Общество психов - Кэролайн Пекхам

Я устроился на месте, запыхавшись от усилий, которые потребовались, что бы усадить себя в гребаное кресло, но мои брови поползли вверх, когда я обнаружил Джека, сидящего в кресле напротив меня, и выглядящего таким же измученным простым поднятием себя с чертового пола.

Он наблюдал за мной, и в его серых глазах светился куда более острый ум, чем можно было предположить, судя по утверждениям Бруклин о том, какое «лечение», по ее мнению, он прошел в той больнице. Я посмотрел на едва заметный шрам, пересекавший его висок, и прищурился, пока мы молча рассматривали друг друга.

Этот человек был машиной. Похоже, он мало чем занимался, кроме тренировок, пока был заперт в той психушке, и эти два факта никак не укладывались в моей голове. Зачем человеку с «ограниченными умственными способностями» так усердно тренироваться? Я сам был крепким парнем, но даже я и близко не дотягивал до его массы. Не говоря уже о его невероятном росте. Он явно был ближе к семи футам (прим: примерно 213,36 см.), чем к шести. Он был устрашающим, это точно, или, по крайней мере, он был бы таким для человека поменьше. Но у меня также возникло ощущение, что в нем было гораздо больше, чем он показывал.

Рубашка, которая была на нем надета, была неправильно застегнута, Бруклин застегивала ее на его широкой груди этим утром, и теперь еще одна пуговица расстегнулась, видимо из-за того, что он полз по полу, обнажив верхнюю часть татуировки, которая отмечала его кожу. Татуировки, которая показалась мне, по крайней мере, отдаленно знакомой, хотя мне было трудно сказать наверняка, поскольку было видно только колокольчик на конце чего-то похожего на шляпу шута.

— Итак… — протянул я, позволив слову повиснуть в воздухе, в то время как злобный пес Бруклин снова вцепился зубами в мой ботинок, сузив глаза так, будто еще не решил, чего хочет больше: жевать его или наброситься на нас.

Джек ничего не сказал, его пристальный взгляд медленно скользил по мне, изучая, проникая под кожу. В его голове явно что-то происходило. Что-то хитрое и слишком расчетливое, чтобы остаться незамеченным. По крайней мере, для меня. Я привык иметь дело с людьми, жаждущими моей смерти или чего похуже, так что я был чертовски хорош в чтении людей, которые не хотели, чтобы их читали.

— Шахматы, — наконец сказал Джек, переводя взгляд с меня на стол, который стоял между нами, и на шахматную доску, с уже расставленными на ней фигурами и готовую к партии. Я сомневался, что Бруклин будет против того, что бы мы украли ее игру. Кроме того, в данный момент я мог разве что едва поднять руку, так что это казалось неплохим способом скоротать время, пока не пройдет действие препарата.

— Si (Прим. Пер. Испанский: Да), — согласился я, кивнув в сторону доски и давая понять, что первый ход за ним.

Джек с некоторым трудом поднял руку, сразу же введя в игру белого коня, в ответ на что мои брови поползли вверх, но я лишь передвинул пешку.

Мы сделали еще несколько ходов в тишине, пока я подавлял желание взглянуть на часы над камином, их боковина потемнела от дыма после того, как Найл устроил пожар в углу комнаты, но стрелки все так же исправно отсчитывали время.

Они отсутствовали слишком долго. Это выводило меня из себя, и все же я ничего не мог с этим поделать.

Джек сосредоточился на своих конях, казалось, стремясь удержать их подальше от моих фигур, но внезапно сбил одного из моих слонов и отправил черную фигуру скатиться с края стола на пол. На его лице не дрогнул ни один мускул, но это был не случайный ход. Нет. В этом здоровяке крылось куда больше, чем казалось на первый взгляд.

— Когда-то я был в банде, — медленно произнес я, хотя это было не совсем правдой. Картель Кастильо был гораздо большим, чем банда. — Хотя снаружи они меня не заклеймили.

Джек поднял на меня взгляд, и его серые глаза скользнули по моему лицу, прежде чем он ответил.

— Потерялся.

— Ммм. — Я не купился на эту чушь. Ничто в выражении его лица не говорило мне, что он не уловил ход моих мыслей. Он точно знал, что я имею в виду.

Я облизал губы, сделал ход и подготовил ловушку для его королевы, которую, держу пари, он не предвидел.

— Татуировка на твоей груди не просто украшение, — продолжил я. — Это знак принадлежности. А это значит, что ты далеко от дома, amigo (Прим. Пер. Испанский: Друг).

— Потерялся, — повторил он, на этот раз в буквальном смысле, и я пожал плечами.

— Карту найти не сложно, — заметил я. — Если, конечно, ты не хотешь остаться потерянным.

В его глазах что-то блеснуло, а на губах появилась тень улыбки, но это было все, что он мне предложил. Хитрый bastardo. Хотя я уже начинал видеть его насквозь.

— В прошлом я проводил пару лоботомий, — сказал я, когда он неожиданно сбил моего коня и я обнаружил, что уже потерял две важные фигуры. — Конечно, не в медицинских целях. Но мой бывший работодатель любил заставлять людей смотреть, как их близкие подвергаются всевозможным пыткам. Особенно когда ему нужна была информация. Поэтому я изучил процедуру и постарался повторить ее как можно точнее.

Джек ничего не сказал, но его плечи напряглись от моих слов. Не сильно, но довольно заметно.

— По-моему, этот шрам у тебя на виске не очень похож на шрам от лоботомии, — продолжил я. — Так почему Бруклин настаивает на том, что тебе сделали именно ее?

— Рук, — пробормотал он, как будто даже упоминания о ней было достаточно, чтобы отвлечь его от всего остального, и я мог признать, что чувствовал то же самое по отношению к ней. В этом диком существе было что-то такое, что притягивало опасных мужчин, как мотыльков на пламя, но мне было интересно, что произойдет, когда пороховая бочка, которую она создавала вокруг себя, наконец взорвется.

— Ты собираешься дать мне ответ по поводу лоботомии? — Настаивал я. — Потому что я бы поставил деньги на то, что этот шрам был результатом совершенно другого вида насилия. Например… может быть, тебя задела пуля?

Джек поднял голову и посмотрел прямо на меня сквозь занавес белых волос, которые падали ему на глаза из-за того, что он склонился над шахматной доской, и я увидел в нем