Принцип злой любви - Алена Воронина

что они запоминают сам пример, но не понимают сути, и когда ты меняешь одну переменную на другую, они впадают в ступор. Я училась понимать именно суть. Я даже историю так учила, как причину и следствие, пытаясь делать логические выводы, зная несколько факторов влияющих на дальнейшее событие. Единственное, что я не любила, это культурную часть, точнее как, не то чтобы не любила, искусство вещь особая, там есть те, кто смотрит вперед на два хода, а спустя определенный период времени ты опять находишь смутное время уже в период золотого века. Людям искусства не свойственна логика, им свойственна интуиция, и переосмысление, и особая подача, которая, несмотря на то, что писать роман ты можешь о средневековье, отразит он современные проблемы гораздо лучше. И, вообще, если говорить о школе, я полагаю, пользовалась там такой же популярностью как, наверное, и ты! — победно сверкнула я глазами.

— А с чего ты взяла, что я пользовался в школе популярностью? — засмеялся Егор.

— Ну… Я так думаю. Да я уверена!

Егор, все еще посмеиваясь, покачал головой.

— В школе я вечно ходил с синяками и разбитой губой класса до девятого. Потому что боксом занимался. И на меня мало внимания обращали девочки. В основном директор и завуч. Еще и потому, что учился я не очень. Математику я не любил, а то, что мне было интересно, у нас преподавали в урезанном варианте.

— А что тебе было интересно?

— Физ-ра!

— Да ну ладно…

— Серьезно, аттестат, правда, я получил без троек, — по его лицу скользнула тень.

— А Артем?

— Артем был отличником.

— А в десятом, дай угадаю, вы… ты пришел, и все девчонки такие: «О, Егор»!

— Ну, где-то так да, — самодовольно улыбнулся мужчина. — Списывать мне давала самая симпатичная девочка в классе, которая мне очень нравилась.

— А как же Артем, он же отличник?!

— Это моветон у младшего брата списывать. А ты со мной в одной школе не училась. Вот и приходилось выкручиваться.

Не выйдет, милый, не соскочишь!

— И встречался, небось, с той, которая списывать давала? — ухмыльнулась я.

— Возможно, — опасливо покосился на меня Егор.

— А Артем?

— Артем… Да я как-то не следил за его любовными похождениями. Он стал меняться после девятого, ведь уже тогда он точно знал, что хочет музыкой заниматься. У него и внешность стала меняться. В том смысле, что он мог волосы покрасить, мог бороду отпустить, там много экспериментов было.

— Странно, у него на страничке много фоток, но на последних вы — точная копия друг друга.

— Видимо, стал ценить классику и вкус старшего брата, — приосанился Егор.

— Ну — ну! Кстати, а почему старшего?

— Я первый родился, раньше его на целых десять минут.

Я улыбнулась и вдруг совершенно неожиданно для себя поцеловала его в щеку.

— А я думала, что близнецы похожи. А тебя послушать, так вы разные люди.

Вот зря это было. Потому что Егор воспринял дружеский поцелуй, как сигнал к атаке. Его руки обвили мою талий, спрятанную в толстый пуховик, и крепко сжали.

— Ну, как я потом слышал, на нас проверили европейскую теорию воспитания. Нас еще в садике разделили по разным группам. Директриса сказала после беседы что, так как я доминирую в нашей паре, то меня надо от брата убрать, дабы он был посамостоятельнее. Вот так и получилось, а потом, разошлись и вкусы и взгляды... Как оказалось.

— А вы в школе тоже в разных классах учились?

— До девятого класса. После девятого, когда многие ушли в колледжи нас объединили.

— Остались вы и куча вздыхающих по вам девчонок. Да вы просто два садиста! А в институте тоже самое было?

— У меня такое впечатление, что ты меня хочешь на чем-то поймать? — глаза Егора сузились, но чертята в них плясали отличный брейк данс.

Я покачала головой.

— Нет, просто интересно. Сколько у тебя было девушек?

— Зачем тебе эта информация? Компромат? — его губы нежно целовали мой нос.

— На самом деле... мне... интересно почему?

— Что почему?

— Почему ты ну… столько времени не единым словом не говорил о том, что я тебе в принципе симпатична, вечно такой весь из себя с претензией, а потом как-то сразу…

— О, я ненавижу такие вопросы! — закатил глаза Егор.

— Почему? — удивилась я.

— Тогда скажи первая, с какой такой стати при всех сложившихся обстоятельствах я тебе понравился? Когда Артем... — он судорожно вздохнул. — Я был не самым милым собеседником. И бесило меня тогда все...

— Ты очень красивый, — с сияющим лицом, выделяя каждое слово, выпалила я.

— И? — приподнял брови мужчина, ожидая продолжения.

— А что еще надо? — невинный взгляд.

Егор так и застыл в шоке, уставившись на меня. Мне кажется, у него дернулся глаз.

— Ой, ладно, я поняла, что мультик про «Принцессу Лебедь» ты в детстве не смотрел.

— Слава богу, нет, — закатил глаза Егор.

— Там, правда, принц сначала так прокололся, но потом полетел доказывать, что избранница и умна, и смела, и интересна. Твоя очередь!

Его взгляд потеплел, а руки еще крепче прижали к его телу. Сердце мое сладко замерло.

— Помню, как однажды… Ты вышла… вся такая гордая и обиженная в блузке и жакете. И все.

— В смысле все? — моя очередь приподнимать брови.

— Ты очень мило смотришься, когда чего-то не одобряешь, — он склонился ко мне и поцеловал за ухом, — и у тебя была расстёгнута пуговка на груди, вот здесь, — его пальцы скользнули под кофту, — и я бы мог подумать, что это нарочно, но ты была чем-то так праведно возмущена.

— Чем-то? — пришлось опять возмутиться, правда, сейчас было это крайне сложно, когда тебя целуют, вот так... И когда его руки везде. — Твоим поведением, конечно, у тебя есть наглая сторона личности, ты в курсе? И вообще, я тут о высоком, а он… Егор...

— Ммм...

— Может домой?

— Определенно, и чем быстрее, чем лучше.

А мы ведь хотели погулять...

* * *

Новый год мы встретили вдвоем, просто лежали, болтали, пили шампанское, снова болтали, занимались любовью, и старались не думать ни о плохом, ни о хорошем. Я дала себе зарок не говорить при Егоре о его брате, о его друге, и об Алине, если он сам не начнет. Я дала себе слово любить всех, кто меня окружает. Без оценок и комментариев.

Мама все еще продолжала на меня дуться, хотя не забывала справляться ежедневно, как у меня дела. Саша улетела обратно на восток. За день до отъезда, она приехала ко мне на работу с пакетом, там была бутылка вина и старые