С любовью, твоя злодейка - Виктория Аэтри

– Огорчу тебя, Паскваль… но твоё гостеприимство нужно не мне, а одной прекрасной леди. Слушай внимательно и запоминай. А ещё, растолкуй своим головорезам, что сделать необходимо всё очень быстро и аккуратно. И чтобы даже волосок с головы не упал у той особы, которую твои люди очень вежливо, а главное тайно, доставят в твоё поместье. Ну и конечно же, её пребывание здесь ты тоже обеспечишь по самому высшему классу. Но так, чтобы глаз с неё не спускали круглые сутки, потому что дамочка очень резвая. А нам с тобой неприятности не нужны, так ведь, Паскваль?

– И кого «приглашать» будем? – заинтересованно спросил хозяин кабинета, принимая мои правила игры.

Паскваль выглядел весьма заинтригованным, и надеюсь, что мой ответ не разочаровал его:

– В качестве гостьи, с которой ты будешь обращаться ооочень бережно, у тебя поживёт Олия Затрини, участница дипломатической миссии от империи Золотых Лотосов.

Глава 9. Началось

Флория

– Лори, детка… с тобой всё хорошо? Ты не заболела ли часом? Со вчерашнего дня какая-то сама не своя ходишь, – встревоженный голос Кларизы выдернул меня из состояния хмурой задумчивости.

Мы как раз затеялись с пирогами, запланированными к обеду в сегодняшнем меню. Клариза формировала кругляши из теста, а я наполняла их сочной мясной начинкой. Подобный процесс, как правило, способствует непринуждённым разговорам. Но только не в этот раз.

– Не волнуйся, Клариза, со мной всё в порядке… наверное, просто не выспалась из-за ветра, он всю ночь заунывно гудел в трубах и мешал спокойно спать, – постаравшись улыбнуться беззаботно, я поспешила успокоить женщину пустой отговоркой.

Об истинных причинах своей задумчивости я не стала сообщать. Да и что я могла ей сказать? Что встретила в городе незнакомого человека, который как-то странно на меня посмотрел? А потом его убили? И что его слишком приметные туфли всё не давали мне покоя? Нет, подобной информацией я уж точно не хотела беспокоить Кларизу, ей такие знания ни к чему. Как говорится: многие знания – многие печали…

Моя крёстная мать конечно же была права, заметив мою необычную молчаливость. Но я не решалась делиться с ней своими мыслями и подозрениями. Меньше всего мне хотелось бы становится причиной новых проблем для людей, добротой которых я пользовалась вот уже столько времени.

Они не бросили меня умирать там в лесу, и когда я пришла в себя, естественно, попытались узнать, кто я такая и что со мной произошло. Но даже не получив в ответ ничего вразумительного, кроме имени, даже и тогда они не побоялись оставить меня у себя. Поэтому я и относилась к супружеской паре, выходившей и приютившей меня, не иначе, как к крёстным родителям.

Постепенно осваиваясь на новом месте, я пришла к осознанию того, что попросту не могу произнести вслух ничего о том периоде своей жизни, когда жила на Земле. Удивительным образом, воспоминания о той моей жизни с каждым днём становились более размытыми, постепенно затираясь, как кадры старого, давно увиденного фильма.

Но по какой-то, неведомой для себя причины, я просто знала, что оказалась в другом мире. Сразу же, как только очнулась в доме Харвида и Кларизы, я имела чёткое и осознанное представление о том, что перенеслась в этот мир, и что теперь меня зовут Флория.

Так вышло, что это знание, и ещё преследующий меня из ночи в ночь сон – оказалось тем немногим, что «прилагалось» в комплекте вместе с новым телом. Всё остальное по-прежнему оставалось за непроницаемой завесой, надёжно скрывая от меня память прежней Флории.

Но одно мне было ясно, как светлый день: моя, относительно спокойная жизни в этом мире, скоро перестанет быть таковой, и вот-вот произойдёт нечто непоправимое. Знать бы только – что?..

А пока…

– Ну и хорошо, что ты в порядке, милая, – снова прервала очередную паузу Клариза в нашей отнюдь не оживлённой беседе.

И так и не дождавшись от меня более внятных объяснений по поводу моей неразговорчивости, решила напомнить о заказе постельного белья, часть которого так и оставалась дожидаться в лавке госпожи Корании.

– Сможешь сегодня в город съездить, забрать оставшуюся часть заказа? Я Харвида просила, но он поехал договариваться с мастерами на счёт ремонта крыши. Но ты ведь понимаешь, мужчины всегда обстоятельно всё обсуждают, поэтому в лавку он сегодня точно не успеет.

Конечно же, отказываться от поездки в город я не стала. Как только управились с пирогами, я быстро собралась и отправилась по уже известному маршруту.

Стоял солнечный погожий денёк, что было пока ещё не редкостью для мягкой тёплой осени в здешних краях. Кошка, кстати, в этот раз решила проигнорировать мою отлучку из дома и не захотела сопровождать в этой поездке. Мне даже показалось, что с приближением зимы, хитрая Герцогиня становилась всё ленивее и сонливее.

В общем, я осталась без привычной компании, но всё-таки понадеялась, что если уж не в дороге, то хотя бы в городе отвлекусь от своих тягостных раздумий.

Вот только надеждам этим оправдаться было не суждено.

Настроение моё стало ещё паршивее, а всё из-за того, что в дороге я постоянно ощущала на себе чей-то пристальный взгляд. Попытки выявить неизвестного наблюдателя так и не увенчались успехом. Весь транспорт, следующий в одном со мной направлении, никак не выбивался из рамок привычного. Как и люди, которые стремились оказаться в городе по своим делам, тоже не вызывали никаких подозрений у меня. Тот, кто не очень торопился, ехал примерно в том же темпе, что и я. А те, кто спешили – естественно, прибавляли скорости, обгоняя мой экипаж.

И всё же, несмотря на кажущуюся обыденность в дорожной обстановке, я чувствовала, как чей-то взгляд неотступно сопровождает меня, начиная чуть ли не от самого постоялого двора.

Ощущение слежки никуда не делось и по прибытии в городок.

А потом мне вообще стало ни до чего. И до лавки госпожи Корании я в тот день так и не доехала.

Как показали последующие события, то и вовсе становилось очевидным, что моя интуиция не зря вопила о грядущих неприятностях. Но если б я только знала этим утром, отправляясь в город по просьбе Кларизы, что теперь не скоро увижусь с ней и с Харвидом, то возможно я и сослалась бы на какое-нибудь недомогание, чтобы никуда не уезжать из «Уютного очага».

А