Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

в моем теле намного меньше, чем в моих чувствах и душе? Неужели я и правда встретила того, с кем смогу пообщаться дольше одного дня? Я бы не хотела упускать шанс провести время с обладателем столь приятного голоса… К тому же, у него очень теплые руки… И нежные… Да и вообще этот Эдвард просто красавчик. Ничуть не хуже Терренса, который тоже очень хорош собой…»

Наталия тихонько хихикает из-за своих собственных мыслей. А как только Эдвард определяется с заказом и говорит официанту, что он хочет купить, девушка скромно улыбается своему новому знакомому, который и сам одаривает блондинку милой улыбкой, продолжая с интересом рассматривать приглянувшуюся ему молодую красавицу. Ну а когда им надоедает играть в переглядки друг с другом спустя какое-то время, Эдвард и Наталия решают посидеть в кафе и поговорить, чтобы получше узнать друг друга.

С каждой секундой становится все очевиднее то, что мужчине очень понравилась эта девушка, и он не хочет упускать шанс провести с ней побольше времени. Да и самой блондинке явно приглянулся этот симпатичный парень с очень приятным, красивым голосом. Они оба чувствуют какое-то притяжение друг к другу и с радостью о чем-то разговаривают. Ну а девушка рада, что хоть кто-то заметил в ней не только красивое личико и обворожительную улыбку, но и посчитал ее приятным собеседником. Этот мужчина уж точно не похож тех, кого она встречала ранее. Так или иначе какие бы намерения ни были у Эдварда, Наталия не хочет упускать шанс провести время с этим человеком и надеется, что он не захочет встретиться с ней лишь единожды.

***

Терренс совершенно не скучает и не грустит из-за происходящего в его жизни. И похоже, что не особо раскаивается в содеянном. Он определенно рад, что уже практически разошелся с Ракель, с которой он сегодня сильно поругался. Однако как бы то ни было, мужчина все же жалеет о том ударе по лицу, прекрасно понимая, что любая девушка вряд ли бы простила того мужчину, который поднимает на нее руку. Иногда он хотел бы извиниться перед Ракель за подобное поведение. Однако когда Терренс вновь вспоминает то, как омерзительно она вела себя с ним все это время, он запрещает себе думать об этом.

Чтобы хотя бы ненадолго забыть о своих проблемах, он принял предложение своего лучшего друга детства Бенджамина Паркера посидеть в баре. Этот высокий обладатель каре-зеленых глаз и коротких каштановых волос знает о романе Терренса и Ракель буквально все, поскольку он развивался на его глазах. Он знает, с чего начались отношения этой пары, которой определенно не суждено быть вместе.

— Слышь, дружище, у тебя какой-то странный голос, — сделав глоток какого-то алкогольного напитка, задумчиво отмечает Бенджамин. — У тебя что-то случилось? Какие-то проблемы?

— Много чего произошло за то время, что мы с тобой не виделись, — держа в руках рюмку с еще не выпитым виски и иногда рассматривая ее, без эмоции на лице спокойно отвечает Терренс. — Очень много…

— Не хочешь рассказать? Может, я смогу как-то помочь тебе?

— Сомневаюсь, что ты сможешь что-то сделать. Моя ситуация уже абсолютно безнадежна.

— Ну а ты сначала расскажи мне обо всем, а потом я решу, смогу ли помочь тебе.

— Да в принципе рассказывать особо и нечего… — Терренс ставит свой стакан на барную стойку и облокачивается на нее рукой. — Просто сегодня я серьезно поругался с Ракель.

— Поругался с Ракель? — удивляется Бенджамин. — Но из-за чего?

— Долго рассказывать… Но поругались мы очень сильно… Настолько сильно, что в порыве злости мы наговорили друг другу кучу гадостей и…

Терренс на пару секунд замолкает, глубоко вздыхает и находит в себе силы признаться Бенджамину в содеянном.

— Я даже ударил ее по лицу, — спокойно добавляет Терренс и уставляет пустой взгляд в свою рюмку с виски. — И едва не придушил собственными руками… В прямом смысле…

— Что? — приходит в шок Бенджамин, широко распахнув глаза и уставив их на Терренса, как будто пытаясь получить подтверждение тому, что он услышал. — Ударил ?

— Да…

— Нет, чувак, я не верю… Ты никогда бы себе такого не позволил!

— Но позволил же.

— Да, я знаю, что у тебя несдержанный характер, и ты с самого детства передрался и пересобачился со многими людьми. Но ударить девушку… — Бенджамин качает головой. — Нет, я не могу в это поверить.

— А ты поверь, — без эмоций произносит Терренс. — Я треснул Ракель по лицу.

— Но за что ты ее ударил? — с ужасом во взгляде недоумевает Бенджамин. — Ударил свою собственную возлюбленную! Любимую девушку!

— Есть на то причины, — сухо бросает Терренс.

— Она как-то оскорбила тебя? Или… — Бенджамин слегка прикусывает губу, стараясь быть осторожнее со словами. — Твоих близких?

— Упомянула отца! — слегка сжимает руки в кулаки Терренс. — Завела разговор про этого человека, которого я ненавижу.

— И ты поднял на нее руку только из-за этого? — широко распахивает глаза Бенджамин. — Ты совсем ку-ку, МакКлайф? С дуба рухнул?

— Ты же знаешь, что я терпеть не могу, когда кто-то начинает говорить о нем. Я могу говорить о чем угодно, но только не о нем. Точнее, не о том, что между ними было. А когда я слышу оскорбления в адрес своей матери, то не могу себя сдерживать.

— А разве Ракель как-то оскорбила миссис МакКлайф? Она же всегда вроде бы хорошо ладила с твоей матерью! Да и та приняла ее как родную. Вон какая счастливая ходила после того как ты сказал ей, что начал встречаться с этой девчонкой! Едва ли не дочерью своей считала!

— Нет, но…

— Тогда почему ты так поступил? Я бы понял тебя, если бы Ракель как-то оскорбила твою маму. Ибо я бы сам обиделся, если бы кто-то сказал что-то плохое про мою. Но ты не просто разругался с ней из-за этого, но еще посмел поднять на нее руку. Просто за то, что она что-то сказала про твоего отца.

— Она вывела меня из себя, — задумчиво, неуверенно отвечает Терренс. — Наговорила мне столько всякого