Адвокат для дьявола - Евгения Майер

моменты вчерашнего бурного первого секса и краснела. После крышесносного оргазма от необузданных фрикций Тамерлана, он с протяжным стоном кончил мне прямо на живот. Запах теплой вязкой спермы ударил в нос, заставляя обоняние обостриться до максимума.

— Пойдем поужинаем в ресторане — бросил он мне и скрылся за дверями ванной.

Я удивленно подняла брови.

Все? Наше преследование закончено? А внутри приятно разлилась теплота. Значит, он тоже испытывает ко мне чувства, а не только плотское желание?

— Лан, а как же те, кто хочет нас убить? — спросила я, крикнув ему вслед.

— Здесь мы в безопасности, они не рискнут сюда сунуться — откликнулся тут же он и добавил — В гостиной коробка с платьем, посмотри…

Я улыбнулась. Как же мило!

Упаковка из-под известного бренда женской одежды еще больше увеличила во мне уверенность. Стал бы хамоватый преступник тратить бешеные деньги на покупку наряда для девочки на ночь? Платье насыщенно красного цвета из ткани, похожей на атлас, длинное в пол. Оно холодило мое тело. Тонкие бретельки делали более женственными плечи и выделяющееся ключицы.

— А как же нижнее белье? — смущенно спросила я Тамерлана, когда он в одном полотенце вышел из ванной.

— Тебе оно не понадобиться сегодня вечером, детка — и его сальная улыбка коснулась уголков губ

Никогда не была в шикарных ресторанах. Негромко играла музыка. Приглушенный теплый свет струился из настенных бра цвета топленого молока. Интерьер, выполненный в бордовых и серых тонах был таинственно-интимным и придавал нашему свиданию любовный эротизм.

Занято всего несколько столов, и мое стеснение тут же отступило. Шелковая ткань ласкала бедра, напоминая — я прикрыта лишь платьем, а больше на мне ничего нет. Я переживала, что от озноба мои соски станут неприлично выделяться сквозь атлас. Но бокал красного вина согрел и заставил расслабится.

Я смотрела на Лана и еле сдерживалась от смеха. Брутальный суровый гангстер в пиджаке, который был ему чуть мал — зрелище комичное. Бугры рельефных мышц стягивала черная ткань, а он от этого начинал еще больше нервничать. В итоге Лан снял и бросил на стул ненавистный пиджак, оставшись в белой рубашке, через ткань которой эротично прорисовывались его черные татуировки.

Десертом стало пирожное, чем-то очень похоже на тирамису. Но отличительной особенностью было покрытие темным необычайно вкусным шоколадом, в котором присутствовала некая горчинка и острота.

Я блаженствовала, прикрыв глаза. Мне кажется, ничего более вкусного не ела.

Это было божественно!

Но мои предположения развеял голос Лана:

— Нравиться? Десерт называется “Пища Дьявола” -

По коже побежали приятные мурашки. Мне захотелось ответить, что я сейчас ужинаю именно с ним. Но побоялась: вдруг Тамерлан не оценит сарказма и сравнения с Сатаной?

Его вид полностью соответствовал Властителю Ада — огненный, величественный, черный и всемогущий. Лан даже в белоснежной рубашке — Повелитель Тьмы. Я облизнула губы. Сердце трепетало в груди. Как можно влюбиться в темную бездну разврата и беззакония?

Он смотрел не отрываясь, а я будто потеряла последний стыд. Что со мной делает этот потрясающий десерт?! Я стала словно одержимой! Провела языком по ложке, слизывая последние сладкие капли и замерла.

В глазах Лана плескалась буйная похоть.

— Санди, я бы дал облизать тебе кое-что другое… — прорычал мне Тамерлан, жадно глядя на мои губы.

Я чуть ли не поперхнулась. Тут же всплыла мерзкая картинка: его подружка, делающая минет, который пришлось наблюдать силой. Со мной ведь он не будет так обращаться? Мне не нравиться насилие, пусть даже тогда его подружку все устраивало.

Я опустила взгляд. Аппетит схлынул.

— Сладкая, ты чего? — Лан заметил — Ты испугалась, что я буду тебя насиловать?

Я покивала. Правда — безоговорочная, непримиримая! Может, сейчас у всех принято: нужно отдаваться без остатка, ценой ущемления своих желаний, но мне хотелось взаимности, без нажима.

— Девочка моя, я не собираюсь тебя принуждать. Мне неинтересно видеть твое отвращение -

— А как же та девушка… — спросила я тихо.

— Каждый имеет право на выбор. Она от этого получала удовольствие и была не против жёсткого хардкора — пожал плечами Тамерлан — Пойдем в номер…

Лан скинул ненавистную “офисную” одежду — рубашку и брюки, остался в одних боксерах. Я посматривала на его грозную огромную фигуру и мысленно отдергивала нахлынувшие плотские фантазии.

А зайдя в спальню не нашла своих вещей.

— Где же все? — удивленно произнесла я, видя, как он перещелкивает каналы на огромном ЖК-телевизоре.

— Я попросил выкинуть все. Ты же не собираешься разгуливать в порванной блузке — и его угрожающий, полный желания взгляд мазнул по моей груди ниже.

Тамерлан поднялся и подошел ближе, алчно рассматривая меня. Кажется, я знаю, что сейчас будет…

Он нежно провел указательным пальцем по плечу и тонкие бретельки беспрекословно подчинились. Платье с мягким шелестом упало к моим ногам. Я смотрю, уставившись ему в грудь, забитую жуткой татуировкой, где свирепый лев перекусывает змеиную голову. Стою абсолютно голая, понимая, что мое сейчас смущение взлетит на максимум. Я с визгом прыгну на кровать и закутаюсь с головой в одеяло, лишь бы сбежать от его безудержной похоти.

Лан проводит подушечкой большого пальца по моим губам, чуть приоткрывая. Сердце колотиться так, что кажется, если он обратит внимание на мою левую грудь, то увидит бешеную пульсацию.

— Сядь на кровать — приказывает хрипло он, и я подчиняюсь.

Стоит ли пересиливать себя, ведь я не готова сделать то, что умеет его безбашенная подружка?

— Я не могу… — пищу в ответ уже сидя, как покорная рабыня перед пахом и боясь поднять глаза выше.

— Ш-ш-ш — Тамерлан обрывает мою речь, вновь проводя пальцами по подбородку, щекам и останавливается на губах.

Одним рывком стягивает с себя боксеры и предстает передо мной в костюме Адама.

А мне хочется убежать от зрелища, которое сейчас перед глазами. Набухший от возбуждения член, покрытый сеточкой вен, и мускулистая рука Тамерлана. Он нетерпеливо проводит от головки к основанию и обратно. В нос бьет терпкий мускусный запах и мне становиться страшно.

Палец беспардонно проникает в мой рот и проводит по языку, возвращается вновь к губам и размазывает влагу, выходя за контур.

— Соси — требует он с непоколебимой властью в голосе, а по низу моего живота пробегает огонь и концентрируется между ног.

Обхватываю губами его палец, и неожиданно ловлю себя на мысли, что готова к большему. Я отстраняюсь и не верю происходящему. Языком провожу по уздечке члена, чувствуя слегка солоноватый вкус. Втягиваю в рот головку и слышу, как Лан стонет от наслаждения.

— Санди, киска, ты быстро