Искренне. Безумно. Навсегда - Л. Дж. Шэн

С этими словами Роу наклонился и поцеловал меня.

Глава 51

Роу

McMonster: Могу кое-что сказать?

oBITCHuary: Да.

McMonster: Ты напоминаешь мне те картины, где изображено анатомическое сердце, у которого из артерий и вен торчат цветы.

oBITCHuary: По-моему, ничего романтичнее мне в жизни не говорили. Правда, печально?

McMonster: Совсем не печально.

McMonster: Как по мне, это звучит, как счастливое начало.

Глава 52

Роу

Я ненавидел бегать.

Прямо скажем, я вообще терпеть не мог любые кардиотренировки, если во время них Кэл не обхватывала меня ногами. Мне не нужен спорт. Физического труда вполне хватало на кухне, где я таскал из угла в угол ящики, до хрена набитые продуктами, рубил, резал, подкидывал, встряхивал, поливал глазурью и тер – и все это при температуре тридцать тысяч градусов.

Эта утренняя пробежка с Кэл нужна мне как второй копчик.

Единственная причина, почему я согласился, – это предлог побыть с ней наедине. Мои терпение и добродетель окупились сполна, потому что сегодня утром я засунул член в ее рот, а мизинец – в попку. При одной только мысли о том, что я сделаю с этой женщиной, к члену прилила кровь. У меня в планах поселиться в этой киске до тех пор, пока не придется платить за чертову аренду.

Увы, но, продегустировав ее, я больше ни за что не соглашусь на очередную незначительную, безликую интрижку. Кэл необыкновенная и теперь целиком и полностью моя.

– Выглядишь счастливым. – Рай посмотрел на меня, занеся ручку над книгой бухгалтерского учета, когда я поднялся в свой кабинет.

– А что, это противозаконно?

Я подвинул ему бутылку пива по столу и отпил из своей. Ресторан открывался через два часа, а значит, Кэл придет только через полтора. Нет, я, разумеется, не следил за ней.

– Зависит от того, что подняло тебе настроение. – Рай отхлебнул пива и откинулся на спинку кресла. – Киран умер?

– К моему огромному сожалению, жив, насколько я знаю. – Я плюхнулся в кресло напротив и положил ноги на стол и книгу Райленда, скрестив их в лодыжках. – Как там дела с цифрами?

– Отлично. Прибыль сумасшедшая. Но ты правильно делаешь, что продаешь землю. Это место токсично после той хрени, что устроила нам Эллисон.

Если я ее продам. Я уже несколько недель держал Тейта Блэкторна за яйца. Но это все равно что не обращать внимания на растущую опухоль. Мне нужно поставить подпись, если хочу, чтобы он выделил средства на мои новые рестораны и кредиты, которые я взял. Блэкторн был прав: я не в том положении, чтобы тягаться с ним.

– Токсичность – место, где я преуспеваю, так что никаких претензий, – пожал я плечами.

– Тему не меняй. Чего ты все лыбишься? – нахмурился Рай. – Это ведь никак не связано с одной девой с зелеными волосами?

– Сейчас у нее фиолетовые концы, – сообщил я. – И я не буду ничего рассказывать.

– И не нужно. По твоей тупой улыбке все понятно в красочных подробностях. Блин, чел, и в попку тоже? – Он снял ногу с ноги и поставил на пол.

Я пнул его под столом, и у Рая вырвался мучительный вопль.

– Следи языком, когда говоришь об этой женщине.

Как я мог ее отпустить? А главное – как удостовериться, чтобы она не сбежала? Калла отлично бегала.

– Она уже знает о твоих чувствах? – Рай взял пиво, поднес бутылку ко рту и сделал смачный глоток.

Точно нет. Если бы Кэл знала о моих чувствах, то бросилась бы наутек. Она любила Нью-Йорк. Любила свою независимость. Любила быть одной.

Мало-мальская надежда на то, что у нее тоже появятся ко мне чувства, убьет меня быстрее привычки курить, которую она так сильно ненавидела.

В дверь постучали. Рай встал, допил пиво и выбросил бутылку в мусорку.

– О том, как меня бесит этот город? Да, – сказал я.

– О том, что ты влюблен в каждую клеточку ее тела. – Он направился к двери.

– Я в нее не влюблен, – буркнул я в бутылку.

Райленд остановился, взявшись за ручку, и вскинул бровь.

– Хорош заливать. Тебе что, пять лет? – В кабинет еще раз постучали, уже настойчивее. – Просто помни, что у нее уйма проблем. Ей всегда будет мешать тревожное расстройство, и сомневаюсь, что она сможет создать с кем-нибудь серьезные отношения, даже с тобой.

– И что, на хрен, означает – «даже со мной»?

– Даже с тем, кто принимает ее такой, какая она есть, со всеми изъянами, и не просит измениться.

Подмечено в точку. Изъяны Кэл – одна из лучших ее черт. Я начал закипать от гнева, желая ее защитить, и уже хотел высказать Райленду все, что думаю по этому поводу, но он открыл дверь. На пороге стоял Киран.

Видимо, вселенная просекла, что я в хорошем настроении, и решила его изгадить. Этот урод как ни в чем не бывало завалился в кабинет, выглядя на все сто в своем дурацком бушлате и с еще более дурацкой улыбкой. Невообразимо, но покалеченный нос наделил его грубоватой мужской красотой. В сравнении с Придурком молодой Клинт Иствуд был похож на помойную кучу.

– Привет, дружище. – Рай и Киран пожали друг другу руки и по-братски похлопали по плечу. – Я пошел, оставляю вас убивать друг друга.

Рай вышел из кабинета. Я оттолкнулся от пола и повернулся в кресле, покосившись на Рая, а он добавил:

– Только ковер береги. Я хотел забрать его с собой в Нью-Йорк, когда мы закроем этот ресторан.

– Придурок, – сказал я.

– Скотина, – ответил Киран.

– За какое чудовищное прегрешение в прошлой жизни меня наградили сим светским визитом? – Я взял сигарету и покрутил ее между пальцами.

– Не скромничай. Уверен, ты и в этой жизни угодил в черный список кармы. – Киран прошел в кабинет с учтивым и высокомерным видом, как подобало человеку, который зарабатывал сотни миллионов фунтов в год. – Кстати, извинения приняты.

– Извинения не выдавались. – Я засунул сигарету за ухо. – Мне вызвать охрану или хочешь, чтобы я вышвырнул тебя лично?

Киран подошел к тележке с напитками за моим столом, чтобы налить себе виски. Ни разу не видел, чтобы Киран Кармайкл пил. Он всегда казался мне похожим на Патрика Бейтмана. Того, кто скорее будет запихивать отрубленные головы в холодильник, чем пропускать по стаканчику с приятелем. Потому я немного завис.

– Знаешь, ты должен меня отблагодарить. Мой показной поцелуй с Кэл перерос в ваши шашни. – Киран налил себе виски Hibiki