Сохранить нельзя разбить - Али

оставляя место только для одного чувства. Желания. Желание потеряться в человеке, желание завладеть его сердцем и телом, желание целоваться, пока легкие не начнут покалывать от нехватки воздуха. Желание быть единственной и почувствовать это. Дима с легкостью меня поднял и уложил на кровать, нависая сверху. Поцелуи из страстных и опасных перешли в нежные и до дрожи в ногах медленные. Он сминал то верхнюю губу, то нижнюю. Прикусывал их, но не для того, чтобы причинить боль, а чтобы распалить, разогреть и начать требовать большего. И у него получалось. Дыхание стало рваным, с каждой минутой все больше превращалось в стон. Я сходила с ума от его беспорядочных рук. Извивалась, оттого что терялась в пространстве и времени. Я хотела Диму. Я любила Диму. Мне было его мало.

— Дима, — на выдохе произнесла я. — Дим. — Он будто не слышал.

Полностью погруженный процессом, он покрывал поцелуями живот, неспешно опускаясь ниже и ниже. Мне стало одновременно невыносимо терпеть эту сладостную пытку и страшно.

— Дима, — чуть громче сказала я, и он поднял голову. Такого взгляда я еще не видела. Светло-карие глаза показались темными, как крепкий кофе, который он никогда бы не разрешил мне выпить.

— Насть, что случилось? Мне остановиться? — он подтянулся ко мне и нежно обхватил руками лицо. — Все хорошо?

— Все хорошо, хорошо. Просто я… — говорить было сложно. — Я еще ни с кем…

— Я понял. — Он поцеловал меня в голову. — Если хочешь, мы можем сейчас просто лечь спать.

— Нет, не хочу. Я слишком долго этого ждала. — Дима ничего не ответил, потому что я не дала ему этого сделать, запечатав свои слова поцелуем.

Секунды превращались в часы, а часы растворялись в воздухе. Мы стали неотличимы друг от друга, стали отражением друг друга. И все произошло так, как я даже представить не могла. Ночь закончилась восходом солнца не только за окном, но и в моем сердце.

Глава 31

Я открыла глаза и попыталась вспомнить, что было вчера ночью. Вспомнила. Спряталась с головой под одеяло. Неужели мне сегодня настолько волнительно, что я не могла контролировать, как краснело все мое лицо? Димы рядом не было, и, с одной стороны, я почувствовала облегчение, потому что у меня была возможность побыть наедине со своими мыслями, а с другой, куда он делся с утра пораньше?

Я встала с кровати и прошмыгнула в ванную. Тело приятно ломило, и смущение уходило на второй план, отдавая место радости и хорошему настроению. Если не считать того, что голова разрывалась от ужасной боли, будто по ней били кувалдой. Я постаралась быстро умыться и принять душ, но все мои действия были как будто в замедленной съемке. Горло саднило, и сегодня кашлять хотелось еще сильнее, плюс ко всему добавилось ощущение, что в легких как-то щекотно. Неприятно чувство.

Я вышла из ванной и сменила халат на удобную одежду. В этот момент в номере открылась дверь и зашел Дима с бумажным пакетом и двумя большими картонным стаканчиками.

— Я думал, ты проснешься позже. — Он поставил все на тумбочку и поцеловал меня в лоб, задержавшись дольше, чем обычно.

— Дим?

— У тебя температура. На этот раз точно, кожа очень горячая. — Он стал серьезней некуда и вытащил из сумки градусник.

— Это просто я прошлую ночь вспомнила, вот и стало жарко, — я попыталась сделать вид, что меня ничего не беспокоит, но, как назло, надоедливый кашель мне это сделать не дал.

— Держи. — Дима протянул мне градусник и сел рядом, вытащив из брюк телефон.

Через несколько минут градусник показал 38,3.

— Так, залезай под одеяло, я в аптеку. Куплю жаропонижающее. Что-нибудь болит, голова, горло?

— Горло першит, и кашлять хочется. Голова тоже, если честно. Дим, подойти ко мне. — Я обняла его, когда он ко мне нагнулся, и мне совсем не хотелось его никуда отпускать. Во время болезни я была ужасно плаксивая.

— Настюш, я быстро.

— Можно мне с тобой? — я знала его ответ, но все же попыталась.

— Нет, конечно. Куда ты с такой температурой. — Он снова поцеловал меня в макушку. — Я скоро.

— Ну, можно я хотя бы в холл спущусь, аптека совсем рядышком с нашим отелем, подожду тебя там. Пожалуйста-пожалуйста.

— Ладно, пошли. Я все равно быстро. Только тепло оденься.

— Ура. — Я неспешно встала с кровати, потому что знала: если потороплюсь, закружится голова. У меня такое часто бывает при температуре.

На футболку я надела единственный свитерок, который прихватила из дома, и достала другую куртку. Ту, которая была потеплее. К выходу была готова. Мы вышли из номера и подошли к лифту. Он, как назло, так долго спускался, как будто на каждом этаже останавливался. В итоге через пару минут мы зашли в эту коробчонку с зеркалом и поехали вниз.

Да, вид у меня, конечно, был так себе. Лицо бледнее, чем обычно. Глаза стеклянные с небольшими тускловатывами кругами. А еще ужасно болела кожа, хоть для других это и было незаметно. Казалось, она стала очень тонкой — невозможно дотронуться. Дима то и дело поглядывал на меня и хмурил брови.

Мы вышли на первом этаже, где нас встретили позолоченные резные столбы, между которыми располагались мягкие кожаные диваны насыщенного коричневого цвета, и очень высокие потолки. Лаконичная стойка ресепшена отливала мрамором. За ней стояли всегда приветливые администраторы, которые каждого гостя встречали так, будто всю жизнь мечтали с ним познакомиться, и вот, наконец, это произошло. Дима посадил меня на один из этих диванчиков и вышел на улицу. Голова стала кружиться сильнее, видимо, температура поднималась. Я считала минуты до момента, пока вернется Дима. Но мой счет прервал до боли знакомый голос. Я подумала, что мне могло показаться. Мало ли как сильно там температура поднялась? Но нет. В нескольких шагах от меня стоял Егор, который с кем-то разговаривал по телефону. Я попыталась быстро скрыться, но он повернулся ко мне и замер. В его взгляде смешались удивление, смятение и, кажется, недовольство. Очень сильное недовольство.

— Что ты тут делаешь? — он подошел ко мне и чуть пригнулся, чтобы оказаться наравне с моим лицом.

Я сглотнула и быстро попыталась придумать, что ответить, но голова не работала совершенно.

— Мужчина, вы кто? — за спиной брата я сначала не увидела Диму и не успела ему маякнуть, чтобы тот ушел. Дима резко развернул его к себе, и они оба застыли.

— Егор? Ты как здесь?

— Это я тебя хочу спросить. И что здесь делает Настя? Мне кажется, вам нужно