Зеленоглазое проклятие, или Тьма ее побери! - Елена Княжина

В конце концов я уверилась, что в ее жизни был лишь один мужчина. И это не Данн. Судя по тому, что в ее вкусе были парни с большими рогами, у Рэдхэйвена вообще никогда не было шансов на близкое знакомство с королевскими юбками.

Еще заглядывал Рок, упрямо ныряя в каждый разрыв, что случался вблизи нашего дома. Таскал круглые камешки и все норовил обняться. А разок принес золотую птицу целиком. Пришлось спешно возвращать ее хозяйке, пока плодовитая гостья нам всю ванну «джантариками» не уделала.

Фиолетовые ниточки выпрыгивали из пальцев при каждом удобном и неудобном случае. Стабильно – когда нас с визитом посещали темные гости. Морок, матушка Данна, еще какие-то жуткие субстанции с щупальцами и хоботками… Всем почему-то хотелось посмотреть на мое недощипанное божество и лично засвидетельствовать почтение его нийяре.

Правда, завидев моток ярких ниток в моих пальцах, гости с возмущенным «у-у-у» прятались в стены. А я что? Я тоже… у-у-у!

Миэль как-то рассказала, что не все души обращаются энергией изнанки. Некоторые – те, что принадлежали особенно сильным магам, – сохраняют в себе остатки памяти, сознания. И со временем становятся «детьми Тьмы», исчадиями мрака.

Я только не поняла, какую роль в этом процессе играет золотая птичка. Миэль долго махала ее пером, что-то объясняя, но я все пропустила, засмотревшись на сильные пальцы своего жениха.

По старой памяти, ведомой интуицией, «дети Тьмы» проникают в разрывы, мечтая хоть глазком посмотреть на свой прежний мир. Может, даже пообщаться с кем-то из потомков. Правда, из-за конфликта энергий ничем хорошим это не заканчивается. У каждого своя сторона, таков закон.

Мир мой весь месяц трясло и шатало новостями разной степени «огхаренности». Единственное, в чем я теперь точно была уверена, – моя жизнь никогда не будет спокойной и предсказуемой. И я смирилась. Даже научилась балансировать на шаткой доске, крепко хватаясь руками и ногами за своего загорелого хитанца.

Иногда глаза Даннтиэля начинали сиять так ярко, что комната среди ночи заливалась дневным светом. Сам мог подрабатывать вместо маяка! На прошлой неделе он случайно испепелил шкаф, а вчера ночью в пылу страсти прожег спинку кровати.

Я дала ему время до конца года, чтобы освоиться с новой силой. Потому что, если он вдруг развеет по ветру половину гостей на свадьбе… Данн даже предлагал отложить «мероприятие», но я сослалась на контракт. С двусторонними обязательствами.

Во-первых, не хотелось, чтобы у моего папеньки случайно выросли рога. Не к лицу они ему будут, ей-Варху… Во-вторых, поторопиться со свадьбой у меня были и другие причины. Серьезные такие. Новости из разряда «сядьте, вы сейчас огхарреете». А парой лоснящихся витых рожек я бы отца и сама наградила. Для профилактики.

На самом деле я не жаловалась. Могущественное божество – вещь в хозяйстве полезная. В теории. На практике же Данн пока больше занимался вредительством. Но мы оба старательно верили, что время порчи имущества рано или поздно пройдет. И от дома старшего Рэдхэйвена к тому моменту хоть что-то останется.

За завтраком, случайно испепелив слабо поджаренный тост, Данн не выдержал и вспыхнул. Фигурально выражаясь. На этот раз.

– Это невозможно! – простонал в черный закопченный потолок. – Эйвелин, собирайся. Ты возвращаешься в академию. Или поедешь пока к отцу?

– Никуда не поеду, – фыркнула, спокойно доедая свой пока еще никем не испепеленный завтрак.

К грохоту, взрывам и мини-пожарам я давно привыкла и даже ухом не вела.

– Я все-таки опасен и для тебя. – Его лицо стало бледнее обычного. – Ты совсем рядом сидела! А вчера? В постели?

– Вчера в постели было… жарко, – согласилась, смущенно краснея. И за обе щеки уминая тост.

С приемом пищи в этом доме следовало торопиться. Сколько раз уже было, что я не успевала нормально позавтракать? То Данн что-то поджарит сильнее положенного, то в сердцах утащит меня обратно в кровать – «лечить нервы». А в это время до тарелки доберется мой мизаур.

– Пока не совладаю с этим варховым сиянием, нам лучше сохранять дистанцию, – выдал Даннтиэль хрипло. Поковырял в тарелке уголек, сжал скатерть в кулаке и поднял на меня голодные глаза. Ну вот! Сейчас, к доку не ходи, снова будем лечить нервы. – Хотя я пока не представляю, как я смогу ее сохранять… Дистанцию эту…

Судя по огню, полыхавшему в зрачках, идея прямо сейчас летела к гхаррам. И дистанцию Данн планировал сократить до минимума, переместив спор в более удобное место для переговоров. Горизонтальное. С вензельками.

– Я останусь тут. В смысле, в доме, – заявила упрямо, и мне показалось, что Данн выдохнул с облегчением.

– Эйвелин…

– Мы справимся. И с этим, и… со всем остальным.

Я машинально приложила руку к животу. В последние дни этот жест сам собой появился в моем арсенале и активировался в особо волнительные моменты. Данн его, впрочем, пока не замечал.

– С чем остальным?

…

– Эйвелин? – заметил все-таки.

…

– Эв! – Вскочил, смахнув тарелку с углями на пол.

– Ты лучше сядь, Даннтиэль. И руки под стол спрячь, ладно? – Я нервно поправила платье, которое мне пока было впору, но все равно показалось ужасно узким. – Ты сейчас просто огхарреешь…

Конец