Там, где пожирают темные сердца - Виктория Холлидей

— В этот раз все по-другому, — тихо говорит она. — В этот раз ты действительно хочешь быть здесь.

Я прикусываю внутреннюю сторону щеки.

— Правда?

— Это очевидно, Трилби. Вы без ума друг от друга.

Моя грудь наполняется странной смесью тепла и тревоги.

— Откуда ты знаешь?

Она тихо смеется.

— С того самого момента, как он пригласил нас с тобой на примерку свадебного платья, я наблюдаю за тем, как вы ведете себя рядом друг с другом. Вы словно зеркала, отражающие свет.

— Что? — мой шепот едва слышен. — Если это было настолько очевидно для тебя, то...

Легкость исчезает с ее лица.

— Это было очевидно для меня только потому, что я слишком сильно за тебя переживаю. Никто другой ничего не заметил, потому что они не смотрели так внимательно.

— Саверо знал, — признаюсь я. — Или хотя бы подозревал.

Сера проводит пальцами по моей щеке, и в ее глазах вспыхивает сочувствие.

— Это многое объясняет.

Я заставляю себя улыбнуться, пока Бэмби скачет из комнаты в комнату, выбирая, какой телевизор включить первым. И тут мне приходит в голову одна мысль.

— Сера... как Кристиано смог перевезти все мои вещи всего за несколько часов?

Моя сестра не может скрыть улыбку.

— Аллегра.

Кристиано разговаривал с моей тетей?

— С помощью пары своих солдат и нескольких грузовиков U-Haul.

Я поворачиваюсь и вижу, как моя тетя стоит с приподнятой бровью.

— Ты не должна вот так просто вывозить мои вещи по своему желанию, — нахмурившись, говорю я.

— О, Трилби, — с темным смешком отвечает она. — Это было не по прихоти.

— Когда он с тобой говорил?

— Пару дней назад, — отвечает она.

Я уже собираюсь сказать, что для меня это звучит именно как прихоть, но она поднимает брови.

— Но я поняла, что это было неизбежно в тот момент, когда он явился с половиной груди своего брата в коробке.

Я сжимаю губы и бросаю взгляд на Серу, которая зеленеет при одном воспоминании. Я просовываю руку в ее локоть и веду ее к террасе.

— Пойдем. Ты ненадолго здесь, и я хочу услышать все о твоих планах на Хэмптонс.

— Можно я завтра вернусь со своим купальником? — спрашивает Бэмби. Вода кругами расходится от того места, где ее ноги покачиваются в бассейне.

Я наливаю себе еще розового лимонада, который один из слуг поставил на стол.

— Не вижу причин, почему нет.

— Ты, случайно, не можешь щелкнуть пальцами и наколдовать ранний ужин? — голос Тесс звучит лениво, а ее солнечные очки сверкают на шезлонге.

Аллегра неодобрительно цокает с собственного шезлонга, но, похоже, сил спорить с племянницей у нее нет.

— Нам, возможно, стоит дождаться Кристиано. Это пока не ощущается как мой дом. — Пока я произношу эти слова, меня вдруг пронзает мысль, что, возможно, он никогда не будет ощущаться как мой. Он огромный, величественный, и я никогда не мечтала стать «хозяйкой» какого-то дома, тем более одного из самых роскошных на всем Лонг-Айленде.

Как раз в тот момент, когда Тесс собирается шумно вздохнуть от своей «голодовки», голоса эхом разносятся по дому, и мою грудь наполняет тепло от знакомого тембра. Когда Кристиано выходит на террасу, мне приходится сдерживать каждое желание броситься к нему. Вместо этого мы медленно идем навстречу друг другу, пряча улыбки, прекрасно понимая, что взгляды всех членов моей семьи жадно следят за каждым нашим движением.

Я подхожу к нему и глубоко вдыхаю, когда он наклоняется и целует меня в щеку, легко, почти целомудренно. Затем его губы едва касаются раковины моего уха.

— Блядь, я хочу тебя наедине. — Он отстраняется, забирая с собой весь мой воздух.

— Привет, — хриплю я. — Хороший день в офисе?

Его взгляд скользит по мне и разгорается голодом.

— Я бы предпочел провести его дома. — Он переплетает свои пальцы с моими и делает шаг в сторону.

В дверях появляется еще одна фигура, высокий мужчина постарше, с густыми бровями, седеющими висками и лицом, слишком добрым, чтобы в нем угадывалась мафиозная кровь.

— Трилби, это Ауги, мой заместитель.

Заместитель? Он выглядит слишком взрослым, чтобы быть правой рукой дона в такой активной криминальной организации.

Я сглатываю и протягиваю ему свободную руку.

— Очень приятно.

Ауги делает шаг ко мне и, будто чтобы доказать, что мое первое впечатление ошибочно, закатывает рукава. Его руки огромные, испещренные татуировками. Его хватка как сталь, а выражение лица твердое, словно за ним кружится целый мир мыслей и мнений, но никто их никогда не узнает.

— Трилби, — с улыбкой произносит он. — Рад наконец познакомиться с тобой.

Наконец? Сколько времени он знает о моем существовании?

По дому снова раздаются шаги, и за спиной Ауги появляется Бенито Бернади. Его взгляд без стеснения скользит по террасе, пока не цепляется за что-то и не твердеет, как кремень. Я оборачиваюсь через плечо, чтобы понять, на чем он остановился.

Тесс раскинулась на своем шезлонге, одна нога согнута, руки запрокинуты за голову, словно она голливудская дивa.

— Ауги и Бенни проведут с нами вечер, — говорит Кристиано, и мой взгляд снова возвращается к нему.

— Вообще-то, — произносит Ауги, — я только перекушу и поеду к Беппе.

Кристиано бросает на него вопросительный взгляд.

— С Марчези возникли кое-какие проблемы, но тебе пока не о чем беспокоиться... пока, — говорит Ауги.

Сера подскакивает и обвивает Кристиано руками.

— Поздравляю! — визжит она. — Добро пожаловать в семью.

Я стеснительно поднимаю глаза на своего жениха и вижу, как он смотрит на меня с уверенной улыбкой.

— Спасибо, Сера. Добро пожаловать в мою.

— О, эм... — моя сестра запинается с благодарностью. Похоже, она не подумала о том, что через мой брак и сама станет частью семьи Ди Санто.

— Давайте присядем, — радостно говорит Кристиано.

Тесс вскакивает при одном лишь упоминании скорого ужина и даже не удосуживается поправить подол своего платья. Я замечаю, как Бенито украдкой бросает взгляд на ее обнаженные бедра и как дергается его кадык, когда она скользит на стул.

Мы принимаемся за жареные морепродукты, свежий салат и фаршированные баклажаны и разговариваем в основном о доме и казино, которое Кристиано передал Николо. Для разговоров о Саверо, порте или нашей скорой свадьбе еще слишком рано.

Бедро Кристиано лежит вплотную к моему, и его рука время от времени опускается, скользя по обнаженной коже под моим платьем. Мне даже не нужно поднимать на него взгляд, чтобы почувствовать силу его присутствия. В последние дни мое сердце трепещет постоянно, независимо от того, рядом он или нет.

С