Зеленоглазое проклятие, или Тьма ее побери! - Елена Княжина

– Если бы ты не отлучился так надолго…

– У меня были веские причины, Элси, оставить тебя на время одну.

Я пихнула локтем призрачный морок, требуя немедленно вытащить меня из дрянного шкафа. Жаль, что Злой Рок не мог мне помочь со всеми проблемами. И из контракта с бессовестным рабовладельцем мне придется выбираться самостоятельно.

Глава 32

Половину дня я самым неразумным образом проревела. И если бы Даннтиэль вдруг на этот раз спросил, не из-за него ли, я с чистой совестью могла утвердительно кивнуть.

Потом я пришла в себя, кое-как умылась и даже доклад на завтрашнюю «Теорию магии» подготовила. Общество сира Милезингера действовало на меня умиротворяюще и напоминало, что не все мужчины квахары. Лишь некоторые.

Я бы и рада была заткнуть уши ватой и забиться в самую темную щель, чтобы реальность меня там не доставала. Но она (реальность неугомонная) меня находила всюду.

Тейка рассказала, что ее величество покинула академию несколько часов назад. А потом Рисса принесла на хвосте, что сир Рэдхэйвен одолел вторую дверь из оставшихся трех… Странно. Неужто он до сих пор думал, что я с ним куда-нибудь полечу? Определенно, у нас с ним какие-то разные реальности.

Рисса распахнула окно, и в комнату пробрался обманчивый запах весны. Тем более раздражающий, что внутри было по-осеннему тоскливо и слякотно.

– Я сегодня припозднюсь, – загадочно сообщила подруга, разглядывая облака, окрасившиеся закатным красным. – Наверное, совсем ночью приду…

– Библиотека? – сочувственно протянула Тея.

– Свидание, – смущенно объявила Рисска, накрывая горящие щеки ладонями. – Вы только не расспрашивайте, все равно не расскажу. Это тайна.

Я набрала воздуха в щеки и медленно выдохнула. Значит, весной пахло не зря… Просто не для меня. Но за Риссу сердце грелось, и в груди стало чуточку теплее.

– А у меня библиотека, – вздохнула Галлатея, всем видом намекая богам, что те что-то перепутали. И свидание должно быть у Тейки. Хоть с Филом, хоть с Джи-Роузом, лишь бы не с книгами.

Рыжее солнце за окном, следуя своему привычному распорядку, плавно катилось к горизонту. И в неразумную голову (которая – о, стыд! – никак не могла принадлежать теоретику) поползли мысли о грядущей вечерней встрече ее величества и моего рабовладельца.

Я почти нафантазировала простыни десятка модных оттенков, на которых они бы предавались своему «необычному времяпрепровождению», как в дверь постучали.

– Собирайтесь, мисс Ламберт. – Рэдхэйвен кивнул моим озадаченным подругам и стремительным шагом подошел к кровати. – Нам через час нужно быть в одном месте.

– Возможно, вам и надо где-то быть, – протянула, поспешно стирая с лица остатки расплывшейся туши, – но точно не мне.

Без каких-либо объяснений он стащил меня за локоть с постели и вытолкал в коридор.

– С вами очень сложно, Эйвелин, – объявил с укором. – Сегодняшним вечером я приглашен на одно мероприятие, важное для небезразличных мне людей.

– А такие есть? – уточнила с обидой.

– Да какая анжарская оса вас укусила?

– Для ос не сезон, сир Рэдхэйвен. Хорошо вам провести время на мероприятии, – проворчала, отрешенно пялясь в коридорное окошко.

– Это свадьба моего друга с академических времен. И я бы хотел, чтобы вы составили мне компанию.

– Все мы чего-то хотим, – равнодушно пожала плечами и самозабвенно чихнула.

– У вас снова на что-то аллергия? – догадался рабовладелец.

– На блудливых облезлых гхарров, сир.

– Ясно, – отрезал Рэдхэйвен и затолкал меня обратно в спальню. – Собирайтесь, или я соберу вас сам.

– Рискните…

– Можете надеть черное, можете – зеленое. Какое вам больше нравится, – великодушно разрешил этот квахар и, сложив руки на груди, встал у двери. – Вояжер уже ждет нас внизу.

– Я не пойду. Вам следовало сообщить о своих планах заранее, а не в последний момент. – Повела плечом, стряхивая с себя глупый трепет от его появления в моей спальне.

И еще от приглашения на свадьбу друга. Ему ведь придется представить меня, как свою невесту или хотя бы девушку… А там наверняка будет много гостей. Может, даже пресса.

Это ощущалось чем-то новым и весьма серьезным. Но я тут же напомнила себе, сколько жидкости потеряла, обнимаясь полдня с подушкой. И упрямо поджала губы: не пойду.

– Чем бы вы ни были заняты, я готов это уладить. – Он кивнул на разложенные по моей постели книжки и конспекты.

– Я. Не. Пойду, – приблизившись, прошипела ему в ухо.

– Вы моя невеста, Эйвелин, и сопроводите меня на прием у Кольтов, – тоже негромко выдохнул Рэдхэйвен. – Хотите вы того или нет.

Он сдвинул меня с дороги, добрался до шкафа и вытащил из него вешалку с зеленым. Бросил поверх конспектов и, сжав челюсть, вышел в коридор. Но удаляющихся шагов я не услышала, а значит, рабовладелец снова стал конвоиром.

Вояжер трясся по фирменным анжарским ухабам, то стряхивая меня по диванчику вправо, прямо на Рэдхэйвена, то делая резкий разворот… И там уже Даннтиэль сползал влево, прямо на меня, зажимая в угол.

Его эта невыносимая поездка, похоже, сильно не беспокоила. Он даже удовольствие умудрялся получать, то прихватывая меня за колено, то придерживая за талию, заставляя каждый раз нервно дергаться.

– Утром мои прикосновения тебе были приятны, – хмуро заметил хитанец, отползая в свой угол после очередного ухаба.

– Утро было утром, – философски выдохнула неоспоримый факт.

Нельзя быть приятным абсолютно всем! Так это не работает, господин заботливый квахар.

– Ночью ты сама пришла…

– Не рассчитывайте, что это повторится.

– …А теперь шарахаешься, как от…

Нас снова тряхнуло вправо, смешав в кучу мою зеленую юбку и его темно-синий парадный мундир.

– Что вам мешало пойти на праздник с Элси? Она ведь там тоже будет, да? – пропыхтела обиженно.

– Будет, – пожал плечом. – Грег обязан был ее позвать, и она, к удивлению многих, приняла приглашение на эту скромную церемонию.

– После статей в «Вестнике» никого не удивит ваше совместное появление…

– Пожалуй, что не удивит, – спокойно согласился Даннтиэль, задирая подбородок и почесывая щетину, сползающую на шею.

– Уверена, под юбками ее величества очень много интересного…

– Вы даже не представляете, насколько правы, мисс Ламберт, – сухо пробурчал мерзавец и отвернулся к окну.

Совести у него нет! Даже не