С чистого листа. Ведьма общей практики - Елена Филимонова

паузу, проверяя, исчезла ли непроходимость. Но мужчина по-прежнему задыхался. Лицо побагровело от напряжения, на лбу вздулись вены, виски покрывал пот.

Я переместилась, встала сзади и обхватила его на уровне верхней части живота. Мысли, эмоции — все ушло. Руки совершали манипуляции, заученные много лет назад. Сжать кулак, поместить над пупком большим пальцем к себе. Обхватить кулак другой рукой, слегка наклонить пострадавшего вперед, резко надавить на живот в направлении внутрь и кверху.

Мужчина открыл рот, захрипел. Я повторила движение. Снова тот же страшный хрип. Еще надавливание. Давай же! Давай.

И тут он закашлялся.

Ударила между лопатками.

— Вот она! — закричал кто-то. — Вижу! Вижу!

Мужчина, наконец, выдохнул. Дернулся, упал на руки и… выплюнул кость.

Крики и шум стихли. Пострадавший, точнее, уже спасенный, стоял на четвереньках, отхаркивался и тяжело дышал. Его спутница подняла голову и посмотрела на меня ошарашенным взглядом.

— Вы спасли его!.. — она вытерла слезы рукавом платья.

— Он будет в порядке. Просто дайте ему отдышаться.

Теперь все взгляды обратились на меня. Посетители шептались, переглядывались, некоторые тыкали пальцами.

Спасенный мужчина тем временем, наконец, отдышался.

— Вот же адова бездна, — выдохнул он со свистом. — Думал, помру тут. — И взглянул на меня. — Спасибо, леди.

— На здоровье, — я вымучено улыбнулась. Сердце до сих пор стучало как бешеное.

Здоровяк — тот самый, что первым пытался помочь, топтался с ноги на ногу.

— Ловко вы его, дамочка.

Я поднялась, отряхнула платье.

— Никогда не трясите того, кто подавился. Этим еще хуже сделаете.

Мужик виновато почесал лысую макушку.

— Так я ведь это… не знал, че делать-то. А вам это откудова известно? Вы лекарка али колдунья?

Народ заинтересованно притих.

— Пожалуй, всего понемногу. — И уточнила на всякий случай. — Но больше все-таки… лекарка. — Слово звучало непривычно и даже смешно.

— Вот только магов нам тут не хватало! — заявил тощий тип с отметинами от оспы на лице. — От них больше бед, чем пользы.

— А от тебя ее прям много! — спутница пострадавшего уперла руки в бока. — Уже окосел от пьянства.

С последним было трудно поспорить, но настраивать против себя кого-либо из местных, даже если это городской пьяница, я не собиралась.

— Ладно, — убрала за ухо выпавшую из косы рыжую прядь. — Если тут никто больше не умирает, я пойду.

— А лицензия у тебя есть, магичка? — не унимался любитель выпивки.

Томас шагнул вперед и недобро сощурился.

— Хочешь это обсудить?

Энтузиазм «народного инспектора» резко пошел на убыль. Пробормотав что-то под нос, он поспешно ретировался.

* * *

— Так ты еще и целитель? — спросил Томас.

Мы вернулись за свой столик, и Бригетта принесла обед.

— Вроде того.

— Значит, точно не пропадешь.

Он отправил в рот ложку мясной похлебки. Затем отломил от булки приличный кусок и с наслаждением откусил.

— Целители везде нужны.

— И им тоже требуется лицензия?

Томас кивнул.

— А еще рекомендация наставника. — Он улыбнулся. — Которой у тебя, конечно, нет.

— У меня есть только это, — усмехнувшись, подняла мешок с вещами.

И, тем не менее, новости хорошие. Если уж меня занесло в новый мир, надо думать, как прокормить себя. А с медициной тут, судя по всему, не очень. По крайней мере, с первой помощью. Трясти человека, который подавился! Это ж надо додуматься. Чуть не убили беднягу.

— И вообще, — я отодвинула пустую тарелку. — Теперь твоя очередь.

Томас поднял бровь.

— Ну… обо мне ты знаешь. А вот я о тебе почти ничего. И ты не ответил на мой вопрос.

— Какой именно? — он не понял или же сделал вид.

— Чем ты здесь так прославился?

— Ах, это… — небрежно ответил он. — В прошлом году решил одну маленькую проблему.

— Что за проблема? Ведьма?

— Нет. Оборотень, — сказал он таким голосом, словно речь шла о тараканах или мышах. — Эй, Пати! — Томас остановил проходящую мимо официантку. — Принеси нам счет.

Я же тем временем пыталась осознать услышанное. Оборотень? Тот самый? Волкоподобное чудище с огромными клыками, желтыми глазами и здоровенными когтищами? Отлично. Интересно, какая еще дрянь тут водится?

— Значит, ты спас Дивную Долину от оборотня? — уточнила я.

— Ну, «спас» сильно сказано. Тем более, что я не работаю бесплатно. — Посмотрел на меня и усмехнулся. — Даже за тебя деньги получил, хоть и меньше, чем значилось в договоре.

К нам вернулась официантка.

— Десять медяков.

Томас полез деньгами, но я остановила.

— Пусть будет за мой счет.

— Ты у нас богачка что ли?

— Нет. Просто хочу отблагодарить.

Однако, пока я ковырялась в мешке в поисках кошелька, Томас уже расплатился.

— Обедать за счет женщины: себя не уважать. К тому же деньги тебе понадобятся.

С последним не поспоришь. Я не знала, сколько стоит жизнь в здешних краях и надеялась, что накоплений Эгелины хватит на первое время, пока не найду работу. Но сперва необходимо было решить другой вопрос.

* * *

— Ты знаешь, где тут можно снять жилье? — спросила я, когда мы вернулись на ратушу, где Томас оставил коня.

— Это не проблема. Тут много комнат сдается. А объявления вешают на домах. Лучше бери то, что подальше от центра, — посоветовал он. — Но и не самой окраине, там один сброд ошивается. А так… Бригетта сдает комнаты на втором этаже. И кого попало не пускает, так что приставать не будут.

Он отвязал коня.

— Уезжаешь?

— Работа не ждет, — Томас перекинул через плечо дорожную сумку.

Я понимала, что не имею права задерживать его, да и знакомы-то мы всего несколько часов. И все же… он был единственным, кого я тут знала. Мысль о том, чтобы остаться одной в чужом мире, пугала. Да и не осознавала я пока все до конца.

Он забрался в седло.

— Удачи тебе, магичка.

— И тебе, охотник, — губы сами собой растянулись в улыбке.

Язык так и чесался спросить, увидимся ли мы еще, но я промолчала. Не хотелось слышать отрицательный ответ.

— Спасибо, что спас мне жизнь.

Томас лишь рукой махнул. Козырнул на прощание и пришпорил Ориона. Я стояла на краю ратуши, провожая его взглядом, пока он не скрылся за поворотом узкой улочки.

Оставшись одна, я огляделась. Мимо спешили по своим делам люди, жизнь текла своим чередом. Какая-то часть меня ликовала от нежданного подарка судьбы: новая жизнь в сильном молодом теле, новый мир, новые перспективы. Вот только дочку и внучку больше не увижу. А они ведь даже не знают, где я — плачут, переживают. Наверняка Арине уже сообщили. Может сейчас, в эту минуту она опознает в морге мое тело.

Единственное, что немного успокаивало: дочери не придется возиться с наследством. Еще год назад