Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Это правильно. Если хочешь забыть ее, то надо избавиться ото всего, что напоминает о ней.

— Ты прав. И я так сделаю.

Терренс на несколько секунд замолкает и облокачивается руками об барную стойку, запустив руку в свои волосы, пока Бенджамин молча наблюдает за ним и не спеша попивает свой напиток.

— А я ведь не хотел, чтобы это произошло… — с грустью во взгляде признается Терренс. — Не хотел, чтобы наши отношения были разрушены…

— Я думал, что у вас еще есть шанс все исправить, — задумчиво говорит Бенджамин. — Но после того что я услышал, могу сказать лишь одно… Тут уже ничего не поделаешь. Раз Ракель и правда тебя не любит, то она вряд ли полюбит. Говорят же, что насильно мил не будешь. Вот и отпусти ее. Пусть найдет себе кого-то другого.

— Мне будет очень жалко того мужика, который втюрится в нее. Потому что его ждет та же участь, что и меня. — Терренс ехидно усмехается. — А вообще, ей не нужен мужик. Кэмерон волнует только карьера. Семья, муж и дети – это не про нее. Главное – вилять задницей на подиуме, сниматься для журналов и слышать хвалебные оды.

— Тогда вам и правда лучше расстаться.

— Да я буду до смерти рад этому расставанию! Я хочу быть свободным и вновь начать встречаться с более достойными девчонками. Уверен, что я без проблем найду ту, что будет намного лучше этой эгоистичной сучки.

— Вот именно! Миллионы девчонок мечтают оказаться на месте Ракель, которая, к моему удивлению, не оценила то, что ей было дано.

— Пусть посмотрит на меня и мою новую будущую девочку и кусает локти. Может, поймет, кого она потеряла. Кого не оценила по достоинству.

— Может, однажды и поймет.

— Ох, если бы ты знал, как я счастлив, что расстался с ней… — устало вздыхает Терренс, проведя рукой по лицу. — Эти отношения реально тяготили меня… Не потому, что я не хотел этого. А потому, что Ракель сделала все, чтобы заставить меня пожалеть о содеянном. Она сделала то, что я вряд ли смогу простить…

— Ничего, Терренс, не расстраивайся.

— Думаю, расставание точно не будет для нас болезненным. И она будет до смерти рада, и я вздохну с облегчением.

— Э-э-э, прости, а почему ты говоришь, что она сделала что-то, что тебе не удастся простить? — слегка хмурится Бенджамин. — Или я туплю из-за бухла, и ты говоришь про ее отношение к тебе?

— Да нет, я говорю еще про кое-что. Ракель не только не обращала на меня внимание, так еще и сделала кое-что непростительное.

— Слышь, приятель, а ты случайно не бредишь? Неужели на тебя уже подействовала небольшая выпитая доза алкоголя?

— Прости, но пока я не могу тебе об этом сказать, — без эмоций спокойно отвечает Терренс. — Но скажу только то, что я никогда не прощу человека, который говорит мне в лицо одно, а за спиной делает совершенно другое.

— В смысле?

— Ненавижу двуличных тварей. Вот и весь смысл!

Тут-то Бенджамин понимает, что причина ссоры Терренса с Ракель вовсе не в том, что та пыталась заговорить про его мать или отца, а в чем-то другом. Что столь же серьезно, как и полное безразличие девушки к своему парню.

«Так значит, дело действительно вовсе не в его родителях, — мысленно заключает Бенджамин. — И я не исключаю, что Ракель и правда могла сделать что-то еще… Но с другой стороны, я не слишком уверен, что она способна на какую-то подлость… Что если Терри сейчас просто врет и пособачился с ней из-за ее безразличия к нему? Хм… Может быть, я смогу вытянуть из этого молчуна всю правду, которую он скрывает? Почему-то мне кажется, что в этой истории есть еще что-то, о чем он умалчивает…»

Бенджамин задумывается еще на пару секунд перед тем, как спросить:

— Неужели она сделала что-то серьезное?

Однако Терренс отказывается рассказывать о том, что он явно тщательно скрывает ото всех, хотя и не отрицает сам факт, что Ракель сделала то, что еще больше ухудшило его отношение к ней.

— Да, она сделала огромную ошибку, которую я никогда не смогу простить, — уверенно отвечает Терренс. — И дело не только в том, что она меня не замечала. Есть еще кое-что…

— Что? — интересуется Бенджамин.

— Расскажу как-нибудь потом. Хотя я не вижу смысла что-то говорить. Ничего уже не изменить. Мы с Ракель расстались. Отныне мы оба свободные люди.

— Ох, ладно… — резко выдыхает Бенджамин. — Раз ты не хочешь говорить, то я не буду настаивать. Но помни, что ты можешь рассказать об этом в любое время.

— Спасибо, Бен, — бросает легкую улыбку Терренс. — Рад, что ты поддерживаешь меня.

— Я, конечно, осуждаю тебя за то, что ты ударил Ракель, но и эта девушка тоже не святая. Ну а после того что ты рассказал, то предпочту встать на твою сторону. На сторону своего лучшего друга.

— Не знаю, что я бы с тобой сделал, если бы ты встал на сторону этой неблагодарной эгоистки.

— Мы ведь с тобой друзья! Знаем друг друга с детства. Как облупленных. А вот Ракель я знаю всего несколько месяцев и очень мало с ней общался.

— Лучше не надо общаться с ней, — хмуро бросает Терренс. — Пусть эта девчонка останется одна.

— Хорошо, что вы не успели пожениться, а иначе бы вам пришлось ждать еще несколько месяцев, чтобы вас развели.

— Ничего, подождал бы. Подписал бы все бумаги и подождал. Ожидание того стоило бы. Я наконец-то стал бы свободным и начал жить своей жизнью. Но к счастью, в моем случае все намного проще, и мы расстались просто на словах. — Терренс выпивает немного виски. — Она будет помешана на своей карьере и желании постоянно слышать комплименты от своих фанатов, а я продолжу искать пути пробиться