Попаданка для конунга - Хелен Гуда

По другую руку от Харальда сидел мужчина. От одного его взгляда по моей коже пробежал холодок. Он буквально впился в меня взглядом, изучающим, тяжелым и каким-то… опасным. Внутри все похолодело, и я невольно вздрогнула.

— Это и есть ярл Эйрик, — прошептала Герда мне на ухо, заметив мое замешательство.

Ну, теперь понятно, почему от него веет холодом. Ярл Эйрик… Его имя внушало такой же ужас, как и его взгляд. А еще мне показалось, что я должна его знать. Вернее, хозяйка этого тела. Может, они были знакомы?

Герда потянула меня за собой, направляясь к Хельге. Она, приветливо улыбнувшись матери, села рядом с ней и жестом пригласила меня занять место возле себя.

— Садись, здесь тебе будет спокойно, — прошептала Герда.

Я с облегчением села рядом с Гердой, чувствуя себя немного защищенной в ее присутствии. Но даже сидя здесь, я чувствовала на себе прожигающий взгляд Эйрика.

За столом шел оживленный разговор. Я старалась вникнуть в суть, но мое внимание постоянно отвлекал Эйрик.

— Харальд, кто эта прекрасная дева? — услышала я его голос, мягкий, но от этого еще более зловещий. — Что-то я не припомню ее среди твоих домочадцев.

— Это гостья, ярл Эйрик, — ответил Харальд, не сводя с меня глаз. — Сегодня я спас ее из озера, она провалилась под лед. Она не помнит, кто она и откуда родом.

— Не помнит? — переспросил Эйрик с легкой усмешкой. — Интересно… Очень интересно… Значит, прошлое для всех нас загадка. Но это не помешает ей стать частью нашего настоящего.

Я почувствовала, как кровь отливает от лица. Эти слова прозвучали как угроза. Что он задумал?

Я сидела как на иголках, нервно теребя край своего нового синего платья. Каждый звук казался мне подозрительным, каждый взгляд — оценивающим. Я изо всех сил старалась не выдать своего волнения, но, кажется, это было бесполезно.

Герда, чуткая и внимательная, заметила мою скованность. Она пыталась разрядить обстановку, рассказывая какие-то забавные истории, шутила, пытаясь вызвать у меня улыбку. Я старалась отвечать, поддерживать беседу, но мысли мои были далеко. Они метались между непонятным прошлым, которое я не могла вспомнить, и тревожным будущим, которое маячило впереди. Я думала о том, что будет, если я не вспомню, кто эта девушка, в тело которой я угодила. Жить вечно в доме конунга бесполезной нахлебницей мне никто не позволит, а делать я ничего не умела. Уроки домоводства в школе были мною самыми нелюбимыми, так что ни шить, ни вышивать я не умела. Немного вязала крючком, но отчего-то мне кажется, этот талант здесь не пригодится. Хотя…

Герда пыталась меня отвлечь от тяжелых мыслей, ее слова, хоть и были полны веселья и житейской мудрости, казались мне отголосками чужой жизни, чужих радостей и забот. Я чувствовала себя здесь чужой, пришелец из другого мира, заброшенный в эту суровую реальность. Герда, похоже, не замечала всей глубины моего внутреннего смятения или же искусно делала вид, что не замечает.

Время от времени она бросала взгляды в сторону ярла Эйрика, пытаясь привлечь его внимание. Она кокетливо улыбалась, что-то тихо ему говорила, но он, казалось, был полностью погружен в свои мысли или же просто игнорировал ее попытки флирта. Его взгляд, тяжелый и пронзительный, то и дело возвращался ко мне, и я чувствовала, как по коже пробегает неприятный холодок. В его глазах читалось что-то такое, что заставляло меня инстинктивно сжиматься.

В какой-то момент, заметив мою полную отрешенность и явную усталость, Герда повернулась к матери, сидевшей рядом с Харальдом.

— Матушка, — обратилась она к Хельге, ее голос стал мягче, — не могли бы мы с гостьей пройти в свои покои? Устали мы, кажется. День выдался очень долгий.

Хельга, окинув меня быстрым оценивающим взглядом, словно проникая в самую душу, кивнула:

— Идите. Тебе, девица, и правда нужен отдых.

Я почувствовала огромное облегчение. Наконец-то я смогу уединиться, собрать свои мысли в кучу, осмыслить все, что произошло. Герда, улыбнувшись мне, предложила проводить меня. Мы встали и направились к выходу из зала, но не успели сделать и нескольких шагов, как в коридоре, ведущем в жилые покои, раздались крики.

Недалеко от нас, в полумраке другого прохода, освещенного лишь тусклым светом факела, что-то происходило. Я увидела, как один из воинов, судя по всему, один из людей ярла Эйрика, грубо схватил за руку какую-то служанку. Та пыталась вырваться, ее лицо исказилось от страха, но безуспешно.

— Эй! — раздался звонкий возмущенный голос Герды. — Что здесь происходит?

Она, не мешкая, решительно направилась в их сторону, я последовала за ней.

— Пусти ее! — потребовала Герда, подходя ближе, ее голос звучал твердо, в нем слышались нотки гнева. — Не стыдно тебе, воин, обижать служанок? Или ты забыл, где находишься?

— Это не твоё дело, — огрызнулся воин, но, увидев, кто перед ним, поспешил добавить, пытаясь скрыть свою дерзость: — Я воин ярла Эйрика и подчиняюсь ему.

— Ярл Эйрик — гость в этом доме, — повторила Герда, ее губы скривились в презрительной усмешке. — А ты, пока он не здесь, будешь слушать меня. Я здесь, и я за своих служанок в ответе. Можешь считать меня младшей хозяйкой этого дома, пока мать и брат заняты. И ты, — обратилась она к девушке, которая тихонько всхлипывала, — что ты здесь забыла? Почему стоишь здесь вместо того, чтобы выполнять свои обязанности?

Служанка, перепуганная, запинаясь, начала что-то объяснять. Ее слова были неразборчивы из-за слез и страха. Но Герда, похоже, не собиралась слушать оправданий. Она отчитала и воина, и служанку, не стесняясь в выражениях, явно пользуясь своим положением. Я наблюдала за этой сценой, чувствуя себя совершенно потерянной в этом чужом для меня мире, где даже служанки живут по каким-то своим, непонятным мне правилам.

Когда Герда, наконец, разобралась с конфликтом, сурово пригрозив обоим, она обернулась ко мне.

— Ты прости, — сказала она немного смущенно, — такие вот у нас нравы. Здесь все проще. Ты как, найдешь свою комнату? Или желаешь, чтобы я тебя довела?

— Нет, спасибо, найду, — ответила, чувствуя, как напряжение, сковывающее меня, начинает спадать. — Я запомнила дорогу. Спасибо, Герда, за помощь.

Она кивнула, бросив на меня прощальный взгляд, и мы разошлись. Я пошла по коридору, чувствуя, как тяжесть прошедшего дня, наполненного событиями, которые я едва могла осмыслить, медленно отступает. Но я не успела дойти до своей комнаты, меня перехватили и зажали в темном углу коридора.

Прежде