Невеста поневоле. Свадьбы не будет! - Рина Фиори

Но во дворе есть охрана — и это минус.

Побег я запланировала на ночь, когда люди обычно спать хотят — и это плюс.

Мне бы теперь ещё телефон раздобыть и деньги, ведь я из дома кроме фотографии мамы и не взяла ничего.

Но обворовывать Коршунова не стану — низко это. Как только выберусь из этого особняка, сразу же возьму курс на дом, в котором проживает одна из моих подруг.

Пусть в последнее время мы мало общались, но на моём дне рождения она была. Надеюсь, не откажет в помощи.

Возвращаюсь в комнату. Иду в ванную проверить, что там под окном находится.

Да ладно!

Серьёзно?

Навес. Прямо под окном. То есть, мне даже рисковать сильно не придётся, главное, чтобы шумом потом никого не разбудить.

Скорее закрываю окно, пока при свете дня меня никто из охранников не застукал, спускаюсь в гостиную и с видом примерной невесты принимаюсь ждать Коршунова.

Илья возвращается ближе к вечеру весь какой-то напряжённый.

И я неожиданно ловлю в себе порыв поинтересоваться, как у мужчины дела. Помню, как мама всегда встречала папу с работы, ласково улыбалась, спрашивала, как прошёл день.

Она была идеальной женой, потому что любила своего мужа.

Я, быть может, тоже такой когда-нибудь стану.

Если только смогу выбраться отсюда.

— Добрый вечер, — хмуро здоровается Илья.

Киваю в ответ. И зачем я вообще в гостиную спустилась?

Правильнее было бы сидеть в комнате и делать вид, будто мне не интересно, когда вернётся хозяин дома.

Но мне интересно. Очень. Мне надо понимать, чем занимается Коршунов, чтобы знать, когда можно устраивать побег.

Однако если стану слишком пристально следить за мужчиной, он заподозрит неладное.

В итоге я стою посреди гостиной истуканом и не знаю, куда себя деть.

— Ужинала уже? — спрашивает Илья чересчур по-домашнему.

На автомате отрицательно качаю головой.

— Поужинаешь со мной, — то ли приглашает, то ли ставит перед фактом. Так трудно понять, когда у самой сумбур в голове.

Я весь день размышляла о побеге, казалось бы, всё продумала. Но сейчас, когда Илья стоит напротив и рассматривает меня беззастенчиво, будто я не в спортивном костюме, а в мини, у меня все мысли в голове перемешиваются.

— Хорошо, — послушно киваю и иду следом за мужчиной.

В столовой уже накрыт стол, и это поражает.

Да что тут за домработница такая, которой не слышно, не видно? Но при этом результаты её труда сложно не заметить.

— Присаживайся, — Илья галантно отодвигает передо мной стул.

Я опускаюсь на мягкое сиденье, благодарно киваю в ответ.

И атмосфера в этот момент вокруг такая, будто мы и в самом деле скоро станем семьёй. Так тихо, спокойно, уютно. Хочется на миг забыться, расслабиться, но я не позволяю себе этого сделать.

Быстро поужинав, ухожу наверх. И жду, когда же, наконец, Коршунов ляжет спать.

Приходится то и дело выглядывать из комнаты, благо, кабинет Ильи в этом же крыле находится.

Но в очередную свою вылазку я вижу, как мужчина спускается вниз. На нём сейчас не привычная классика, а простые спортивные брюки и домашняя футболка.

Мне становится жутко интересно, куда Коршунов отправляется.

Иду за ним на цыпочках.

Мужчина скрывается за какой-то неприметной дверью под лестницей, которую я и не замечала раньше.

Считаю до пяти и иду следом. Приоткрываю дверное полотно и вижу…

Лестница? Ещё одна, и она ведёт вниз. На цокольный этаж, о существовании которого я и не подозревала.

Становится жутко. Что у Коршунова там в подвале?

Воображение подкидывает самые разные версии, и я скорее возвращаюсь к себе, чтобы не быть застигнутой врасплох хозяином дома.

Нет, у этого Ильи точно есть какие-то секретики, и я бы с удовольствием узнала, какие именно.

Но гораздо важнее воспользоваться шансом и скорее покинуть особняк.

Я быстро надеваю куртку, засовываю ноги в кроссы, бесшумно открываю окно, спускаюсь на крышу навеса и полной грудью вдыхаю запах свободы…

Глава 10

До сих пор не могу поверить, что смогла сбежать из особняка Коршунова.

Как обезьянка я спустилась по трубе, которая поддерживает навес. И очень удачно нашла лаз в заборе с обратной стороны дома.

А теперь я бегу, не разбирая дороги, будто за мной уже кто-то гонится.

Не верится, что всё так легко вышло, но на размышления у меня нет времени. И даже страха нет, потому что ему попросту не находится места в моей голове.

Передо мной только одна цель — уйти как можно дальше от этого дома.

Сердце в груди стучит отбойным молотком, и в какой-то момент я не могу понять, что же это?

Неужели за мной кто-то гонится?

Я уже отбежала на приличное расстояние от особняка. Здесь просёлочная дорога, по обе стороны которой — лесополоса.

Жутко ли мне?

Стараюсь об этом не думать.

Оборачиваюсь на бегу и не замечаю, как нога запинается за какой-то сук на обочине.

Громко вскрикнув, оседаю на землю.

На автомате ощупываю лодыжку.

— Мм, — хнычу от боли.

Ну как так-то?

Сбежать и так глупо попасть только я могла.

Вдалеке замечаю фары автомобиля. Он едет с противоположной от особняка стороны, и значит это точно не охрана Коршунова и не он сам.

Шанс? Возможно.

Надо бы остановить машину, но мне становится страшно.

Кто там? А вдруг воспримут меня за какую-нибудь…

Испугавшись, отползаю в сторону, царапая кустами куртку.

Жаль новую вещь, но себя жалко ещё больше.

Машина проезжает мимо, а я борюсь с двойственным ощущением: может, стоило всё-таки попросить помощи?

Пытаюсь подняться, и нога неожиданно подворачивается снова.

Взвизгнув от боли, я оседаю на землю опять. Из глаз брызжут слёзы, мгновенно образуя плотную пелену, мешающую мне рассмотреть, что творится вокруг.

Закрываю лицо ладонями.

— Я всего лишь подвернула ногу, это не так страшно. Сейчас боль пройдёт, и я пойду дальше, — уговариваю себя полушёпотом.

Начинаю замерзать. Сначала холодеют пальцы рук и ног, морозным ветром обжигает кожу лица.

И тут-то до меня вдруг доходит страшное осознание: я без документов. Илья забрал мой паспорт, а я так спешила сбежать, что даже не подумала выкрасть его.

И фото мамы осталось стоять на тумбе.

С одной стороны это мне на пользу — мужчина не сразу заподозрит, что я сбежала, раз даже самое важное оставила. И будет искать меня в особняке.

А с другой…

Очень грустно, что всё так вышло. И мамы нет рядом,