Стингер - Миа Шеридан

что она будет делать домашнюю работу в богатых семьях и сможет присылать деньги. Вместо этого он изнасиловал ее и использовал, как ему вздумается. А потом он привез ее сюда, в Вегас, чтобы продать другим мужчинам. Теперь она спасена вместе с нами, — сказала она, махнув рукой вокруг, чтобы указать на других женщин и девушек, сидящих в комнате.

Грейс сморгнула слезы с глаз. Я слышал все это и даже худшие истории, но каждый раз мои кишки скручивались, когда я осознавал боль и порочность этого. Я никогда не смогу равнодушно относиться к этому. И, насколько я знал, мое отношение было правильным.

Мария начала говорить, Джоселин слушала ее, и ее глаза становились еще грустнее.

— Она говорит, что ее мама всегда говорила ей, что мы женщины — хранительницы мира. Только мы будем решать, чьи гены передадутся, какие мужчины достойны стать отцами. И мы должны выбирать мудро. Она сказала, что мальчик — порождение злого человека.

Я взглянул на Грейс, что-то жесткое появилось в ее выражении лица.

Она подошла к краю кровати и села рядом с Марией. Посмотрела Джоселин.

— Ты сможешь перевести? — спросила она мягко, и Джоселин согласно кивнула.

— Мария, — сказала она, и Мария слегка дернулась, но продолжила смотреть в окно. — Я согласна с твоей мамой. Но я также считаю, что в нашем несовершенном мире иногда случаются вещи, которые мы не контролируем, и даже не планируем. Я согласна, что мы, женщины, должны быть хранительницами, но я верю, что этот мир нуждается в сильных, добрых мужчинах, мужчинах, которые воспитаны мамами, которые видели, что такое слабые мужчины. Ты можешь победить, сделав из своего сына того мужчину, которым его отец никогда не был.

Джоселин закончила говорить, и глаза Марии быстро метнулись к Грейс, а потом на малыша, затем она опять отвернулась.

У меня в груди все сжалось, и я знал, что это не только потому, что мне очень нравилась женщина, которая говорит с такой нежностью и убежденностью с человеком, которого даже не знает. Это еще и потому, что моя жизнь начиналась так же, как и жизнь нежеланного ребенка, который лежал в объятиях Грейс. И я знал, что Грейс это тоже понимает, так как она снова посмотрела на меня, а когда заговорила, ее голос был мягким и наполненным любовью.

Иногда терапия занимает годы и годы, а иногда это может случиться в одно чудесное мгновение, и вся жизнь, наполненная сомнениями и ненавистью к себе, может быть исцелена умопомрачительной любовью в один момент.

Мария заговорила, и в ее голосе было сомнение:

— В нем половина от отца.

Джоселин переводила.

— В нем половина от тебя, — возразила Грейс, и Джоселин повторила за ней.

Мария посмотрела в лицо Грейс, изучая ее.

— Какая прелесть, он такой красивый, — мягко сказала Грейс, она посмотрела на меня. — Красота, рожденная через страдание, — дар. Хочешь подержать его?

Когда Джоселин перевела, Мария покачала головой и тихо заговорила.

Джоселин сказала:

— Она хочет посмотреть на него, хотя...

Грейс повернула спящего ребенка к Марии так, что та смогла видеть его лицо. Она посмотрела на ребенка, и ее лицо смягчилось, когда она заговорила.

— Она говорит, что он выглядит как ее отец, — перевела Джоселин, улыбаясь.

Грейс улыбнулась и протянула ребенка Марии. Спустя минуту она протянула руки и взяла его. Она глядела на него долгие минуты, пока мы смотрели на нее, а потом прижала его к груди, и слезы потекли по ее щекам. Джоселин и Хисела сели на кровать рядом с ней, прижимаясь с двух сторон, а маленькие девочки залезли на кровать, сели у Марии в ногах и наблюдала за женщинами и ребенком.

Через минуту Джоселин начала показывать Марии, как ухаживать за ребенком. Джош двинулся к двери, я посмотрел на Грейс и улыбнулся, когда она встала и взяла меня за руку.

— Оберните его нижнюю часть в полотенце, — сказал Джош, — скоро кто-нибудь привезет подгузники и прочие предметы первой необходимости.

Женщины смотрели на младенца, улыбнулись, кивнули головой и опять вернулись к разглядыванию ребенка.

Когда мы все трое оказались в лифте, направляясь вниз в кабинет Лиланда, Грейс посмотрела на меня и Джоща и печально спросила:

— Как вы это делаете?

Я посмотрел на Джоша и сказал:

— Как мы можем этого не делать?

Джош кивнул, но ничего не сказал и вышел из лифта первым, как только открылись двери.

Дилан выбежал из своей компьютерной комнаты с выражением абсолютного восторга на лице:

— Все получилось, — сказал он, — я достал его.

35 глава

Грейс

Мое сердце чуть не выскочило из груди, когда Карсон с другими ребятами ворвался в кабинет Лиланда. Я отодвинулась назад, не желая мешать. Я знала, что все сведется к этому.

Лиланд взглянул на меня, и Карсон, увидев его взгляд, кивнул, показывая, что при мне можно говорить. Мое сердце сжалось от любви к нему. Он доверял мне во всем.

— Вы должны двигаться, ребята, — сказал Дилан первым, — он на складе в Хендерсоне, но вы знаете это парня, он не остается на одном месте долго. Он облажался — может, он думал, что из-за рождественских праздников мы все будем заняты?

— У тебя есть местоположение его семьи? — спросил Дилан.

— Да, именно так я его и вычислил. Ублюдок выехал с территорию своего поместья в грузовике. Но эта компания не производит доставку в праздники. Неаккуратно. Я знал, что он должен был быть внутри, и проследовал за ним до Хендерсона. И, представьте себе. у него только два охранника — остальным он дал выходной на Рождество. Он очень доброжелательный человек.

Мужчины фыркнули.

— Что еще? — спросил Джош.

— Я скачал карту склада для вас.

— Ладно, подожди, — сказал Карсон, — нам необходимо минимум три человека, чтобы захватить Бейкоса. Чтобы зачистить хорошо территорию. Меньше может быть рискованно. Это означает, что ты нам нужен, чтобы заснять его семью, Дилан.

— Кто тогда будет за рулем, — нахмурился Дилан.

Они все посмотрели на меня, и мои глаза расширились.

— Без вариантов, — Карсон скрипнул зубами, — никаких гребаных шансов. Мы едем сами на этот раз.

— Нам нужен кто-то на стреме, Карсон, — сказал Лиланд.

Карсон покачал головой.

— Мы откажемся от водителя и никого не будет на стреме в этот раз. Я не буду рисковать безопасностью Грейс. Да и я не принесу много пользы, если буду думать, что Грейс сидит снаружи и ждет нас, — сказал он, и его челюсть сжалась.

Ребята кивнули.

— Ладно, нет никого на стреме в этот раз, — сказал Лиланд. —