В паутине предательств - Адриана Белоусова

– Он потерял ту, что давала ему надежду, – с грустью сказал Сабола, словно зная, что сейчас может чувствовать Мариан.

– Делора погибла? – с недоверием произнес Бальтазар.

– Я бы очень хотел сказать, что это не так, – со вздохом проговорил Сабола. – Но не могу.

Бальтазар на негнущихся ногах подошел к Мариану и положил ему руку на плечо. Тот вздрогнул, но не обернулся.

– Мне… Мне жаль, – проговорил Бальтазар.

Мариан повернулся и посмотрел на него. Оба глаза были черными, словно в них растеклась смола. Он ничего не сказал и быстрым шагом двинулся к башне. Ветер трепал его разноцветные волосы, и Бальту вдруг показалось, что чародей стал ниже ростом.

Глава 28. Королева и чудовища

Кордия не знала, куда бежит, лишь бы подальше от этого охотника. Ее мучили сомнения, что у нее получится скрыться от него, ведь он знает этот лес намного лучше. Брачная метка пульсировала болью, светясь в темноте. Значит, Лейф еще не умер. Хотя с тремя стрелами в грудной клетке он вряд ли долго протянет. Это не вызывало у нее радости, она слишком хорошо помнила, что может случиться, когда ее мужа не станет.

Волосы то и дело цеплялись за ветки, Кордия не знала, сколько светлых прядок оставила на них, указывая охотнику путь, который выбрала. Она слышала за спиной его тяжелое дыхание. Торопливо создать заклинание не получалось: сердце бешено стучало, не давая ей возможности сосредоточиться. Она попробовала сформулировать защитную фразу, но не смогла. Споткнувшись о коварный корень, Кордия с глухим стоном упала на живот. Она приподнялась на локтях, но сильный толчок в спину заставил ее приложиться лицом о землю. Рот наполнился горечью, на зубах заскрипел песок. Крепкая рука схватила ее за плечо и резко перевернула на спину. Ей не нужно было гадать, кто это сделал. Его запах окутал ее с головы до ног, вызывая тошноту. Она несколько раз моргнула, словно это могло заставить охотника исчезнуть.

– Кто ты такая? – прохрипел он ей в лицо. – Кто тебя прислал? Отвечай!

Кордия попыталась оттолкнуть его, и он схватил ее за запястье, на котором пылала метка. Он отдернул пальцы, как от огня.

– Пусти меня! – стараясь вырваться, прошептала Кордия. Он хотела сказать это громко и четко, но звук потонул в кашле.

– Тебя прислал мой брат?

– Я не знаю, кто ты…Я просто заблудилась!

– Ты умрешь! – пророкотал охотник, и его руки сомкнулись на шее Кордии. Она пискнула, изо всех сил пытаясь призвать магию, но та не откликнулась. Пальцы охотника стискивали ее горло все сильнее.

Легкие горели от нехватки воздуха, Кордия барахталась под тяжестью охотника, слабея с каждой секундой. Перед глазами плыли красные пятна, закручиваясь в вихри. Сознание медленно угасало.

Глухой хруст, похожий на звук ломающейся кости – (Кордия никогда бы не смогла забыть его после пыток), – резанул по ушам, словно клинок. Охотник рухнул на нее, и она ощутила, как по ее шее бежит теплая жидкость. По запаху догадалась, что это кровь. Воздух потек в горло живой водой. Она закашлялась, ее трясло. Кто-то рядом с ней тяжело дышал, и ей показалось, что она сейчас сойдет с ума от страха. Что, если этот тип еще опаснее охотника?

– Ты жива? – донесся до слуха Кордии голос Лейфа.

– Нет… – ответила она.

Собравшись с силами, Кордия спихнула с себя охотника и отползла в сторону. Магия тут же включилась, растекаясь по телу медным сиянием. Она щелкнула пальцами, создавая магических светлячков и тут же поставила защиту, чтобы к ней не мог приблизиться ни хищник, ни человек.

Обернувшись, Кордия посмотрела на охотника и задержала взгляд на его волосах, потемневших от крови. Рядом валялся камень, на котором блестели бордовые капли. У охотника было проломлен череп, но ей почему-то не верилось, что он мертв. Она хотела проверить его пульс, но стон Лейфа заставил ее дернуться назад. Ее муж сидел, привалившись боком к дереву. Из спины по-прежнему торчали три стрелы. Кордия осторожно подползла к нему, убрала с его лица волосы и посмотрела в глаза. Жизненной силы почти не осталось. Тело Лейфа содрогалось от лихорадки.

– Все будет хорошо. Сейчас я вытащу стрелы, – мягко проговорила Кордия, хотя сама сильно в этом сомневалась. – И тебе станет легче.

Лейф что-то произнес, но это было похоже на бульканье, и Кордия ничего не поняла. На его губах появилась кровь. Надо было спешить. Она протолкнула одну из стрел, и Лейф глухо завыл от боли. Отбросив ее в сторону, Кордия приступила ко второй.

– Будь со мной, пожалуйста, будь со мной, – просила Кордия, видя, как глаза мужа закатываются. – Если ты сейчас уснешь, то можешь не проснуться.

Лейф тяжело сглотнул и закрыл глаза. Его кожа покрылась холодным потом, тело обмякло.

– Ну, твою же мать! – зло проговорила Кордия.

Она была слишком расстроена, чтобы сразу заметить движение позади себя, а когда шорох привлек ее внимание, охотник был уже близко. Он смотрел на нее безумным взглядом, в котором читался смертный приговор. Кордия схватила древко стрелы – единственное, чем могла сейчас защититься и, когда охотник склонился к ней, без колебаний воткнула ему в глаз. Тот зарычал, стал хвататься за него стараясь вытащить из глаза. Кордия оттолкнула охотника, и тот упал на спину. По его телу пробежала судорога, и он затих.

Выждав пару секунд, Кордия подползла к нему и сняла с его пояса оружие. Теперь у нее было два кинжала и топорик. Отличный улов! Она вернулась к Лейфу и, включив магию, направила ее на него.

«Если я спасу его, – думала она, медленно проталкивая стрелу, – то тем самым сохраню жизнь Дора и Оскара, а это самое главное.»

Едва третья стрела покинула тело короля, как из раны брызнул фонтан крови. Кордия поспешила зажать рану ладонью, шепча заклинание, чтобы остановить кровотечение. Ничего не получалось. Ее охватила паника. Она поняла, что не сможет его спасти: ее целительских навыков по-прежнему не хватает, а времени на разные попытки нет. Да и Лейфу нужно много магии, чтобы выжить.

Взгляд Кордии упал на топорик. Она взяла его в руки и провела пальцем по острию. Посмотрела на Лейфа, который чуть приоткрыл глаза. У нее нет выбора, она должна это сделать. Других вариантов нет.

– Что ты задумала… – с ужасом прошептал Лейф.

Кордия положила руку на землю, поудобней прихватив рукоять, чуть отодвинула мизинец в сторону и, собравшись с духом, опустила на него