Коснуться души - Опал Рейн

Но ее никогда не били.

Положив руку на рукоять кинжала, Маюми расправила плечи и подняла голову. Небольшая толпа людей остановилась, чтобы поглазеть на зрелище, жаждая драматического развлечения. Людское любопытство было отвратительным.

— Зря ты это сделала, Клара, — сказала она сквозь стиснутые зубы, прежде чем сделать успокаивающий вдох. — Это действительно был самый мудрый выбор, единственное действие, которое ты могла предпринять?

— Ты это заслужила, — Клара в конце концов скрестила руки на груди и задрала нос, решив оседлать волну своей глупости. — Ты ничего не можешь мне сделать, если не хочешь, чтобы тебя арестовали.

Одна вещь, которую Маюми ненавидела, — это насилие по отношению к другим. Она никому не позволяла поднимать руку на себя или на кого-либо еще. Смерть и боль должны доставаться Демонам и бандитам. Она вытащила кинжал и осмотрела его — просто потому, что могла.

— Конечно, я не могу причинить тебе боль, — она направила острие на неё, хотя теперь их разделял по крайней мере метр. — Но нет такого закона, который запрещал бы мне срезать с тебя это красивое платье и заставить тебя щеголять голой на всеобщее обозрение.

Маюми не была уверена, блефует она или нет, но никто не пойдет за ней в лес, чтобы арестовать за подобное. К тому же, Клара была из крестьянского квартала. Богатый человек мог иметь какую-то власть и влияние, но в Аванпосте Кольта она была никем. Просто очень красивое личико.

— Ты не посмеешь! — взвизгнула Клара, вцепившись в подол своего платья обеими руками и пятясь назад.

— Вы, люди, кажется, думаете, что раз я занимаюсь своими делами и пытаюсь быть милой, то я не опасна. Мне жаль, что я причинила тебе боль, но это всё равно не дает тебе права бить меня. Иди домой, Клара, — Маюми кивнула головой в сторону дома женщины. — Сейчас же, пока я не передумала.

— Сука, — пробормотала Клара себе под нос, прежде чем убежать.

Маюми проводила её взглядом, лишь потому что пыталась обуздать свой гнев. У неё хватает наглости называть меня сукой? Она прижала тыльную сторону прохладной ладони к пылающей щеке. На неё всё еще пялились.

— Какого хрена вы все вылупились?! — крикнула она, повернувшись к свидетелям. — Хотите, чтобы я срезала одежду с вас?

Толпа рассеялась, не желая её злить. Маюми была известна тем, что ввязывалась в драки и выигрывала их — даже если противников было несколько, даже если это были мужчины. Она также кусалась и царапалась, если её удерживали, как дикий, неукротимый зверь.

Стражники неподалеку, слышавшие перепалку, не сделали ничего, чтобы вмешаться. Им было глубоко плевать на то, что происходит в этом городе, пока это не было чем-то по-настоящему преступным, вроде убийства или тяжкого нападения. Другие мелкие преступления, вроде нарушения порядка, считались пустяком — даже если кому-то действительно нужна была помощь.

Всё, что их волновало — чтобы люди не крали у богатых и чтобы не было бунтов. Бунты означали кровопролитие, а кровопролитие означало армию Демонов. Это была одна из причин, почему бедняки не восставали против тех, кто жил во внутренних кольцах.

Вдали прозвонил колокол, сообщая жителям города, что ворота скоро закроются на ночь. Они не хотели, чтобы Демон проскользнул внутрь под покровом темноты.

Я хочу выбраться из этой дыры.

Маюми сердито зашагала прочь из Аванпоста Кольта.

Когда ворота закрылись за ней, она прижала тыльную сторону ладони ко рту, на этот раз чтобы убедиться, что он не кровоточит. Крови не было, но лицо просто чертовски болело. Я оставила ей деньги только потому, что стащила бутылку её выпивки, пока она спала. Она просто хотела убедиться, что заплатила за неё, а не за время, проведенное с Кларой. Маюми была кем угодно, но не воровкой.

Её глаза сканировали луг перед ней, пытаясь вспомнить, где в деревьях за ним находился Фавн.

Вот что я имею в виду, — думала Маюми, начиная пересекать луг. — Я просто пытаюсь сделать что-то хорошее, а люди понимают это неправильно. Да, конечно, мне следовало быть честной насчет своих намерений с ней, но, черт возьми. Уверена, куча мужиков поступали с ней точно так же.

С самой Маюми так случалось много раз в прошлом: мужчины улепетывали до того, как это успевала сделать она.

Она всегда просто отмахивалась от этого, проверяла, не кончил ли он в неё, и жила дальше. Секс для неё был не чем иным, как сделкой по разрядке, желанием почувствовать что-то приятное.

Я провела всю жизнь тренируясь.

Она изнуряла своё тело упражнениями и работала над тем, чтобы стать сильной. Убийцы Демонов также отправлялись в города, разрушенные Демонами, чтобы помочь отстроить их и защитить жителей во время работ.

Их также нанимали сражаться против человеческих бандитов.

В Маюми стреляли из луков, её полосовали когтями и кусали. Она почти лишилась жизни несколько раз.

Разве так плохо просто иногда хотеть хорошо провести время? Никто не идеален. Ну и что, если она совершила пару ошибок?

Войдя в лес, она нашла Фавна, ожидающего её. Деревья были не теми же, что раньше, так что она догадалась, что он, должно быть, следил за её приближением.

Она замерла, увидев его желтые сферы.

Вот почему ты мне нравишься. Потому что ты не такой, как они. С тобой нет никаких ожиданий, Фавн. Всё решаю я.

Он принимал её капризное поведение и комплекс превосходства и отвечал на них своей собственной игривостью. Ей не нужно было прятаться, не нужно было притворяться.

За то недолгое время, что он был здесь, он сделал Маюми довольной своим присутствием. Он подстроился под неё, а не наоборот.

Она продолжила идти, чтобы поприветствовать его. Когда она подошла ближе, его морда задвигалась вверх-вниз, словно он принюхивался.

Его сферы стали зелеными, и эхо рычания отскочило от деревьев и снега, когда он приблизился. Волоски на её теле встали дыбом от возбуждения; звук был подобен музыке для её чертовых извращенных чувств.

— Ты ужасно пахнешь, — прорычал он, оказавшись прямо перед ней. — На тебе слишком много запахов.

Он с отвращением потер морду.

Настроение Маюми всё еще было довольно кислым, но он заставил её фыркнуть от смеха, даже когда она думала, что ничто другое не сможет.

— Я так и думала.

Он запрокинул голову назад и вверх, примерно так же, как делала она, когда собиралась намеренно съязвить.

— Я даже не хочу сажать тебя на спину.

Она прищурилась.

— Ну, это грубо. Вот, на, держи немного.

Она начала тереть ладонями его морду.