Призванная. Душа волчицы - Надежда Чистая

— Тогда не представляю, что еще здесь можно сделать. Ну не артефактор я! Дайте мне тело, и я его вам на составные части разберу, если надо, а вот эту штуку мне не разобрать! — психанул в итоге Аргис, отходя от алтаря в сторону нашей жены, обнимая и утыкаясь ей в волосы. — Снежная моя, прости.

— Ну а теперь и я подключусь к вашему делу, пожалуй. — отозвался из дальнего угла Олзаниэль, про которого вообще все забыли. Этот эльф как вошел, так будто растворился в пространстве! А оказалось, ушастый ходил по дому вдоль стен, изучал руны и что-то записывал. — Так, что тут у нас? — Олзаниэль крутился вокруг алтаря, как и мой побратим ранее, вот только ясности в его глазах было поболее. — А давайте мы его ё… — взгляд эльфа случайно остановился на волчонке. Поднялся взглядом на лицо нахмурившейся Айи. — Хм! Уроним. Я предложил его уронить.

— То есть мы тут танцы готовы устроить у этого хранилища с душами, а ты просто… уронить? — изогнул я бровь, складывая руки на груди. — Да я тебя сейчас, ушастый, уроню! Там душа моей дочери!

— О том и речь. Уроним сосуд, он разобъется, души сами разлетятся по своим телам! Нашему некроманту останется только бегать и помогать завершить привязку! — воодушевленно воскликнул эльф, сверкая глазами.

— Дайран, урони его. — попросила жена.

А слово жены для дракона — закон. Через бедро эльфик летел красиво, а упал и того лучше. Олзаниэль застонал.

— Ну почему я всегда получаю от иномирцев?

— У тебя слишком длинный язык? — предположил Рхетт насмешливо, опираясь бедром об алтарь.

— Тебе я вообще ничего не говорил тогда!

— А мне интересно, почему вы еще не получили от Мать Природы. — вставил Тарбен, перегибаясь через алтарь, чтобы посмотреть на тело эльфа.

Но права была Сокровище, этот оборотень через чур неуклюж. Тарбен случайно задел артефакт, из-за чего тот закачался. Оборотень перепугался, попытался его схватить, но сделал только хуже. Вместилище душ всё же полетело на пол, а останавливать его магией, вмешиваясь и так в сложный конструкт артефакта, было опасно. Артефакт ё… упал. Прикрыв глаза, сквозь сильно сжатые зубы вобрал в себя воздух.

— Аргис, готовься, сейчас души полетят. — закончив с матерной конструкцией, в которой демон умудрился скрестить неграциозность оборотня с тварями Бездны, приказал ректор своему студенту.

Искрящиеся души разлетались из расколотого «панциря» «жука» тонким ручейком. Много. Очень много душ практически сразу же развеивались, уходя на перерождение, и я не понимал — почему. Тут же весь дом изрисован рунами, только чтобы это предотвратить!

— Как? — всё же не сдержался я, наблюдая, как очередная душа, засияв мягким, словно благодарным светом, испаряется в воздухе.

— Ну, я там немного стену пошкрябал… Там, где руна была… — неуверенно и с легкой опаской пробормотал Олзаниэль-разрушитель, не вставая с пола, видимо, знакомый с Лилиным правилом не бить лежачего.

Душа маленькой волчицы перламутровой искрой устремилась к сосуду, врываясь в тело. Волчонок болезненно взвизгнул, не сумев удержаться на лапах. Рядом с Айзадой оказался Аргис, начиная оплетать тело нашей дочери черными жгутами некроманской силы, пока Айю от необдуманных действий удерживал шаман. Тщедушный на вид старик, уверяющий нас не так давно в своей старости, удерживал злобную волчицу с легкостью. Матеря ее правда на все лады, но Айя, следящая убийственным взором за истинным, этого не замечала.

Для полного соединения души с оболочкой потребовалось минут пять и большого вливания магических сил Аргиса. Я давно перенял супругу из рук шамана, имени которого так и не знал, поэтому, когда побратим закончил и на каменном полу дома вместо волчонка оказалась маленькая девочка лет десяти, мы с женой рванули одновременно. Стянув с себя рубашку, быстро одел в нее ослабленную дочь, соединяясь с ней ментально, чтобы следить за эмоциями на первых минутах ее, можно сказать, новой жизни.

Айя взволнованно шептала, призывая девочку открыть глаза, гладя по черным спутанным волосам с несколькими седыми прядями на висках. Медленно открыв глаза, девочка затуманенным взором небесных глаз осмотрела склоненные перед ней взволнованные лица взрослых. Чуть нахмурившись, она втянула в себя наши запахи, на уровне подсознания зная, что мы не опасны.

— Ну, Айза егоза, чего лежим? Просимся на ручки к сильным самцам и изучаем обстановку, как я учил! — склонилась над девочкой еще одна голова.

— Дедушка?.. — неуверенно пробормотала Айза-Айзада, слегка улыбаясь и, видимо, желая исполнить поручение наставника, осмотрела всех нас куда внимательнее.

— Аргис, души, чтоб тебя шнырхи пожрали! — рыкнул Рхетт, кинув мимолетный взгляд на артефакт. Выругавшись, побратим попытался подорваться с места, но из-за магического истощения едва не прилег рядом с дочерью. — Олзаниэль, бери оборотня и идите спасайте бездушников!

— Вообще-то нам к ним с драконом надо! — испуганно пискнул эльф, всё же слышавший наш разговор, пока разрушал цепь рун. Рыкнув, резким движением поднялся на ноги, хватая за шкирку побратима, закидывая того на плечо и направляясь к выходу.

— Сокровище, я позвал Айса, он позаботится о вас с Чешуйкой.

— Хорошо. Комочек, давай попробуем сесть. — урчаще заговорила пара, обращаясь к дочери.

Почти два с половиной часа пришлось ментально держать диких, пока Аргис, наполненный силой Олзаниэля, по одной возвращал души в оболочки. Как и предполагалось, получалось это далеко не со всеми — многие настолько долго жили без души, что та уже не могла занять прежнюю оболочку. В таких случаях Олзаниль, как один из старейшин и Хранителей мира, общался с душой, предлагая отправиться на перерождение. К сожалению, бездушников приходилось в таких случаях убивать, чтобы они не представляли опасности остальным оборотням.

Я сам под конец уже был никакой с такой растратой сил. И был бы не прочь проехаться на чьем-нибудь плече прямо под лапку женушки. Но пришлось оборачиваться обратно в человека и, пугая всех встречных голодным ором желудка, плестись по истинной связи к семье самостоятельно. Еще и Аргиса тащить. Волк был совершенно никакой после такого расхода сил, и даже перекачка сил от «донора» не сильно помогла — максимум, на что теперь был способен Аргис, это просто находиться в сознании. И то для того, чтобы поесть, а после сразу же отрубиться.

Истинная связь привела меня в столовую. Боги, храните мою жену! На столе была самая разнообразная еда, которая только может поместиться в кладовках. Айя встретила нас встревоженным взглядом, подрываясь со своего места.

— Сиди, сокровище, всё хорошо. — успокоил жену, бледно улыбаясь.

— Как хорошо, если ты еле на ногах стоишь? Я про Аргиса вообще