.

Я подошла на шаг ближе, мне было насрать, что у него был пистолет, а у меня нет. Я сталкивалась с придурками покрупнее этого придурка и выжила, чтобы рассказать об этом.

— Я не собираюсь ничего с этим делать. Но ее жених, — я кивнула на Софию, которая теперь тихо плакала у меня за спиной. — Ему не понравится, что какая-то сука причинила боль его невесте, и я видела, какой вред он может причинить, когда злится. Скажи мне, тебе нравится, когда у тебя внутри кишечник? — используя тот же смертоносный тон, которым Кай говорил своим врагам, что они вот-вот умрут, я выдержала взгляд ублюдка, давая ему понять, насколько я серьезна.

Его лицо побледнело, когда он уставился на меня, прежде чем сделать шаг назад и посмотреть через мое плечо на Софию.

— Ты пожалеешь об этом, — сказал он после паузы, хотя я не была уверена, обращался ли он ко мне или к Софии. Это не имело значения, как только Майлз, Джорджио или Раф пронюхали, что охранник ранил Софию, он был покойником.

Бросив на нас последний угрожающий взгляд, этот засранец развернулся и умчался прочь. Как только он исчез за живой изгородью, я вздохнула с облегчением. Майлз, возможно, и научил меня заботиться о себе, но это не означало, что я была рада ввязываться в драки.

Обернувшись как раз вовремя, чтобы заметить, что колени Софии вот-вот подогнутся, я помогла ей добраться до каменной скамьи и села рядом с ней.

— Ты в порядке? — спросила я,