Смирись, светлый мой! Твоя темная жена по любви - Лина Алфеева

— Слышала, что в браке женщина перестает за собой следить, но ты, Аманда, прямо-таки бьешь все рекорды. Смотри, променяют тебя на более ухоженную леди.

— Селина, ты первая, кто на свидании думает о чужом муже. Молодой человек, где-то вы не доработали, — широко улыбнувшись, я бросила пару выяснять отношения.

И совсем не стыдно. Селина первая начала. А бедняге-старшекурснику лучше сразу узнать, как эта темная леди сцеживает яд, чем отравиться после свадьбы.

Мужа я заметила, едва он вышел из административного здания, и почему-то ноги приросли к дорожке. Да я даже между стычками с демонами в Пресветлом дворце не замирала! Не до того было. А тут вдруг ступор, колени дрожать, губы трясутся…

Только очутившись в объятиях мужа, я смогла вздохнуть, причем сквозь сдерживаемое рыдание.

— Аманда! Тебя кто-то обидел? Кто? — Картас быстро по-военному начал ощупывать меня магией.

— Не обидел. Это откат. Помнишь, ты обещал, что когда все закончится, ты для меня станцуешь?

Вместо ответа Картас подхватил меня на руки и начал медленно кружиться, я спрятала лицо на его руди, наслаждалась объятиям и тихо радовалась, что муж вернулся целый и невредимый. Нужно было спросить, как там Эрн, узнать, чем закончилось все на Изнанке и как вообще паладины Авердана приняли проклятых светлых. У меня была такая тьма вопросов, но их можно было решать только на светлую голову.

Поэтому я просто дала себе немного времени, когда же Картас нашел первую попавшуюся лавочку и опустился на нее, я вскинула голову, проморгалась и прошептала:

— То еще вышло развлечение.

Картас легонько коснулся моей щеки, стирая слезу.

— Ты удивительно сильная темная леди. Я тобой горжусь.

— Видел бы ты Абриэль, еще бы не так возгордился.

— Видел. И тебя, и Абриэль. Один репортер умудрился сделать запись вашего исторического выхода на крышу Пресветлого дворца.

— Надеюсь, вовнутрь его не пустили?

— Илия еще не совсем выжила из ума. Сначала она запустила дознавателей и бытовых магов. Кстати, она теперь вас боится, — я вопросительно вскинула брови, и муж пояснил. — Никто не знает, сколько врагов пало именно от ваших с Абриэль рук.

— Мы почти все время находились в тылу. Поддерживали атаки благоприятствующей магией и лечили раненых.

— Никому об этом не рассказывайте. Пусть боятся.

— Ага. Передай королеве, что, если будет плохо себя вести, ты привезешь меня в гости, — нервно хихикнула я, чувствуя, как противная пружина внутри меня наконец-то начала разжиматься.

Мы с Картасом снова были рядом, а значит, мы со всем справимся.

Убедившись, что я успокоилась, муж рассказал мне, что всех освободившихся светлых было решено оставить в крепости Авердана для адаптации. Королева Илия пока этого не осознала, но Картас бы уверен, что многие останутся верны Эрну и пополнят его личную армию. У королевы был шанс, но она испугалась победителей демонов и вместо почестей их встретили чуть ли не с амулетами для изгнания нечисти.

Нас с Абриэль выпроваживали примерно так же, но эффект все равно оказался другим. Вся столица гудела от вестей, что найденная принцесса Абриэль всех спасла. Илии теперь ничего не оставалось делать, как мучительно соображать, чем бы одарить найденную родственницу.

Король Килиан находился под следствием. Официально народу сказали, что Его Величество пострадал во время атаки демонов и находится на лечении, вот только его палата охранялась лучше королевской сокровищницы.

Да-да, той самой, что мы с Абриэль все-таки взломали. Конечно, мы взяли только артефакты для усиления нашей клыкастой армии, но проблема в том, что я совершенно забыла попросить их сдать все, что мы вытащили из подземелья.

Когда я рассказала об этом мужу, Картас так смеялся, что я чуть его не стукнула.

— Нет, Илия не будет заявлять о пропаже. Ей хватит и того, что собственная аристократия теперь смотрит на нее волком. Королева очень неудачно забыла во дворце пару министров и несколько лордов и леди из своей свиты. Они прекрасно поняли, благодаря кому выжили, и постарались сделать так, чтобы об этом все узнали.

— Да уж… Забавно все получилось. А лорда Нарша жалко. Он такого не заслужил.

— Именно поэтому я сделаю все, чтобы королеве пришлось сменить супруга. Такой, как Килиан, не заслуживает трона.

— А ты сам… Ты же вроде как наследник Илии.

— Хочешь трон? — Картас задал вопрос настолько серьезно, что я чуть с лавки не упала.

Точнее, я поняла, что вот сейчас он ни капли не шутит и только пожелай я, он мог бы заставить Илию сделать себя настоящим, а не фиктивным наследником.

— Да ну нафиг такое счастье!

Я еще обязательно высказалась бы о перспективах проживания в Пресветлом дворце, но тут в глубине парка что-то громыхнуло, а ночное небо прорезали вспышки молний, причем такие яркие, словно гром-птица пролетела. Мы с Абергом бросились туда и…

Я сначала глазам не поверила.

— Откуда оно у него? — потрясенно выдохнула я, рассматривая, окутанное небесной магией кресло.

— Лучше спроси, откуда она у него, — процедил сквозь зубы злющий супруг.

— А есть разница? — я с интересом рассматривала пребывающую без сознания девушку в желтом.

Молоденькую, темноволосую и симпатичную. В общем, тут я только могла похвалить вкус Дакхара Райна. Но кресло меня все равно, как артефактора, заинтересовало больше. Я таких больших конструкций, работающих на магии, ни разу не видела.

— Дакхар Райн! Я искренне надеюсь, что ты вернул на место то, что брал! — гаркнул вместо приветствия муж.

— Её не верну. Остальное позаимствованное уже на базе. Все в порядке, светлый, боя не было. Я забрал… Забрал свою невесту.

— А она об этом знает? — едко уточнил муж.

— Что забрал, пока не в курсе, — ничуть не смутился темный, напрочь игнорируя другой вопрос.

Картас только глаза прикрыл. Мне даже показалось, что он мысленно считает до десяти.

— Аманда, сопроводи, пожалуйста, обоих в лазарет. Мне придется вернуться в крепость Авердана и оценить последствия возвращения одолженного.

— Речь идет?..

— О полусотне светлых магов и о диких тварях, напрямую призванных из Гиблой долины.

— О! Так дух-хранитель не смогла полностью лишить Дакхара магии темного охотника, — искренне порадовалась я.

И за его кресло тоже порадовалась, и за светлую, которая пока не осознала, в какие цепкие, но надежные руки угодила. И за себя