Первый мороз. Книга 1 - Чжу И

– Не трогай воду.

Не понимая, что он задумал, Вэнь Ифань лишь кивнула. В животе ощущалась тяжесть, а веки словно налились свинцом. Ей хотелось чего-то горячего, но еще больше – просто лечь спать. Прошло немного времени, и она услышала, как закипел чайник. Бездумно решив, что сможет сама налить себе горячей воды, Вэнь Ифань протянула руку к чайнику.

В это же мгновение раздался возглас Сан Яня:

– Ты что делаешь?

Вэнь Ифань сразу же убрала руку, ощутив себя так, будто ее поймали на месте преступления. На ее лице непроизвольно появилось виноватое выражение, как будто она без разрешения притронулась к чужим вещам.

Сан Янь вернулся с банкой меда в руках и сел рядом с ней. Он не спеша положил несколько ложек в чашку, добавил немного холодной воды, а затем долил кипятка.

Вэнь Ифань снова обратила внимание на его одежду. Парень по-прежнему был в деловом костюме, подчеркивающем его широкие плечи и длинные ноги. Этот образ придавал ему немного серьезный вид и слегка сдерживал присущую ему дерзость.

– Почему ты сегодня в таком виде?

Сан Янь никак не ответил, а вместо этого просто поставил воду с медом перед ней.

– Пей.

Она взяла чашку и, потягивая воду маленькими глотками, продолжила задавать вопросы:

– Ты нашел работу?

Невозмутимый Сан Янь снова не посчитал нужным ответить.

Однако тишина продержалась недолго, потому что выпившая Вэнь Ифань вдруг стала более разговорчивой, чем обычно.

– Когда ты ее нашел?

Вопросы следовали один за другим, но, похоже, она не особо волновалась о том, получит ли ответ.

– На этой работе нужно носить официальную одежду?

– Многовато у тебя вопросов, – усмехнулся Сан Янь.

Вэнь Ифань моргнула, пытаясь осмыслить его слова.

– Знаешь ли, – заметив, что она уже выпила половину воды с медом, Сан Янь поднялся с места, – я сегодня не в настроении разговаривать с такой вот пьяницей.

Чувствуя себя несправедливо обвиненной, Вэнь Ифань тут же возразила:

– Я всего один бокал выпила!

Парень проигнорировал ее протест и направился на кухню, но тут Вэнь Ифань не удержалась и добавила:

– А вот ты на своем выпускном выпил более десяти бутылок. Вот это больше похоже на поведение настоящего пьяницы.

Сан Янь резко остановился и обернулся, его взгляд буквально впился в нее:

– Откуда ты знаешь?

– Му Чэнъюнь сказал, – честно ответила девушка. – Почему ты тогда столько выпил? – спросила Вэнь Ифань, не скрывая своего любопытства.

Сан Янь на мгновение задумался, а затем, словно отмахиваясь от вопроса, отвел взгляд в сторону и сказал:

– Это было сто лет назад. Уже забыл.

– Понятно, – тихо отозвалась она.

Вэнь Ифань уже выпила примерно половину стакана, и ее мысли начали потихоньку проясняться, а неприятные ощущения в желудке отступили.

– Но все-таки в будущем не пей так много, – добавила девушка.

Сан Янь ничего не ответил и ушел на кухню. Спустя некоторое время он вернулся с тарелкой каши и поставил ее перед ней. Сам же откинулся на спинку дивана, наконец завершив все свои заботы.

– Ешь и иди спать, – сказал он расслабленным тоном.

В этот момент Вэнь Ифань действительно ощутила радость от того, что у нее есть сосед. Она для себя отметила, что Сан Янь, несмотря на его характер, оказывается, довольно хороший человек. Она решила, что если ему когда-нибудь понадобится помощь, то она обязательно отплатит ему добротой и позаботится о нем.

Сан Янь тем временем сидел на диване и лениво листал что-то в телефоне. Вэнь Ифань медленно ела кашу и как раз собиралась поблагодарить его, когда его телефон вдруг зазвонил.

Он поднял трубку и резко бросил:

– Говори.

Казалось, он всегда разговаривает по телефону таким образом – без лишних церемоний и приветствий. Как будто терпеть не может долгих предисловий, поэтому сразу давал понять собеседнику, что хочет услышать суть дела.

Вэнь Ифань, открывшая было рот, чтобы сказать «спасибо», тут же передумала и молча продолжила есть.

На том конце линии что-то сказали, и Сан Янь уточнил:

– У кого день рождения?

Выслушав ответ, он неспешно и безразлично добавил:

– Ну, уж звонить мне ради этого было совсем не обязательно. Передай Дуань Цзясюю, что в его возрасте устраивать день рождения и так громко об этом заявлять – это просто смешно. Если уж ему так хочется праздновать, то пусть делает это тихо, в узком кругу.

Пару секунд спустя он хмыкнул и добавил:

– Что значит «я такой же старый»? Передай этому дитя восьмидесятых, чтобы не пытался приплести к своей старости меня, ребенка девяностых. Все, иди учись, – безапелляционно заявил он. – У тебя же в следующем месяце экзамены, а ты ерундой занимаешься. Ладно, отключаюсь.

Закончив разговор, Сан Янь отбросил телефон в сторону, и в комнате вновь воцарилась тишина. Вэнь Ифань, задумчиво пережевывая кашу, вдруг вспомнила:

– У тебя ведь день рождения в январе 1990-го?

Сан Янь лениво бросил взгляд на нее:

– И?

– Кажется, на следующий день после Нового года, – уточнила она. – А это всего на два дня позже, чем у тех, кто родился в 1989-м.

Сан Янь вертел телефон в руках и будто бы не понимал, на что она намекает.

– Ты, смотрю, все про меня отлично помнишь. – В его голосе звучала привычная насмешка.

Вэнь Ифань замерла на секунду, прежде чем спокойно ответить:

– Просто эта дата легко запоминается.

– Ну да, – протянул он равнодушно, – очень легко.

Доев кашу, Вэнь Ифань поблагодарила Сан Яня и ушла к себе в комнату.

В ду́ше, под влиянием горячего пара, ее мысли постепенно прояснились. Она начала вспоминать все глупости, которые успела сказать и сделать этим вечером. Позднее осознание вызвало волну сожаления, и она вновь укорила себя за то, что выпила.

Опьянение усилило ее усталость до предела. После душа Вэнь Ифань едва была способна держать глаза открытыми и сразу же рухнула на кровать. У нее не оставалось сил, чтобы снова думать о сегодняшнем вечере.

Уже погружаясь в сон, девушка вдруг вспомнила о чашке воды с медом, которую Сан Янь сделал для нее. Тепло этого напитка, казалось, проникло в самые кончики ее пальцев и разлилось по всему телу.

Перед тем как полностью впасть в небытие, Вэнь Ифань поймала себя на мысли: «Было бы неплохо, если бы Сан Янь остался жить здесь подольше».

Возможно из-за рассказа Му Чэнъюня, Вэнь Ифань во сне перенеслась в день своей выпускной церемонии. Однако образы в ее сновидении были расплывчатыми, словно размытая акварель, все казалось одновременно