Знахарка для оркского племени - Юлия Эллисон

Глава 7

Мужчина лишь покачал головой, и в его янтарных глазах мелькнуло что-то неуловимое — то ли сожаление, то ли упрямство, от которого у меня похолодело внутри. Неужели и правда нет пути назад?

— Нельзя в твой мир, — выдал он, и в его голосе прозвучала такая каменная окончательность, что все мои надежды рухнули разом.

Я кивнула, сглотнув комок в горле и пряча разочарование. Нельзя так нельзя. Хотя жалко работу, коллег, даже эту нерешенную проблему с туалетной бумагой…

Моя больница, моя ответственность. Хотя… отпуск же!

Подумают, что я просто таки решила его отгулять по-настоящему, скрываясь с радаров. Туалетного вора, конечно, они не найдут и устроят еще больший бардак в больнице, но с этим я разберусь потом. Если, конечно, это «потом» вообще настанет.

Мысль о том, что меня могут оставить здесь навсегда, вызывала холодок вдоль позвоночника, но я гнала ее прочь, цепляясь за прагматизм, как за спасательный круг.

— Тогда мне нужны аппараты для исследования, — сказала, разводя руками с ощущением полной беспомощности. — Без них я как слепая. Не могу же я тыкать в тебя пальцем и гадать на кофейной гуще! — добавила с горьковатой усмешкой.

— Мой народ… доставит, — Он произнес это с такой натугой, словно каждое слово давалось ему с боем.

Видимо, сложные предложения были не его коньком. Или просто не хотел ничего обещать.

Я вздохнула, вставая и отряхивая свои джинсы. Пора было переходить к организационным вопросам. Разочарование постепенно сменялось раздражением — как же неудобно все устроено в этом фэнтези-мире!

— Когда? — уточнила, глядя на него прямо и стараясь не показывать своего недовольства, я ведь профессионал. — И давай разберем еще вопрос моего здесь проживания. Сейчас отпуск, так что еще месяц я могу спокойно у вас тут развлекаться, но потом надо домой. У меня там работа, ответственность. И кот, которому нужны его привычные консервы, а не эта… похлебка.

— Жена! — стукнул себя в грудь мужчина.

В его глазах вспыхнул такой огонь, что у меня внутри все перевернулось от возмущения, смешанного с паникой. Нет уж, спасибо за такое предложение!

Я нахмурилась, тут же остужая его пыл ледяным тоном, каким обычно останавливала слишком настойчивых поклонников.

— Вот именно! Я тебе не жена, так что изволь выделить отдельные апартаменты, покажи, где тут душ и туалет, расскажи, чего от меня хотят за этот месяц, кроме решения твоей проблемы с позвоночником. Я не вещь, чтобы меня просто так присваивать!

Зеленый нахмурился, его брови сомкнулись в одну сплошную линию. Казалось, он вообще не понимал, почему я сопротивляюсь такой «чести».

— Моя жена. Ты, — выдохнул он, явно злясь, и его кулаки сжались так, что костяшки побелели.

Я же оставалась спокойной как скала, хотя внутри бушевали и страх, и злость, и какое-то дурацкое любопытство к этому невероятному положению.

— А более разговорчивого мне можно? — спросила, понимая, что проблема коммуникации налицо. — Того, кто может говорить предложениями длиннее трех слов? Мне нужен переводчик или хотя бы тот, кто способен объяснить, что тут вообще происходит!

Мужчина кивнул, о чем-то задумавшись, и вышел из шатра, оставив меня в одиночестве. Я даже заинтересовалась этим, но не стала его окликать.

Пусть прогуляется, подумает — глядишь, поймет, что я ему в этом лесу без оборудования ничего сделать не смогу. Тем временем я занялась более тщательным осмотром жилища орков, стараясь отвлечься от гнетущих мыслей.

Шатер был просторным, но аскетичным. Дым, кожа и сушеные травы, развешанные пучками у центрального шеста, — пахло незнакомо, чуждо.

Я начала разбирать свои вещи, сложив одежду аккуратными стопками на деревянный сундук, расставила баночки с кошачьими витаминами и свои скромные туалетные принадлежности. Эти знакомые предметы в незнакомом окружении вызывали странную ностальгию.

Наконец мое уединение прервал луч солнца, ворвавшийся в палатку вместе с силуэтом в дверном проеме, и мелодичный, как ручеек, голос.

— Добрый день, — поздоровался со мной…

Я тут же обернулась, изучая незнакомца, и мои брови сами по себе взлетели вверх.

Эльф. Натуральный, как из книжки!

Белые, словно серебро, волосы ниспадали ему до пояса, переливаясь на свету. Торс был обнажен, открывая идеальный рельеф мышц и кубики пресса, о которых любой фитнес-тренер мог бы только мечтать. На шее — бусы из зубов и когтей в манере орков, но штаны были совсем другие, сшитые из какого-то странного природного материала, напоминающего переплетенные листья, а на ногах — практичные кожаные ботинки.

И самое главное — нереальная, почти болезненная красота лица с высокими скулами, миндалевидными глазами цвета весенней листвы и слегка заостренными ушами. От его внешности перехватывало дыхание.

— Добрый, — слегка опешила я, чувствуя, как кровь приливает к щекам, но быстро взяла себя в руки, вспомнив, что с лица воды не пить, как говорится.

То, что мужчина красив, еще ничего не значит. Хотя глаза оторвать было сложно — такая красота казалась почти неестественной.

— Меня зовут Лориэль, — представился он с легким, полным изящества поклоном. — Я сын правителя эльфов, у орков нахожусь из-за политически выгодного нашему народу брака. Женат.

В ответ кивнула, складывая руки на груди в защитном жесте. Он рассказывал это так, словно ждал, что я ему на шею сейчас брошусь.

Не дождется, красавчик.

Я уже имела дело с одним зеленым «женихом» — хватит с меня. Хотя внутри шевелилось любопытство: как же выглядит его жена? И почему он здесь, среди орков? Почему девушка не поехала к эльфам?

Тем временем в мою палатку вошел уже знакомый вождь с раной на спине. Он выглядел еще более мрачным, чем недавно, и его взгляд, переходящий с меня на эльфа, был откровенно недружелюбным.

— Меня позвал вождь Громор, — пояснил Лориэль, — для того, чтобы я выступал переводчиком между вами.

— Переводчиком?

До меня начало доходить, что не просто так орки казались мне неразговорчивыми. А ведь, когда я вышла из палатки после пробуждения, и правда слышала их речь… и она была незнакомой мне, состоящей из рычащих и хриплых звуков.

Хм… Слишком переживала за кота, не обратила внимания. Теперь же осознание этого факта ударило по голове с новой силой.

— Да, — кивнул эльф, и в его глазах читалось понимание моего смятения. — Обычно при переносе человека в наш мир знание местного языка, в зависимости от территорий, куда переносишься, закладывается сразу же, но у тебя… другой случай. Человек не может воспроизвести язык орков — для этого у вас недостаточно развитый речевой аппарат. Так что, видимо, тебе далось знание эльфийского, на