Безжалостные наследники - Ана Уэст

я хотел, – это прижать её к себе как можно сильнее, и я крепко сжал её ягодицы, притягивая к себе. Я знал, что она чувствует, как сильно я возбуждён, как мой член упирается ей в живот и пульсирует от желания. Крепко сжав её, я одним быстрым движением перевернул её на спину, навис над ней, опираясь на одно предплечье, а её ноги всё ещё были обхвачены вокруг моих бёдер. Я провёл пальцами по её животу и просунул их под пояс джинсов.

Я пытался быть нежным. Мягким. У Сиены были другие планы.

Она сама расстегнула пуговицу, спустила джинсы и трусики с бёдер, а затем потянулась к моей рубашке и разорвала её, проведя ногтями по моей груди одной рукой, а другой вцепившись мне в волосы. Она притянула меня к себе и грубо поцеловала, а затем укусила за шею сильнее, чем раньше.

— Не будь со мной таким нежным, — пробормотала она, снова прикусывая чувствительную кожу у меня на шее.

Хорошо. Если она хотела грубости, то получит её.

Я резко сел, притянул её к себе на колени, стянул до конца с неё джинсы, одной рукой снял с неё футболку и потянулся к бюстгальтеру, а мои пальцы скользнули по её бёдрам и без колебаний проникли между её складочек. Она была вся мокрая, как и всегда для меня, горячая, открытая и жаждущая. Сиена выгнулась, насаживаясь киской на мои пальцы, её ногти скользили по моей спине, а обнажённая грудь прижималась к моей груди.

Боль, вспыхнувшая в моей спине, когда она насаживалась на меня, была глубокой и жгучей, но это только подстёгивало меня. Десяток эмоций смешались у меня в груди, когда она насадилась на мои пальцы, впилась ногтями в мою кожу и страстно поцеловала меня, а я прижал большой палец к её клитору. Если она хотела, чтобы мне было больно, я сделаю больно и ей. Я заставлю её умолять. Она была моей, и я хотел, чтобы она никогда об этом не забывала.

Я провёл большим пальцем по её затвердевшему клитору, а мои пальцы проникли во влажную теплоту её сжимающейся киски. Её тело дёрнулось у меня на коленях, она задрожала и уткнулась лицом мне в шею, покусывая и посасывая её. Мои пальцы дразнили её, потираясь о то место, которое, как я знал, она любила, а большой палец надавливал ровно настолько, чтобы подвести её к краю, но не дать сорваться.

Её бёдра двигались, отчаянно пытаясь найти точку соприкосновения, которая принесла бы ей разрядку.

— Данте… — Моё имя сорвалось с её губ как мольба. Умоляющая.

Я погрузил в неё палец, окунув его в её влагу, и начал медленно вводить и выводить его, выжидая до последнего момента, прежде чем снова войти. Мой большой палец двигался в ровном ритме, лаская её клитор и заставляя её вздрагивать. Её тело дёрнулось под моей рукой, желая большего. Как только я понял, что она вот-вот кончит, я вышел из неё и откинулся назад, чтобы одарить её своей самой обольстительной улыбкой.

— Если ты хочешь большего... — я даже не смог вымолвить ни слова.

Обхватив меня ногами за бёдра, она использовала всё, что у неё было, чтобы перевернуть меня на бок, затем на спину, нависая надо мной, её глаза горели от неудовлетворенного желания.

— Только посмей меня дразнить, — прорычала она.

Она стянула с меня штаны и рубашку. И я позволил ей это сделать. Её свирепость завораживала меня. Я был полностью в её власти.

Она не стала ждать. Её рука обхватила мой твёрдый член, провела им между её влажными складками и погрузила его в её всё ещё невероятно тугую киску. Я чувствовал, как она сжимает меня, когда я погружаюсь в неё, как она обхватывает меня, окутывает меня. Я закрыл глаза и застонал, выгнув бёдра, желая чувствовать её и только её. Больше никого, до конца моих дней. Пока мы оба живы. Я, чёрт возьми, солгал, когда давал клятвы, но, клянусь Богом, теперь я говорю серьёзно.

Я бы поклялся на что угодно, лишь бы она оставалась вот так, на мне, с моим членом, погруженным в неё. Я, чёрт возьми, хотел умереть именно так.

Её руки обхватили мои над головой, удерживая мои запястья, её бёдра медленно покачивались подо мной. Пока я медленно дразнил её, она мучила меня. Приподнявшись ровно настолько, чтобы удержать кончик, она приподнялась надо мной. Я попытался толкнуться вверх, попытался ощутить это божественное тепло, но она ускользнула от меня. Застонав, я посмотрел на неё снизу вверх.

— Умоляй об этом, — сказала она. Повторить свои собственные слова, сказанные ей не так давно, было бы немного забавно. Прямо сейчас я хотел её. Нуждался в ней.

Схватив её, я прижал её тело к своей груди, заставляя её бёдра опуститься. Я чувствовал, как она сжимается вокруг меня, как она пытается приспособиться к моим размерам, когда я входил в неё, но она приняла это. Сиена ахнула от неожиданности, её глаза расширились, когда я заставил её опуститься на меня, входя и выходя из неё, а другой рукой сжал её грудь, пощипывая сосок, пока она кричала от удовольствия.

— Оседлай меня, — потребовал я хриплым от страсти голосом.

Она сделала в точности то, что ей было сказано, её бёдра задвигались на мне с такой яростью, что у меня перехватило дыхание. Она положила руки мне на голову, и её грудь оказалась у меня перед лицом. Я обхватил губами её сосок, пока она снова и снова вбирала мой член в себя, покусывая, а затем нежно успокаивая жжение языком, посасывая нежную кожу и твёрдый бугорок. Я мог бы вечно наслаждаться её вкусом, каждым сантиметром её тела, и мне нравилось, как она вздыхала и задыхалась, насаживаясь на меня, как её киска сжимала меня, словно бархатная перчатка. Но я хотел большего.

Я хотел, чтобы она выкрикивала моё имя.

Я не мог себя контролировать. Мой член выскользнул из мягких складок, когда я рывком поднял её на ноги. Мы оба споткнулись, и Сиена вскрикнула, когда я наклонил её над диваном, задрав её идеальную попку. Для меня. Всё это для меня.

Звук шлепка эхом разнёсся по комнате, моя рука горела от удара. Её попка уже стала светло-розовой.

— Это за попытку меня убить, — прорычал я.

Сиена сопротивлялась моим объятиям, но я видел желание в её глазах, страсть. Теперь всё это было