Облик неизбежности - Виктория Павлова

отец. Станет ли он выламывать дверь, чтобы привести еще аргументы в пользу своего решения? На секунду показалось, что станет, я запаниковала и покрылась испариной, но он молча постоял у двери и ушел.

Зачем остался Хоторн? Раньше охрана не дежурила ночью, дом на сигнализации. Ясно, что отец перестал мне доверять, но у Хоторна могут быть отдельные распоряжения на случай моего побега. Шон Рейнер для Виктора просто еще одно досадное препятствие, причина, по которой я не сижу под замком в Хольц-Линдене в ожидании совершеннолетия, сила, которая не дает мне отказаться от трона. Он мешает Виктору, а раз так, то от него снова попытаются избавиться при первом удобном случае.

В коридоре горели ночники, разгоняя зыбкие тени на лестнице. За дверью отцовской комнаты стояла тишина. Я тихо спустилась в холл, сама пока не понимая — зачем. Если Хоторна получится разговорить или дотронуться еще раз, тогда и решу. Но для допроса больше подошел бы Ник. Может, позвонить ему?

Хоторн стоял у входной двери.

— Почему не спишь? — он увидел, как я спускаюсь и окинул настороженным взглядом.

— Не спится, — брякнула я. — Хочу почитать.

Он наблюдал, как я захожу в кабинет, иду к шкафу и копаюсь на полках. Не глядя, я схватила первую попавшуюся книгу, прижала ее к груди и застыла в нерешительности. Хоторн зашел в кабинет и встал у стола.

— Мне страшно, не могу спать, — услышала я свой голос. — Боюсь, что кто-нибудь причинит вред мне или папе.

— Поэтому он и нанял охрану, — спокойно произнес Хоторн. — Если не надумаешь удрать, с вами ничего не случится.

В его словах таилась двусмысленность. Но не мог же Виктор подкупить или запугать всех частных охранников Портленда.

— Может стоит вызвать подмогу?

На лице Хоторна мелькнуло раздражение.

— Ты взяла книгу? Возвращайся в комнату и не ищи приключений на свою голову.

У двери я остановилась. Хоторн наблюдал. Если не выясню сейчас — придется жить, как муха под стеклом, опасаясь наказания за любой неверный шаг, боясь за жизнь отца или Ника. Похоже на медленную пытку.

— Я передумала, не хочу читать, — я вернулась к столу и пихнула книгу Хоторну в руки. Имя автора и название мелькнули как горькая насмешка — Патриция Хайсмит «Игра Рипли» — история о разоблачении.

Хоторн автоматически перехватил томик, и я коснулась его пальцев. Настороженность и сомнения лежали на поверхности. Если бы Хоторн был простым охранником, в чем бы он сомневался?

— Что делает охрана, когда в дом проникает чужой? — попытаюсь вывести его из роли, вдруг получится.

Смятение Хоторна быстро переросло в недовольство, а потом и в ожесточение. Страх диктовал ему защищаться. Если бы он был честным охранником, чего бы ему бояться?

— Запирают упрямых принцесс под замком, — процедил он и швырнул книгу на стол. Касание прервалось, но он тут же снова схватил меня за плечо и вытолкнул в коридор.

Его злость пробежала по рукам колючей щекоткой. Он был в замешательстве, то приходя к какому-то решению, то снова теряясь — лихорадочно соображал, что со мной делать. Дотащил меня до лестницы и потянул наверх, но я зацепилась за перила. Терять мне уже нечего.

— Уходи сейчас, и я не скажу отцу, кто ты на самом деле. Но только тебе придется далеко убежать. Маркиз провалов не любит.

Он резко отпустил, и я чуть не свалилась со ступеньки. Вжалась в перила, переживая отголосок его отчаяния: понял, что его раскололи.

— Что ты несешь? Совсем рехнулась?

Со стороны Хоторн выглядел искренне возмущенным, но его страх все еще сотрясал меня, выворачивал наизнанку. Что делают люди, когда их загоняют в ловушку?

— Просто уходи, пока не поздно. Твоя жизнь ценнее, чем плата за работу.

Хоторн наклонил голову набок, изучая меня с преувеличенным вниманием.

— Ты никогда не слушаешь старших, — процедил он сквозь зубы. — От этого все твои проблемы. И нелепые фантазии.

— У тебя проблем больше, — прошептала я. — Я скажу отцу, что тебя подослал маркиз. Что думаешь, он сделает?

Страшно было представить, как далеко Хоторн может зайти. В его глазах плескалось сомнение, но уже через секунду они покрылись коркой льда. Передо мной стоял хладнокровный наемник.

— Какая ты нетерпеливая, — Хоторн спокойно улыбнулся. — У тебя было время до октября. Но ты поторопила события. Мы уходим.

Он потянул меня за руку, теперь уже к двери, но я опять вцепилась в перила. От страха перед глазами потемнело. И на что я рассчитывала? Что он просто уйдет?

— Нет! Не уходим!

Хоторн обернулся, опалив меня гневом и нетерпением.

— Сама сказала, маркиз провалов не любит. А ему нужна ты.

Хоторн дернул, и перила выскользнули из рук. Он поволок меня к входной двери. Я попыталась подставить подножку и убежать, но меня тряхнули, как котенка и прижали к стене у двери. Левой рукой Хоторн набирал цифровой код, не обращая внимания на мои попытки вырваться. Отца на помощь звать нельзя, от него Хоторн точно попытается избавиться. Выберемся наружу, что-нибудь придумаю. Хоторн крупный, но я же не зря занималась айкидо.

— Что здесь происходит?

Но отец сам возник на лестнице. Хоторн запаниковал всего на секунду, но тут же бросил на меня жесткий взгляд.

— Она опять собиралась сбежать, — он развернулся, перехватив меня левой рукой, правой доставая из кобуры пистолет. — Отведу ее в комнату.

От страха я покрылась испариной. Отец услышал голоса и вышел из комнаты в брюках и майке, вряд ли у него было оружие.

— Тереза, это правда? — он спускался, сверля нас подозрительным взглядом.

Хоторн спрятал пистолет за моей спиной и замер. Он что, ждет, пока цель подойдет поближе?

— Нет! — я схватила Хоторна за правую руку и всем весом потянула вниз. Мы стояли лицом друг к другу, и я чувствовала его решимость. Он попытался меня стряхнуть, но потом просто перехватил пистолет левой и направил на отца. Я пихнула его в дверь.

От выстрела в голове будто разорвался гром. В ушах зазвенело. Отчаянно-разъяренное лицо Хоторна закружилось перед глазами и резко пропало, когда меня отнесло в сторону яростью и гневом. Я шлепнулась на пол, больно натолкнувшись спиной на что-то жесткое.