Взрыв - Э. К. Хантер

Я молилась, чтобы Софию не постигла та же участь, что и Жаклин.

Когда мы подошли к двери, человек в маске распахнул ее, чтобы показать умирающий закат вдалеке у себя за спиной. Свинцовый шарик в моем животе сложился вдвое при осознании того, что Оуэн выводит нас на улицу.

Черт. Это было нехорошо.

Оуэн втолкнул Софию в дверь, и я услышала ее испуганный вздох. Мне не потребовалось много времени, чтобы понять почему, когда меня втолкнули в дверь, следуя по ее стопам.

Нас ждал фургон с широко распахнутыми задними дверцами, готовый впихнуть нас внутрь, и там были еще двое вооруженных мужчин в балаклавах. Они шагнули вперед, один схватил Софию, а другой схватил меня, грубо вырывая нас из рук Оуэна и другого охранника.

— Подожди, — крикнул Оуэн, пытаясь оттащить Софию назад. — Она не была частью сделки. Хендрикс согласился, что я могу оставить ее себе, если приведу тебе эту сучку Вулф!

— Он солгал, — сказал человек, державший дверь открытой, без малейшего раскаяния в голосе. В следующую секунду он поднял пистолет и выпустил пулю в голову Оуэна, и его тело в одно мгновение рухнуло на пол. Мужчина повернулся и быстро выпустил еще одну пулю в голову охраннику, который тащил меня.

— Нет! — София закричала, по ее лицу потекло еще больше слез. Как ни странно, я не испытывала ни капли сочувствия ни к Оуэну, ни к другому мудаку.

— Заводите их и убирайтесь отсюда к чертовой матери, босс ждет, — рявкнул человек, который только что застрелил Оуэна.

Двое мужчин, державших Софию и меня, подняли нас с земли, и через несколько секунд нас швырнули в заднюю часть фургона, и двери захлопнулись, погрузив нас в темноту. Мгновение спустя двигатель взревел, и фургон тронулся с места.

Мое сердце бешено забилось в груди, когда снаружи раздались звуки выстрелов. Когда пара пуль попала в борт фургона, София взвизгнула. Придвинувшись, чтобы сесть рядом с ней, я обняла ее и прижала к себе. Все ее тело сотрясалось от рыданий.

Мой собственный страх превратился в оцепенение. Оцепенение от воспоминаний о том, насколько все это было знакомо. В прошлый раз, когда меня похитили, Кай пришел мне на помощь и умер, или, по крайней мере, я так думала. Но что, если он снова придет мне на помощь и на этот раз действительно умрет?

Я не думала, что мое сердце выдержит потерю его во второй раз.

— Мне… Мне так... жаль, Райли, — всхлипнула София, ее слезы пропитали мой топ.

— Ш-ш-ш, это не твоя вина, — сказала я, поглаживая ее по руке.

— Это моя! — воскликнула она, вырываясь из моих объятий. — Я….Я солгала ранее, — я едва могла разглядеть ее черты в темноте, но я увидела достаточно, чтобы понять, что она отвернулась от стыда. — Я рассказала Оуэну о сделке. Я была так зла на своего отца, что рассказала ему все. О том, как ты отказалась выйти замуж за Рафа, потому что была замужем за мертвецом, о том, как Майло предложил жениться на мне. И... Я рассказала ему о Хендриксе, о том, почему ты вообще просила о сделке.

Я закрыла глаза, чувствуя, как меня переполняет разочарование. Не то чтобы я винила ее, у нее было полное право злиться на мистера Бьянки. Если бы я встречалась с кем-то и была вынуждена прекратить это из-за того, что мой придурок-отец отдал мою руку замуж за кого-то другого, я бы, вероятно, тоже проболталась.

— Но он не знает, что Кай жив. Я узнала об этом только после того, как попыталась порвать с ним. А потом мы провели тот день вместе, и ты мне начала нравиться….Я не хотела предавать тебя. Я думала, мы могли бы стать друзьями, — добавила она дрогнувшим голосом. — Мне так жаль, Райли, я понятия не имела, что Оуэн способен на что-то подобное. Я доверяла ему.

Она снова разразилась слезами, ее вопли разносились по всему фургону. Я снова притянула ее в свои объятия и начала гладить ее нежную кожу, шепча ей слова утешения. Не было смысла злиться, что сделано, то сделано, и бедняжка и так достаточно терзала себя.

Когда звуки выстрелов стихли вдали, фургон, казалось, набрал скорость по мере того, как мы мчались к месту назначения. София рыдала всю оставшуюся дорогу, а я была слишком погружена в мысли о том, как, черт возьми, выпутаться из этой ситуации, чтобы говорить.

Я знала без тени сомнения, что как только Кай узнает о случившемся, он захочет прийти мне на помощь. Не имело бы значения, взломал ли Эш систему или нет, и это было бы в том случае, если бы нас вообще везли в жилой дом. Не имело бы значения, было ли на стороне Кая достаточно людей, чтобы расправиться с Хендриксом и Оленями. Не имело бы значения, если бы он умер снова, главное, чтобы он освободил меня. Кая было бы не остановить.

Мной овладел глубоко укоренившийся страх, достаточно сильный, чтобы заставить мое тело дрожать.

Я не могла потерять Кая.

Только не снова.

Нет. Я не собиралась быть девицей в беде, ожидающей спасения.

На этот раз я собиралась спастись сама, так что Каю не пришлось этого делать.

Хотя, черт возьми, я понятия не имела, как я собиралась это сделать, но должен был быть какой-то способ. Сделав глубокий вдох, чтобы остановить готовые пролиться слезы, я медленно выдохнула, напоминая себе, кто я такая.

Я была Вулфом.

Кай верил в меня.

Майлз верил в меня.

Мне просто нужно было поверить в себя.

Фургон начал замедлять ход, и снаружи послышался хлопок, прежде чем фургон остановился.

— Райли, что теперь будет? — спросила София, ее голос охрип из-за того, что она так много плакала, но паника была очевидна.

— Я не знаю, — сказала я, сжимая ее руку, когда двери распахнулись, и яркий свет заполнил фургон, заставив меня прищуриться.

— Уберите их оттуда, — проревел низкий голос, и секундой позже двое мужчин запрыгнули в заднюю часть фургона, целясь прямо туда, где скорчились мы с Софией. По одежде, в которую они были одеты, я поняла, что это были не те мужчины, которые запихнули нас в кузов фургона у дома, и на них не было балаклав.

Меня осенило, как только второй мужчина приблизился ко мне.

Эрни.

Он схватил меня за руку и рывком поднял на ноги, в то же время другой мужчина поднял Софию на ноги.

Мой разум лихорадочно соображал.

Знал ли Эрни о нападении? Если знал, то почему не