Надеюсь, это письмо найдет тебя в аду - Маккензи Рид

я вышла на улицу, чтобы наконец позвонить бывшему. Когда Кристал вернула мне телефон, на нем обнаружился с десяток пропущенных звонков и голосовых сообщений от него: наше исчезновение и неожиданное возвращение попали в национальные новости. — Всё прошло нормально. Я извинилась за то, что… ушла вот так. Он хотел поставить точку и убедиться, что со мной всё в порядке. Он сейчас с другой девушкой, так что за него можно только порадоваться.

У меня не получается полностью скрыть горечь в голосе, хотя она и неоправданна. Если уж говорить о бывших, мой мог бы вести себя куда хуже.

— Я горжусь тобой, — произносит Кристал. — Если бы не одно «но». Ты соврала.

— В чем?

— Ты не в порядке. — Кристал награждает меня грустной улыбкой. — У тебя есть одна привычка, знаешь ли.

— Какая еще привычка?

— Когда ты врешь, ты начинаешь крутить кольцо на пальце.

Я смотрю на кольцо, которое подарили родители. Его аметистовый камень тускло мерцает в лучах уходящего солнца.

— Я… даже не замечала за собой такого.

Интересно, способна ли она догадаться, что еще я от нее скрываю? В больнице она спрашивала, помню ли я хоть что-нибудь.

Всё, едва не сорвалось с моих губ, когда воспоминания хлынули лавиной.

— Ты хоть что-нибудь помнишь?

Кристал нахмурилась, и в ее глазах мелькнул отрешенный взгляд.

— Не особо. Помню, как мы припарковались на обочине, чтобы спросить, всё ли в порядке с мужчиной, лежавшим в траве. А потом — только отрывки. Или скорее… ощущения. Страх и безысходность, больше всего остального. Врачи думают, мы были похищены.

— Кто это «мы»?

— Ты, я, Поппи и женщина по имени Ясмин. Мэдлин тоже пропала примерно в то же время, что и мы. Мы не думали, что кто-то из вас вернется, но ты вернулась, так что, может, и она объявится.

Мое сердце сжалось от воспоминания о том, как Мэдлин проткнули насквозь. Мне безумно хотелось сказать правду, чтобы ее семья наконец обрела покой, но я просто не знала как.

— Ты в порядке?

— Конечно, дорогая. — Кристал улыбнулась. Затем, словно дав себе секунду на раздумья, тяжело вздохнула. — Нет. Меня до сих пор штормит. Нас целенаправленно выслеживали, Бри. Это же сюжет для какого-нибудь документального фильма на Netflix. Чертовски пугающе. Но мы живы. Две крутые девчонки, черт побери.

— Самые крутые, — согласилась я.

Теперь я поднимаюсь на ноги. — Знаешь, я говорила, что наелась до отвала минут двадцать назад, но с тех пор прошло целых двадцать минут, а для десерта у меня всегда найдется отдельный желудок.

Прежде чем я успеваю сделать шаг, Кристал перехватывает меня за запястье.

— Подожди, — говорит она. — Я была с тобой не до конца честна.

Я опускаюсь обратно на ступеньки. В прошлый раз, когда кто-то «был со мной не до конца честен», выяснилось, что его брат — дьявол, да и он сам в какой-то момент тоже им работал. Излишне говорить, что я сейчас на взводе.

Но это Кристал, а не Люк. Она сидит рядом со мной в плотном карамельном свитере и оливковых вельветовых брюках-клеш, а ее тугие кудри восстановились после того спутанного состояния, в котором я нашла ее у Белиара. Что бы она ни скрывала от меня, это не может быть хуже того, что я скрываю от нее.

— Что такое? — спрашиваю я. Она смотрит на свой задний двор — на сарай, игровой комплекс и лес за ним.

— В больнице, когда ты очнулась и спросила меня, помню ли я что-нибудь, я соврала. Но я солгала. Я помню немногое, но тебя я помню. — На ее глазах блестят слезы. — Ты была не такая, как остальные. Ты нас спасла. Люк был с тобой, верно?

Ком в горле возвращается.

— Был.

— Я так и думала. Я помню, как Поппи спрашивала, не Иисус ли он, и что ты сказала мне в фургоне — что все это был лишь дурной сон. — Она судорожно вдыхает. — Я знаю, что ты сказала это, чтобы защитить меня. И я позволю тебе делать это, потому что не ищу подробностей о том, где мы были и что случилось. Я просто хочу, чтобы ты знала, как я благодарна за то, что вы с Люком вернули нас домой.

— Я не хотела, чтобы Кэссиди и Аурелия росли без тебя, — признаюсь я. — Или чтобы Амелия потеряла тебя. И ладно, возможно, отчасти это было немного эгоистично с моей стороны, потому что я не хочу работать в «Курированных услугах», если тебя там нет. Как бы я вообще выжила?

Сквозь слезы у нее вырывается фырканье. Она притягивает меня к себе, и я крепко обнимаю ее.

— Ты хорошая подруга, Бри. Ты заслуживаешь счастья.

— Я счастлива. — Это рефлекторный ответ, потому что я знаю: так и должно быть. Я выжила и вернулась в верхний мир. Мы спасли Кристал, Поппи и Ясмин. У меня есть теплая постель в доме, полном любви и людей, которые приняли меня как родную. Я сижу рядом с настоящей подругой — первой с тех пор, как я оттолкнула всех остальных после смерти родителей.

Она бросает на меня понимающий взгляд, косясь на мое кольцо, которое мои пальцы бессознательно крутят. Предатели.

— Ты изменилась с тех пор, как мы вернулись, — продолжает она. — Мы все изменились, но всякий раз, когда заходит речь о Люке, ты грустнеешь. Я знаю, я всегда шутила насчет того, что вы сойдетесь, а потом чувствовала себя ужасно, потому что, судя по всему, он нас похитил…

— Он нас не похищал, — повторяю я. К такому выводу пришла полиция, потому что Люк исчез одновременно с нами. Я не могла рассказать им всю правду, но позаботилась о том, чтобы очистить имя Люка. Хотя его исчезновение не помогло. — Мы объединились, чтобы спасти вас. Но по пути все стало… личным. Я начала в него влюбляться.

— Ну, ты должна знать, что он начал влюбляться в тебя задолго до этого. Вся эта игра в незнание твоего имени, плюс все те разы, когда я заставала его смотрящим на тебя в офисе. Он пытался привлечь твое внимание. Мне казалось, будто я наблюдаю за самым медленным служебным романом в мире.

— Извини, что заставила тебя ждать.

— Извини, что заставила тебя ждать, — произносит она. И тут, к моему полному шоку, она запускает руку в глубокие карманы кардигана и вытаскивает то, чего, как мне казалось, я больше никогда не увижу:

Мой кинжал.

Я забираю его у нее, пальцы смыкаются на знакомой рукояти.

— Люк прокрался в больницу, когда ты еще