#НенавистьЛюбовь - Анна Джейн

— вставил свои драгоценные пять копеек дедушка. — Ты, Петг, всегда все по-своему деваешь, никого не слушаешь. И дугаками потом себя чувствуют все. Не товько ты. Но мы пвивыкли.

Петр Иванович поморщился. Кажется, тестя он недолюбливал. А вот его сыновья и Руслана с трудом скрыли улыбки.

— Нет, серьезно, вы не должны уходить. Нам приятно видеть, что родственники той, которую выбрал мой брат, приехали поздравить нас, — заявил Даня. — Такое внимание — ценно. Спасибо, что нашли возможность приехать.

— Вот именно, — встрял Стас. — Мы безумно рады вашему участию.

— Говогю же — отогвемся! — обрадовался Леонид Тимофевич.

— К тому же, скоро церемония начнется! Может быть, сделаем совместное фото? — предложил Стас.

Словно по волшебству появилась регистратор и повела всех нас в гостевой зал: просторный, светлый, выдержанный в пудрово-небесных оттенках, с колоннами, камином и венецианскими зеркалами. Я заметила, что со Стасом она перекинулась парой слов, и подумала, что, должно быть, они знакомы. Не просто же так он потащил нас в центральный загс! Наверняка у Чернова тут есть свой человек. И он все сделает, как надо.

Фотограф быстро сделал несколько совместных снимков и заставил нас с Даней встать около огромного зеркала в витой золоченой раме.

— Жених, обнимите невесту, — попросил он.

Теплая рука Дани послушно очутилась на моем плече.

— Лучше за талию, — посоветовал фотограф, и Матвеев не смог его ослушаться. — Невеста, а вы встаньте к жениху поближе. Еще ближе. И еще. Вот так. Улыбайтесь!

Ему легко было говорить: «Улыбайтесь», — а у меня от волнения дрожали губы. На нас во все глаза смотрели и Стас с Русланой, и мои «родители», и незваные гости. И мы не должны были ошибиться. А еще я не должна была в который раз понимать, что от прикосновений Клоуна я словно с ума схожу.

— Все хорошо, — шепнул Даня, поняв, что я нервничаю. Его пальцы чуть крепче сжали талию.

— Не понимаю, что происходит, — отозвалась я тихо.

— Прорвемся, Пипетка. — На его лице появилась широкая улыбка.

— Клоун, — сквозь зубы прошипела я и попыталась изобразить на лице нежность. Кажется, вышло не очень, потому что фотограф дернулся.

— Теперь невеста кладет жениху одну руку на пояс, — заявил он, убирая камеру, — а вторую опускает чуть ниже его локтя. Еще ниже. Вот так! Жених и невеста, улыбаемся, глядя друг на друга. А теперь невеста как бы задумчиво смотрит вдаль, на дверь, а жених — на невесту. Вот так, отлично!

Он сделал несколько кадров с разных ракурсов, а я поняла, что не хочу отпускать Матвеева. Слишком родными и теплыми были его руки и плечи.

Ключевое слово — были.

Сейчас он не принадлежит мне.

— А теперь отходим к камину, да, вот сюда, — командовал фотограф. — Поворачиваемся друг к другу и встаем максимально близко. Жених держит невесту за предплечья. А пальцы невесты — на локте жениха… Так, очень хорошо, ребята! Жених, склони голову — так, чтобы коснуться лба невесты, — незаметно перешел фотограф на «ты». — Отлично! Застыли!

Наверное, снимки получатся нереально милыми. Но, скорее всего, я никогда не увижу их.

Когда нас наконец пригласили в какое-то менее помпезное помещение для того, чтобы проверить и оформить документы, я лишь облегченно выдохнула — находиться рядом с Матвеевым так близко было физически сложно. Нами занималась та самая регистратор, с которой разговаривал Стас. Она была в курсе всего происходящего, забрала наши кольца и попросила передать Чернову, что все в порядке.

— Как договаривались, так и будет, — прошептала она нам тихонько, чтобы не слышали коллеги. И вдруг сказала, с улыбкой глядя на нас: — Вы красивая пара. А ты, мальчик, и правда очень уж на Максима похож. Не один в один, но типаж ровно тот же. Надеюсь только, не такой дурак.

— Вы знакомы со Стасом? — удивилась я.

— А как же, — хмыкнула регистратор. — С детства, считай, знаю. А не знала бы, и не согласилась на подобное. — И она с любовью посмотрела на кольцо с россыпью искрящихся камней. Наверное, подарок Чернова.

Спустя несколько минут мы уже стояли у дубовых дверей, ведущих в зал, в котором должна была проходить торжественная церемония. Мое сердце билось так часто, будто это была моя настоящая свадьба, с настоящими родителями, настоящими гостями и настоящим женихом. И я вдруг подумала — кто бы мог стать человеком, которого бы я выбрала в мужья?

Сергей? Влад? Парень с моря, который до сих пор пишет мне? Незнакомец, о существовании которого я даже не догадываюсь? Кто?

Даня Матвеев. Я бы хотела выйти замуж за него.

1.65

Эта мысль была короткой и предательской. И я сердито покосилась на держащего меня за руку Клоуна, будто бы это он послал мне ее в голову.

— Что? — тотчас спросил он.

— Ничего.

— Боишься?

— Участи стать твоей рабыней? Немного, — отозвалась я раздраженно.

— Прости, что так вышло, Дашка, — сказал вдруг Матвеев севшим голосом. — Я хотел, чтобы тебе было больно. Но не думал, что мне будет больно вдвойне. Прости меня. Однажды я все исправлю, девочка. Хорошо?

— Что? — потрясенно прошептала я. — Ты о чем?

— Просто поверь мне, ладно? И ничего не бойся.

— Я не понимаю тебя. Матвеев, объясни нормально!

Ничего объяснить он не успел — перед нами распахнулись двери. И под торжественную живую музыку мы медленно вошли в зал — нам пришлось