Наследник для Миллиардера. Ты (не) сбежишь - Алиса Владимировна Громова

Белая фигура в море черного камуфляжа.

Полковник обернулся. Его тяжелый взгляд уперся в меня, потом скользнул на Дамиана.

— Гражданин Барский, — прогудел он без приветствия. — У нас ордер. Офисы компании «Волков Индастриз». Следственные действия.

Он махнул рукой, и двое бойцов сделали шаг вперед, преграждая нам путь.

Дамиан открыл рот, чтобы ответить, но я положила руку на его предплечье, останавливая.

Это была моя партия.

Я сделала шаг вперед, оказавшись лицом к лицу с полковником. Он был выше меня на голову, от него пахло табаком и влажной шерстью.

— Добрый день, товарищ полковник, — мой голос был звонким, холодным и вежливым, как лезвие скальпеля. — Меня зовут Елена Барская. Я заместитель генерального директора по стратегическому развитию.

Полковник хмыкнул.

— Мне все равно, кто вы, гражданочка. У нас обыск. Не мешайте работе.

— Мы не собираемся мешать, — я улыбнулась. Это была улыбка хищницы, которая видит перед собой не угрозу, а добычу. — Наоборот. Мы ждали вас.

Полковник моргнул. Этого не было в его сценарии. Он ждал криков, звонков адвокатам, угроз.

— Ждали?

— Разумеется. Мы приобрели активы господина Волкова сегодня утром. И мы прекрасно осведомлены о… — я сделала паузу, подбирая слово, — проблемном характере его бухгалтерии. Мы сами планировали инициировать аудит и передать материалы в прокуратуру. Вы сэкономили нам время и деньги на курьерах.

Я обернулась к администратору за стойкой, которая дрожала от страха.

— Светлана! Выдайте офицерам мастер-ключи от четырнадцатого и пятнадцатого этажей. Это бывшие архивы Волкова. И организуйте кофе и бутерброды для сотрудников органов. Людям работать весь день.

В холле повисла тишина. Бойцы ОМОНа переглянулись.

Полковник нахмурился. Он потерял инициативу. Из карающего меча правосудия он превратился в бесплатную клининговую службу, которую наняли вынести мусор.

— Вы… сотрудничаете со следствием? — подозрительно спросил он.

— Мы — законопослушная компания, полковник. Мы заинтересованы в том, чтобы очистить этот бизнес от криминального прошлого так же сильно, как и вы.

Я подошла к нему ближе, понизив голос до конфиденциального шепота.

— Скажу больше. Если вам понадобятся серверы — они в северном крыле. Пароли мы предоставим. Только, пожалуйста, не ломайте двери. Это итальянский шпон, его долго восстанавливать.

Дамиан за моей спиной издал звук, похожий на кашель, но я знала, что он сдерживает смех.

Полковник стоял, багровея. У него выбили почву из-под ног. Он пришел пугать, а его пригласили на чай.

— Хорошо, — буркнул он наконец, пряча ордер в папку. — Работаем. Парни, без фанатизма! Двери ключами открывать!

— Благодарю вас, — я кивнула ему, как королева кивает верному подданному.

Я вернулась к Дамиану. Взяла его под руку.

— Идем, дорогой. Нам пора домой. Здесь стало слишком шумно.

Мы прошли сквозь строй омоновцев. Они расступались перед нами. Белый костюм и черный смокинг. Инь и Ян новой империи.

Когда мы вышли на улицу, морозный воздух показался мне сладким, как вино.

Водитель открыл дверь машины.

Мы сели. «Майбах» мягко тронулся, увозя нас прочь от башни, которая теперь была нашей крепостью, а не тюрьмой.

Дамиан откинулся на сиденье. Он смеялся. Тихо, хрипло, держась за больное плечо.

— «Итальянский шпон»! — простонал он. — Лена, ты… ты невероятна. Ты превратила налет в субботник. Громов теперь будет думать, что он работает на нас.

— А разве нет? — я положила голову ему на плечо. — Они вывезут грязь Волкова, опишут её и увезут. А мы получим чистые активы и справку о том, что сотрудничали с органами. Идеальная схема.

Он повернул голову и посмотрел на меня. В его глазах было столько тепла, что я согрелась.

— Я боялся, что этот мир сломает тебя, — сказал он серьезно. — Но ты не сломалась. Ты стала его частью. Лучшей частью.

— Я просто защищаю свою семью, Дамиан.

— Семью, — он повторил это слово, пробуя его на вкус. — Знаешь… я думаю, нам пора расширять штат.

— Что? — я подняла голову. — Ты хочешь нанять еще охраны?

— Нет, — он улыбнулся, и эта улыбка была хитрой, мальчишеской. — Я думаю о наследниках. Мише скучно одному. Ему нужен брат. Или сестра. А в новом доме на Рублевке восемь спален. Пустуют.

Я вспыхнула.

— Ты… ты серьезно? Сейчас? После всего этого?

— Самое время, — он притянул меня к себе и поцеловал. Глубоко, нежно, обещая не только страсть, но и будущее. — Война закончилась, Лена. Пришло время строить.

Я закрыла глаза, отвечая на поцелуй.

За окном мелькала Москва. Город, который мы завоевали.

Я вспомнила девочку в старом свитере, которая ехала в этой машине две недели назад, дрожа от страха.

Её больше не было.

Была Елена Барская. Жена, мать, партнер.

И она была счастлива.

Машина свернула на шоссе, ведущее к дому. К нашему дому.

Впереди была целая жизнь. И я знала: что бы ни случилось, мы справимся.

Потому что мы — банда.

Глава 30. Эпилог: Наследники

Солнечный луч, пробившийся сквозь плотные шторы, упал мне прямо на лицо, но я не поморщилась. Я улыбнулась, даже не открывая глаз.

Раньше я просыпалась от страха. От звонка будильника, зовущего на нелюбимую работу. От шагов охраны в коридоре. От кошмаров, в которых за мной гнались люди в масках.

Теперь я просыпалась от смеха.

Где-то внизу, на первом этаже нашего огромного дома, раздавался топот маленьких ног, похожий на бег стада карликовых слонов, и звонкий, заливистый визг.

— Не догонишь! Не догонишь!

Это был Миша. Ему уже шесть. В сентябре он идет в подготовительный класс «Премьер-лицея».

А следом — тяжелый, ритмичный топот босых мужских ног.

— Догоню! И съем!

Я открыла глаза.

Часы на тумбочке показывали девять утра. Суббота.

Вторая половина кровати была пуста и смята. Дамиан встал раньше. Как всегда. Даже в выходные его внутренний мотор не давал ему лежать долго, но теперь эта энергия шла не на войну с конкурентами, а на игры в догонялки.

Я потянулась, чувствуя, как хрустят позвонки.

Два года.

Прошло два года с той ночи, когда мы вернулись из офиса, окровавленные и победившие.

Два года мира.

Конечно, были суды. Были попытки рейдерских захватов (мелкие, смешные по сравнению с войной против Авдеева). Были светские сплетни. Но мы проходили сквозь них, как ледокол сквозь весеннюю шугу.

Потому что ледокол был бронированным.

Я встала, накинула шелковый халат. Подошла к зеркалу.

Женщина