Желаемое за действительное - Хелен Харпер

предоставить те же возможности, что и нам, женщинам. В конце концов, они получили признание, но от старых привычек было трудно избавиться. Вините кого хотите, но давайте посмотрим правде в глаза: фея-крёстная звучит лучше, чем фей-крёстный.

Руперта, со своей стороны, терминология, похоже, не смутила.

— Формально да. Хотя здесь мы придерживаемся титула «фея-крёстная». Это упрощает задачу. В последнее время я нечасто занимаюсь полевой работой. Большую часть своего времени я провожу, назначая задания, — он похлопал меня по руке. — Я позабочусь, чтобы тебе достались хорошие. Поначалу тебе будет трудно, но это приносит огромное удовлетворение. Остальные скоро привыкнут.

Несмотря на его нынешнее дружелюбное отношение ко мне, я ни на йоту не доверяла Руперту. Ещё нет. Не после того, что произошло внизу. Тем не менее, я безмятежно улыбнулась.

— Я знаю, — я указала в сторону отдела кадров. — Мне пора. Спасибо за помощь.

Он отвесил шутливый поклон.

— Не за что.

Я обошла различные предметы офисной мебели, всё время чувствуя на своей спине взгляд Руперта. Я выпрямилась. Прямая, как шомпол, спина могла несколько усложнить ходьбу, но я знала, что должна демонстрировать уверенность.

— Ты можешь это сделать, Саффрон, — пробормотала я себе под нос, когда дверь отдела кадров открылась. — Ты более чем способна.

Адвокат Дьявола появился в дверном проёме и вопросительно поднял бровь в мою сторону.

— Уже разговариваете сами с собой, мисс Сойер?

— Подбадриваю себя, — сказала я ему.

— Полагаю, это лучше, чем истерика.

— Так и есть, — я энергично кивнула. — Вам стоит попробовать, — я понизила голос, пытаясь подражать ему. — «Всё, что тебе нужно сделать, Адвокат Дьявола — это напугать всех в этом здании. Пусть у них дрожат колени и губы. Затем приструни их щелчком кнута», — я ободряюще улыбнулась ему и вернула своему голосу нормальный тон. — Вот так.

Он наклонился ко мне.

— Я оставил свой кнут дома. Обычно я считаю, что хорошо написанного отчёта более чем достаточно.

Я не смогла удержаться от улыбки. У этого мужчины было больше чувства юмора, чем я когда-либо о нём слышала.

— Я и сама всегда был фанатом хлёстких комментариев.

На его лице появилось странное выражение.

— Тогда, — сказал он, — вы отлично впишетесь в здешние ряды, — он оглядел меня с ног до головы. — Мне нравится ваша блузка, — сказал он. — Вам идёт яркий цвет. Жёлтый — это из-за вашего имени?

(Имя Саффрон буквально переводится как шафран, и шафранный цвет — это тёмно-желтый, — прим)

— Нет, — честно говоря, я надела жёлтое только потому, что знала, что это выделит меня. Я хотела, чтобы меня заметили и запомнили, и все крёстные феи, которых я когда-либо встречала, носили только приглушённые цвета. — Это одуванчиково-жёлтый цвет, а не шафраново-жёлтый. А одуванчики — мои любимые цветы.

Адвокат Дьявола не выглядел убеждённым.

— Одуванчики — это сорняки.

— Они цвета солнца. Они растут на самых суровых почвах, и избавиться от них бывает невероятно трудно. Даже если вы думаете, что уничтожили их, одуванчики всё равно вырастут. Они не любят сдаваться.

— Хм, — он потёр подбородок. — Они ведь ещё и съедобные, верно?

Я широко улыбнулась и приподняла брови.

— Действительно. И они очень, очень вкусные.

— Я поверю вам на слово, — пробормотал он, когда Директриса появилась в поле зрения, и дрожь возбуждения пробежала по моему телу при виде самой высокопоставленной феи-крёстной. Он кивнул ей и пошёл в её направлении. Она взглянула на меня. Милая, снисходительная улыбка озарила её лицо, затем она сосредоточилась на Адвокате Дьявола.

Я смотрела им вслед, пока они уходили, и думала о словах Адвоката Дьявола о том, что я «вписываюсь» в этот коллектив, потому что мне нравятся хлёсткие комментарии. Что это должно означать? Он довольно быстро сменил тему, и едва ли я могла побежать за ним и попросить его пояснить. Нет, если только я не хотела выставить себя совершенно сумасшедшей в глазах Директрисы. Возможно, я и так уже выставила себя сумасшедшей, слегка пофлиртовав с Адвокатом Дьявола. Вкусные одуванчики? Я прикусила нижнюю губу. Да как же. Я пожала плечами — в любом случае, это не имело значения. Ничто не могло поколебать мой энтузиазм. Ни он. Ни мой глупый болтливый язык. Ни даже отдел кадров.

Глава 4

Атмосфера в отделе кадров была на удивление сдержанной. Отдел кадров фей кайфа располагался во временном домике на одной из тех строительных площадок, где никогда не заканчивались работы, но которые постоянно оставались оцепленными. Несмотря на унылый вид снаружи, как только вы оказывались внутри, команда всегда делала всё возможное, чтобы вы чувствовали себя комфортно. Их булочки с фруктовой начинкой были легендарными. В отличие от них, этот офис отдела кадров выглядел опрятно и стильно — и излучал такую атмосферу, которая могла бы вызвать сильную депрессию даже у самой здоровой феи. Замечание Руперта о том, что это место высасывает душу, оказалось в точку.

Я стояла у входа, надеясь, что рано или поздно кто-нибудь подойдёт ко мне. Когда никто этого не сделал, я пожала плечами и направилась прямиком к ближайшему столу, за которым сидел усталого вида мужчина, чья кожа, казалось, не видела солнца по меньшей мере последние десять лет.

— Нет, — сказал он, не поднимая глаз. — Я не слышал ничего нового ни об одном из исчезновений.

Я моргнула.

— Исчезновения?

Он, наконец, поднял голову. Что-то неопределённое промелькнуло в его глазах.

— Вы новенькая.

— Так и есть, — я мило улыбнулась. — Ясные глаза, хвост трубой и готовность к работе.

Он хрюкнул. Затем, похоже, передумал и огляделся по сторонам, проверяя, не услышал ли его смешок кто-нибудь ещё, кроме меня.

— Вам нужно поговорить с Анджелой, — сказал он мне. — У неё есть все документы, которые вам нужно заполнить. Как только вы всё это сделаете, возвращайтесь ко мне, и я подпишу с вами контракт. Затем вы получите свой первый список заданий от Аделины.

— Где я могу найти Анджелу? — спросила я.

Он уставился на меня так, словно у меня вместо мозгов был зефир.

— Третий стол справа.

— Спасибо, — я повернулась, чтобы уйти. Однако мгновение спустя оглянулась. — А что за исчезновения?

Мужчина не ответил. На самом деле, он был полон решимости притвориться, что не услышал меня. Мои глаза слегка сузились. Но ничего страшного. Я другими способами выясню, что происходит на самом деле.

Анджела явно была из тех фей, которые не могут отказаться ни от хорошего, ни от плохого украшения. Когда я подошла к её столу, то едва могла разглядеть её за коллекцией безделушек. Там был снежный шар с изображением диснеевского замка Золушки, который, как я предположила,