Бывший. Люблю сильнее, чем раньше - Ева Мир

— Ну это ты загнула, — нагло сказал Артём. — Я — твоя первая настоящая любовь.

— Которая осталась в прошлом, — добавила я, желая его переиграть. Или просто… желая его.

— Первая на то и первая, чтобы остаться в сердце навсегда, — сказал Пономарёв, вставая с кресла. — Готова ехать домой? Племянника есть кому забрать?

Меня парализовало от ужаса. Он запомнил Вадима. Он запомнил моего сына.

А что если ему вздумается проверить, что за племянник?

Что если увидит дату его рождения в списке игроков и сопоставит факты?

Я закрыла глаза и прислонилась к спинке дивана.

У меня закружилась голова от накатившей паники.

— Анни, ты в порядке? Ань?

Обеспокоенное лицо Артёма — последнее, что я увидела перед тем, как отключиться.

Глава 10 Напористая безответственность

Резкий запах нашатыря.

Как я его ненавижу. В последний раз он был мне нужен на похоронах мамы, когда я отключилась прямо на кладбище.

Но теперь я, к счастью, была не на кладбище.

Всё тот же дорого обставленный кабинет. Всё тот же Артём Пономарёв, сидящий напротив в шикарном кресле.

Моя перемотанная эластичным бинтом нога…

Из нового только медбрат в джинсах, футболке и накинутом сверху белом халате.

— Ань, тебе лучше?

Пономарёв протягивал одноразовый стаканчик, на треть заполненный водой.

Я молча выпила воду.

В ней что-то было.

— Что за лекарство? — я повернулась к медбрату, Константину, игнорируя вопрос.

Этому мужчине было лет пятьдесят, но он прекрасно выглядел и имел философский взгляд на жизнь.

— Успокоительное, Анечка, — сказал он.

— Я не разрешала, — заметила, нахмурив брови.

Константин перевёл взгляд на Артёма. Тот кивнул на дверь.

Медбрат посмотрел на меня, пожал плечами и вышел из комнаты.

И мы снова остались вдвоём.

Я села ровнее, закрыла глаза и постаралась успокоиться, расставить мысли в голове по полочкам.

— Зачем ты приехал? — спросила, так и не открывая глаз.

— Мама заболела, — ответил он.

Я посмотрела на него.

— С ней всё в порядке?

— Мы отыграли в Нью-Йорке последнюю игру, выиграли, я переоделся, взял телефон, а там десяток пропущенных от папы.

Он покачал головой.

— Она не захотела переезжать, захотела остаться здесь, и теперь вот попросила меня приехать.

— Моя мама умерла, — сказала я зачем-то. — Береги свою. Сделай всё возможное, чтобы вылечить её.

— Я не знал.

Я усмехнулась.

— Тебе и не нужно было об этом знать.

— Нужно! — взорвался он. — Я искал тебя, но ты как сквозь землю провалилась! Соцсетей нет, телефон заблокирован, из спорта ушла, со всеми знакомыми связь порвала!

Я молчала. Если бы он хотел, то нашёл бы. Из-под земли бы достал. А это — ерунда, отговорки.

Покивала, словно понимаю его.

Конечно, признаться себе, что поступил неправильно — слишком сложно. Особенно для таких самовлюблённых людей, как Пономарёв.

— Не веришь.

Я молча покачала головой из стороны в сторону.

— И правильно делаешь. Я бы тоже не поверил, — ответил он.

Встал, прошёлся по кабинету. Достал бутыль, спрятанный за книгами на полке, налил себе в одноразовый стаканчик, взятый у кулера.

— Будешь?

— Нет. Я пойду.

Я попыталась встать. Артём опрокинул напиток в горло, поставил стаканчик и подошёл ко мне.

— Между нами всё могло быть иначе, Ань, — сказал он, придерживая меня за локоть.

— Могло бы, Тёма, — улыбнулась я. — Но уже не будет. Лучше сосредоточься на лечении мамы, ты ей сейчас нужнее.

И я, ковыляя, потопала к выходу.

— Я отвезу, — Артём обхватил меня за талию и притянул к себе, снимая нагрузку с больной ноги.

— Ты только что выпил, Пономарёв! — гневно сказала я, выпутываясь из его объятий. — Хватит постоянно меня хватать! У тебя давно не было женщины или что?

Он не отпускал, а я между тем уже опаздывала на свою следующую встречу.

— Брось, один глоток никак не скажется на моей способности водить машину.

В странных перепалках, ссорах и лёгком мордобое мы дошли до его БМВ.

Артём открыл дверь, я села на переднее сиденье, он наклонился надо мной и застегнул ремень безопасности.

Наши лица оказались в опасной близости друг к другу.

— Ты такая красивая, — сказал он.

Поднял руку, чтобы убрать волосы с моего лица, но я не позволила.

— Не надо, Артём. Ты усложняешь то, что на самом деле очень и очень просто.

Он отпрянул. Закрыл дверь с моей стороны, обошёл машину и сел на водительское кресло.

— И это совершенно безответственно, что ты садишься за руль после того, как выпил, — добавила я.

— Когда ты стала такой занудой? — спросил Артём. — Всего один глоток.

Он завёл машину.

Она, конечно же, была сногсшибательно комфортной и приятно пахла. Чёрные кожаные сиденья, гладкие поверхности панели приборов… Завораживающе.

— Очень красивое авто, — сделала я дежурный комплимент.

— Купил позавчера, — хитро улыбнулся он и сдвинул машину с места.

Мне не понравилось, как он вёл её, я вцепилась в ручку двери.

— Ты такая напряжённая, — сказал Артём, когда мы выехали на проспект.

— Ещё бы, чувствую себя героем фильма “Такси”, — недовольно пробурчала я.

Он взял руль одной рукой и потянулся, чтобы отклонить мне кресло. Видимо, для того, чтобы я “расслабилась”. Но это действие возымело обратный эффект.

— С ума сошёл?! — завопила я. — Положи руки на руль! Обе руки на чёртов руль!

— Так точно, капитан! — весело ответил он.

А спустя сотню метров нас остановил полицейский.

Артём припарковался у обочины и достал документы. Я заволновалась.

— Вот сейчас твой “один глоток” и отберёт у тебя права!

— Стандартная проверка документов, Анни, это не надолго.

Гаишник подошёл к двери водителя.

— Капитан Савельев. Покажите документы, пожалуйста.

— Добрый день, — сказал Артём полицейскому и подал права и розовую карточку на машину.

Он повернулся ко мне:

— Слышишь, Ани, твой коллега, капитан.

Гаишник завис на несколько секунд, разглядывая фамилию на правах.

Быстрый взгляд на наклейку с хоккеистом на заднем стекле.

— Так вы это… Нападающий Пономарёв? — как-то ошалело спросил мужчина.

— Давай, капитан, где тебе расписаться? — весело спросил Артём.

— А фото можно?

— Фото нельзя, я с девушкой, спешу.

Он посмотрел на меня и подмигнул.

Я рассмеялась этому абсурду. Ну как можно на полном серьёзе жить как Артём?

Капитан побежал за какой-то бумажкой, чтобы получить автограф.

— Ты абсолютно безбашенный, бессовестный и…

Я забыла нужное слово.

— Безупречный? — спросил он.

— Безответственный, — ответила я.

Когда капитан приблизился, я достала телефон, нажала на запись видео и громко сказала:

— Уважаемый капитан Савельев! Этот водитель злостно нарушал правила дорожного движения. Превышал скорость, а также сел за руль в нетрезвом виде. Вы обязаны тщательнее проверить его