Рябиновая кровь - Марина Адлер

варский, когда по улицам стали ходить люди, переговариваясь. Схватил за плечи и втащил в густую темноту. Теперь даже его лица не могла разобрать. Лишь страшные слова… — Ты же не хочешь, чтобы муж обвинил тебя еще и в измене? Я бы мог из ненависти взять тебя прямо здесь. Опорочить. Забрать камень и оставить мужу на растерзание, когда он поймет, что ты не только предала его, украв ценность, но и отдала себя мне в уплату долга, предположим.

— Нет. Ты не посмеешь…

Млад долго не отвечал, растягивая мой ужас словно сладкую патоку.

— Не посмею. Ты знаешь. Ведь успел полюбить. Жаль, что не позволила взять себя в жены, Рада. Эх, жаль…

Могучие руки на плечах сжались, силясь притянуть ближе, но я не позволила, вновь лягнула ногой Млада, попав коленом в бедро. Страх и вовсе заполнил разум, но в ответ на выпад услышала только смех.

— Давай сюда камень, Рада. Знаешь ли ты, что выкрала у мужа? Конечно! Он наверняка не доверил тебе эдакую тайну! Ведь не любит тебя так, как готов был любить я…

Кто-то оказался позади раньше моих слов. Зажал рот рукой. Осознание того, что меня решили украсть, нарушив слово, ударило больнее кнута. Как бы не вырывалась. Как бы не старалась ударить воинов варского государя, все было без толку. Я желала сказать Младу, что ношу ребенка от мужа, что не могу стать его никогда, но не могла. Лишь одна моя рука была свободна. Она сжимала сквозь одежду камень, который так желал получить Млад. Он стал сиять ярче, словно ожил, проснулся. Отныне его свечение пробивалось даже сквозь мой скромный наряд простолюдинки, который намеренно подобрала для этой роковой ночи.

Карие глаза Млада раскрылись в удивлении, когда он тоже заметил невидаль сияния камня, но князь варский быстро продолжил начатое бесчинство. Сжал мое бедро под накидкой и скользнул ладонью по талии выше, нарушая все мыслимые и немыслимые запреты. Хотелось испариться. Тошнота заполнила нутро. Млад коснулся груди и усмехнулся, когда ощутил, как напряглась грудь под его касанием, самоуверенно спутав во мне отвращение и желание.

После его руки почти нежно коснулись моей. Той, что сжимала камень как последнюю надежду на спасение. Хотелось воротить время вспять, не отдать ценное наследие Ягровой династии моего мужа. Что-то уже дало понять, как велика ошибка и чем обернется. Страсть в глазах Млада была направлена не только на меня. «Как я могла быть такой глупой? Поверила самому искусному лжецу в порыве отчаянья! — кружили мысли в голове, пока слезы текли по щекам. Пока руки Млада настойчиво расправляли мои пальцы. — Не отдам! Не отдам!»

— Камень этот оберегал веками Ярое княжество, продолжил ликующе Млад. — Ни один правитель не мог победить ни одного из яровчан, пока мтырь-камень был на землях этих проклятых. Или думаешь, я боялся? Нет, Рада. То все колдовство. И отныне оно будет на моей стороне!

Млад раскрыл все дрожащие пальцы и поднырнул одной рукой в вырез моей рубашки. Я стала так лягаться и выворачиваться, кусать руку, зажимающую мой рот, что воин, державший меня, низко зарычал от недовольства.

— Нет! Не отдам! — вдруг вырвались слова свободно, когда удалось укусить дружинника действительно сильно и он все-таки отдернул ладонь.

В этот же момент Млад схватил камень, норовя забрать его себе, но громко вскрикнул, отскочил и закружился в страдании, сжимая запястье. Лицо князя варского побордовело, покрылось бледными пятнами. Взглянув на его руку, я онемела от ужаса… Кровь текла ручьем с обглоданных солнечным заревом пальцев, а кожа до запястья пузырилась словно ее погрузили в огонь на долгое время. И вдруг… Камень вспыхнул так ярко, что это наверняка было видно даже из дворца, всем яровчанам в Мирне! Я закрылась руками, стараясь уберечь глаза от света, но то было бесполезно. Грудь обожгло, а внутри, глубоко в груди, разлилось такое тепло, что это казалось чем-то невозможным. Уже приготовилась к тому, что и меня накажет колдовской луч света. Хотела вынуть из-за пазухи мтырь-камень, отбросить. Спасти и себя и наследника. А когда коснулась груди, не обнаружила его вовсе… Лишь золотой как солнце свет все еще сиял под одеждой. Под кожей и костями, пропитывая своим благословением всю мою суть. Тепло струилось, текло и сияло, но точно не вредило. Оно проникло внутрь. Поселилось во мне, чтобы избежать кражи. Вот только каким путем…

— Как?.. — прошипел раненый варский правитель. — Как ты это сделала, колдунья!? — бросился ко мне Млад, позабыв о боли и руке, которая наверняка останется недвижима навечно.

Но я и не успела ответить. Меня вновь скрутили. Зажали рот. Млад приказал обыскать, убедиться, что камень во мне, а не снаружи. Когда наконец-то поверил в увиденное, а свет из груди окончательно прекратил струиться, распорядился, глядя прямо мне в глаза:

— Прикажите одному из слуг, которых подкупили. Пусть доложит по утру колдуну, что видел, как княгиня Рада сбежала. И не с кем попало, а со мной, — молвил Млад, глядя в мои широко раскрытые глаза, наблюдая за тем, как из последних сил вырываюсь из рук его воина со звериным отчаянием. После подошел ко мне и грубо сжал подбородок. Развернул к себе лицом. — Не захотела отдать добровольно камень мне, княгиня, станешь предательницей в глазах мужа. Будет любимый супруг ненавидеть тебя! А я полюбуюсь этим, прихватив защиту на свои земли. Там и подумаем, как сможешь отдать мтырь-камень.

Глухой удар по голове и тьма обрушились за ним, дополняя муку острой болью в затылке. Помнила лишь урывки воспоминаний. Как сильные руки жестко подхватили, понесли. Крики, лай собак. Все отдалилось. После исчезло и вовсе…

* * *

Я проснулась в поту, тяжело и часто дыша. Темнота вокруг, а за окном завывает ветер, разгоняя снежинки, кружа их в зимнем танце. Повернулась, осмотрелась и сжала на груди сорочку. Невиданная тоска, навеянная сном или же видением, вдруг перешла от Рады ко мне. Ее горечь, страдание и самобичевание за то, что совершила ошибку. Я вдруг поняла, что и вовсе перестала себя чувствовать иным человеком. Слишком реальны стали воспоминания. Слишком жгло в груди от огненного тепла и раскаяния. Слишком сильной ощущалась всепоглощающая, преданная любовь той девушки из прошлого к колдуну. Вдруг осознала, что хочу увидеть его прямо сейчас. Обнять. Услышать частый стук сердца, когда прижимаюсь к его груди. Почувствовать, как длинные ласковые пальцы перебирают распущенные волосы.

Но я даже не знала где остановился мой муж. В какой из комнат спит. И спит ли сейчас, или как я