Зеленоглазое проклятие, или Тьма ее побери! - Елена Княжина

Эйвелин… Его зеленоглазая колючая девочка. Найджел прав: без нее Данн никогда не будет сиять.

Глава 40

Эйвелин

– Ро-о-о-ок! – Я с отчаянием вбила кулак в ближайшую стену и только потом вспомнила, что Миэль отправила морок на изнанку. Да пробитое же гхаррово копыто!

Обиженно вернулась на ящик. Ну как некстати она затеяла свою «гуманитарную миссию»!

Зажмурилась, вспоминая, как я вызывала руны на полигоне. «По наитию» и «по природе» – это, конечно, славно. Но теоретической базы катастрофически не хватало.

Как никогда хотелось записаться на факультет сира Райса и послушать хоть парочку лекций. Кошмарно обладать нужным инструментом и не уметь его использовать.

– Ох, Эйви Ламберт, чем ты вообще думаешь? – сокрушалась я в потолок. – Устроить произвольный разрыв посреди ректорского корпуса! А вдруг из него вылезет та обидчивая штука с кучей щупалец? Уж она тебе припомнит…

Более глупой, смертельно опасной идеи мне в голову прийти не могло. Но где-то там находился Даннтиэль. И, пожалуй, сейчас они с вечно изможденным Керроу были в одной весовой категории.

Смахнув со щеки остатки слез, я растерла руки и выставила перед собой. Как-то так я делала, когда с пальцев стали слетать руны и зависать в воздухе. А потом открылась дверь на изнанку и забрала темную тварь домой.

Но теперь мне нужно было кое-кого впустить. И именные приглашения высылать я не умела.

– Рок… скажи, что ты не успел далеко уйти. Что только и ждешь момента, чтобы вернуться, – бормотала, судорожно перебирая пальцами первые плетения, что приходили в голову.

Такой спонтанной Эйви Ламберт не была никогда. Но я решила довериться темному дару, бурлившему внутри. Раз он уже проснулся, то пускай помогает. Кофе попьем попозже.

– Проклятье! – фыркнула, когда вместо фиолетовых рун с пальцев слетело плетение обогрева, и в чулане стало невыносимо жарко. Вот вам и «наитие», чтоб его гхарры затоптали.

Махнула рукой обреченно. И несколько призрачных рун, окутанных розоватым свечением, зависло перед моим носом. Так, так, вот это уже получше.

Чернота закапала с них прямо на пол и тонкой струйкой потянулась к двери. Воздух, наполненный пылью и моими дурными предчувствиями, надтреснул. И в крошечном разрыве материи обнажилась изнанка бытия.

– Рок, скорее тащи сюда свою туманную задницу! – проорала испуганно прямо в образовавшуюся дыру. – Ну же! Жуткое порождение темной тетки, ты где?

Знакомый хоботок выпрыгнул первым, и я еле успела отшатнуться влево, когда за ним выскочила остальная темная туша. «Дверца в Варх знает куда» захлопнулась, и руны потухли. Даже штопать ничего не пришлось. Что славно, потому что я понятия не имела, как это делать.

– У-у-у-у…

– Знаю, знаю… Прогоняют, впускают, опять выкидывают… Что за жизнь, да?

– У-у! – согласно провыл морок, покачиваясь в темноте чулана.

– Ты ведь всегда чувствуешь, где Даннтиэль? – с надеждой уставилась в черно-желтые зрачки.

Рок же как-то нашел его в кабинете Керроу, едва я упала в обморок в коридоре. И доставил меня лично в загребущие загорелые руки. Точнее, на пол, но это уже нюансы.

Изменчивый хоботок неуверенно покачался в воздухе, и все призрачное тело шумно вздохнуло.

– Мне очень надо к нему. Очень, – забормотала убедительно. – Я уже и чемодан собрала, и сорочки положила… Невиданная покладистость для колючки Эйви.

Объяснения вышли так себе, но Рок, кажется, все понял. И аккуратно приобнял меня хоботком, погружая в вязкий туман.

Морок перенес нас к странному месту. Вроде и лес, а вроде… и не лес. Гигантские серые валуны, поросшие мхом, были сложены аккуратной кучей. Возвышение могло сойти за обычную гору, но все казалось подозрительно знакомым…

Точно!

– Рок, мне снилось это место. – Я окинула изумленным взглядом частокол деревьев.

Ровно тут я брела в темноте, будучи дикой голодной виррой. И вот за этот огромный круглый камень просачивалась, робко переступая когтистыми лапами. Идя на запах, манящий настолько, что доводящий до сумасшествия. Все происходило ночью, во сне, но чутье кричало: это было здесь!

– У-у-у… – туманно заявил Рок, тыкая хоботком в круглый валун из моих фантазий.

Во сне он был отодвинут, и сейчас между камней тоже имелась приличная щель. Пожалуй, я могла тут протиснуться.

– Ты ведь пойдешь со мной? – Я с опаской окинула взглядом золотистую полоску чар. Едва заметную, выцветшую, волшебной пыльцой осевшую на старый зеленый мох.

Морок качнул «головой» (или что там у него расплывалось над туловищем). И я без всяких «у-у-у» догадалась, что ему туда нельзя.

– Ладно, к гхаррам… Жди меня тут, хорошо? – пробормотала настороженно. – А еще лучше найди эту… вашу… «маму». Или ей тоже сюда нельзя?

– У-у… – печальный вздох.

Ясно, нельзя. Кто-то поставил защиту от всего темного, что приходит с изнанки. Значит, идти мне туда одной. Как и во сне.

Едва я заступила за валун, взору открылся удивительный вид. Это был храм! Древний, подземный, с расписанными золотом стенами. Стертыми каменными ступенями уходящий глубоко под землю. Нащупав стену, я начала спуск.

Понятно, откуда здесь защита от темных сущностей. Священная земля предков! Место магической силы и преклонения какому-то забытому божеству. Может, Торуму, а может, и еще кому… Не Варху точно: ему храмы строят не в земле, а на поверхности. И те убегают золотыми шпилями к самому Звездносводу.

Далеко внизу слышались голоса. Я испуганно вжалась в стену: проклятье! Ни Року, ни его темной матушке сюда нельзя, а я не такой уж спец по боевой магии… Прямо скажем, вообще никакой. Ни-ка-ку-щий.

Матерь гхаррова! Внизу бабахнуло, ступенька под ногой опасно задрожала… И мир подо мной заходил ходуном, окончательно рассыпаясь в пыль.

Даннтиэль

Статуя возле алтаря взорвалась, обернувшись грудой камней, едва желтая пыль осела на пол. Керроу побледнел: артефакт сработал раньше. Он прав – его чары не выдерживают положенные сроки.

Велик шанс, что их обоих тут вот-вот завалит…Слава гхаррам, хоть Эйвелин здесь нет. А значит, она в более безопасном месте. В случае чего, морок за ней присмотрит – Рэдхэйвен дал строгий наказ.

– Больно? Держи, Данни. В честь былой дружбы. – Найджел сунул ему в свободную руку стакан, до краев наполненный доббом. – У нас есть еще немного времени. Надеюсь.

Данн и не заметил, когда в руках «приятеля» появилась бутылка. Старая, потертая. Похоже,