Единою судьбой. Плата за свободу - Елена Александровна Помазуева

- Я тоже буду по тебе скучать, Дайон, - он присел на корточки и ласково провел ладонью по моим волосам. Когда рука спустилась вниз, прижалась к ней щекой. – Мое намерение сделать тебя своей женой нисколько не изменилось. Я просто жду, когда ты откроешь сердце и примешь мою любовь. Неважно, как в дальнейшем обернется жизнь. Для меня всего достаточно. Я знаю твое имя, слышал твой голос, я чувствовал твою нежность. Ты рай в моей жизни.

Он поднялся на ноги, склонился и поцеловал в волосы.

- Береги себя. Мы скоро встретимся.

Я смотрела ему вслед и не могла его отпустить. Вскочила, подбежала и обняла со спины.

- Не оборачивайся. Постой так, - попросила, почувствовав его движение.

Он не стал сопротивляться, а я прижалась к нему и закрыла глаза, напитываясь теплом и любовью, исходящей от него. Что-то глубоко внутри меня начало отзываться на его чувства. Кажется, я влюбилась в командира.

Конвоировать преступников оказалось непросто. Парни старались облегчить трудности дороги, но нас было слишком мало, хотя нам помогали менять лошадей представители торгового дома Соним. Требовалось найти пристанище, еду и питье, присматривать за преступниками во время сна и туалета. Приходилось объясняться с местными стражниками, во время предоставления документов. Когда подъезжали к границе, вымотались настолько, что качались от усталости.

Магистрат Муним лично возглавлял отряд. Увидев взволнованное лицо начальника, обрадовалась сильней, чем в день выдачи зарплаты. Передав преступников в руки товарищей, мы втроем завалились спать в повозке и не просыпались до приезда в столицу.

Парни поспешили домой, а меня с волнением встречала замечательная женщина, когда-то потерявшая ребенка, влюбившая в себя всю столицу и ставшую главой торгового дома. Мама моего командира. Асоль.

- Дайон! – радостно обняла меня госпожа Соним. – Где Илар?

- Он просил передать, что обязательно разыщет вашего сына, - улыбаясь, рассказала я. – Командир остался в Симле, чтобы найти его следы.

- Входи скорей! Наверняка устала во время дороги. Приводи себя в порядок, а потом подробно расскажешь о ваших поисках, - обняв за талию, она завела меня в дом.

Новостей особо нет, но сообщать об этом не торопилась. Очень хотелось подольше чувствовать заботу доброй женщины.

После ужина мы устроились за столом, на котором пыхтел небольшой пузатый чайник, выдавая белесый парок. Ароматно пахло травами, заваренными госпожой Соним.

- Илар старается найти семьи сборщиков дани. Надеюсь, у него получится хоть что-то узнать, - закончила недолгий рассказ я.

Женщина печальными глазами смотрела в стол перед собой. Она понимала, насколько призрачна надежда, но не отказывалась от поисков.

- Госпожа Соним, командир сказал, что Асоль это вы, - немного поколебавшись, произнесла я.

- Верно, - не стала отпираться она.

- Как получилось, что Илар старше сына, которого вы разыскиваете? – задала вопрос и замерла.

Любопытство давно мучило, но не получалось спросить командира. В ночь прощания совсем не до выяснения родственных связей было.

- Илар мой приемный сын, - просто ответила госпожа Соним. – Мы встретились в Иратоне, когда у нас были трудные времена, и стали поддержкой и опорой друг другу.

- Вам повезло встретить прекрасного ребенка, - от удивления перевела дыхание.

- В моей жизни часто встречались замечательные люди. Илар один из них, - согласилась собеседница. – Правда, плохих тоже хватало, - печально добавила она.

Глава 26

Хваин

Вышли все сроки и наступило время возвращаться в Симлу. Дань собрана и медленным караваном отправлена. Официально милорда Хваина ничего не задерживало в Аграле. Накануне они с наследным принцем попрощались, отметив общее дело бурным возлиянием крепких напитков. Уезжая молодой посол отдавал последние указания людям, оставшимся в столице. Они станут его глазами и руками, пока Хваин будет находиться дома. Связь легко поддерживалась через дипломатическую почту, а значит, осечек не должно случиться.

Поезд посольства отличался богатством. Как и во время въезда их провожали недобрыми взглядами, но завоеватели чувствовали себя в покоренной стране хозяевами.

Во время обратной дороги Хваин получал донесения из обоих государств, и он точно знал о происходящем в столице Аграла.

Волис

Спустя неделю после отъезда посольства Симлы генерал Волис получил странное послание. Его привязали к стреле, которая выпущенная из лука, воткнулась в деревянную колону рядом с плечом мужчины. Стражники, отправленные на розыск злоумышленника, никого не нашли. А содержание оказалось серьезным. Некоторое время генерал Волис раздумывал, стоит ли доверять написанному, а потом приказал седлать коня и отправился во дворец.

- Генерал, что привело в столь поздний час? – вежливо поинтересовался король, надеясь, как можно быстрей отправиться отдыхать.

- Ваше величество, только что в мой дом прилетела стрела с сообщением, - встав на одно колено, с поклоном протянул записку генерал.

- Что в нем?

- Прочтите, ваше величество. Я не могу огласить содержание вслух, - еще ниже склонил голову Волис.

Король с неохотой забрал из рук подданного подозрительный предмет и повертел в руках сначала стрелу, а потом развернул клочок бумаги. По мере чтения его глаза расширялись от возмущения, а воздух из легких вылетал с шумом.

- Ложь! Все ложь! – воскликнул король.

- Согласен, ваше величество, но я не мог не рассказать, - генерал не решился поднять голову.

Слухи о вольных речах принца Хвана носились по столице, но все боялись об этом говорить. Скорый на расправу наследник мог убить на месте, если бы услышал, как его обсуждают. Стражи пытались выяснить, откуда появились слухи, но результатов не добились. Генерал Волис рассматривал это дело, пытался найти нарушителей, однако не смог найти зачинщиков.

- Хван зрелый молодой маг, он в состоянии ответить за свои слова и действия. Через несколько лет он возглавит королевство и поведет его к процветанию, потому злословие кидает тень на доброе имя принца!